Чтение онлайн

– Он – мой врач.

Коротко ответила я. Да, он психолог. Но никто не знает, от чего он меня лечит.

– Моя очередь.

Николас кивнул. Я хотела спросить совсем о другом, но решила начать с отвлечённых тем.

– Почему сегодня здесь нет твоей матери?

Он пожал плечами.

– Она в больнице. Проходит очередной курс лечения.

– Она серьёзно больна?

Мне стало не по себе.

– Это уже второй вопрос, - улыбнулся Николас. – Моя мамаша – алкоголичка. Со стажем во всю мою жизнь.

– Ой, - мои глаза расширились, а губы сделали букву «о».

– Теперь моя очередь. Какое у тебя расстройство?

– Посттравматическое стрессовое расстройство.

Я это сделала. Боже, зачем я назвала Николасу свой диагноз? Но он тоже был очень откровенен. Никто в городе не знал о его матери. Это всё тщательно скрывалось. Но Николас рассказал мне. Но почему?

Николас шумно вдохнул.

– Что это значит?

А значило это, что я навязчиво вспоминала всё случившееся со мной. Причем, мои эмоции в момент этого воссоздания превышали те, что я чувствовала в сам момент унижения, предательства. Я уничтожала все вещи, напоминающие мне о предателях. Ломала подарки Вики, сжигала совместные фотографии. Мне снились кошмары, в которых я раз за разом переживала все издевательства. Я просто сходила с ума. Это-то и привело меня к обрыву. Потребность освободиться.

– Это неважно.

– Это не ответ.

– Я не сильна в разборе диагнозов, - соврала я.

Конечно, я знала всё о своем диагнозе. Я прочитала кучу психологических трудов. Но сама справиться с этим недугом не могла.

– Почему ты захотел узнать это сейчас?

– Лучше поздно, чем никогда.

– Могло быть слишком поздно, - сказала я вслух то, о чем думала.

Он моментально встал передо мной.

– Что это значит? – его глаза загорелись.

– Ничего, - бросила я.

– Об этом же говорила твоя подруга сегодня утром, - сказал он скорее себе, чем мне. – Почему могло быть позже?

Он напирал на меня. Нет, руками Николас не трогал меня. Но его голос, глаза создавали напряжение внутри меня. Он пытался заглянуть мне в душу.

Я зажмурилась.

– Где ты была весь месяц?

Он оказался еще ближе. Я прижалась к перилам.

– Я не… я…

– Скажи мне, - давил на меня Николас. – Где ты была целый месяц? Я уже думал, что ты либо уехала, либо ….

Николас замолчал, но я поняла, что он хотел сказать. Это слово повисло в воздухе между нами.

– Клиника Святого Георгия.

Мне было трудно дышать. Почему Николас возвращает меня в тот кошмар? Почему хочет узнать это?

– Почему? – выдохнула я. – Почему ты сделал это?!

Я оторвалась от перил, шагнула вперед. Теперь я напирала на него. Но, казалось, что Николас не слышал моего вопроса. Он о чём-то задумался.

– Но ведь клиника Святого Георгия – это ….

– Да, я лежала в психбольнице. А где был ты в это время?! Вдоволь наслаждался моим падением? Гордишься собой?!

Я выплевывала вопрос за вопросом. И с каждым словом, Николас становился всё мрачнее. Он был растерян.

– Это всё было ошибкой. Я не должен был делать это. Прости…

Его голос сорвался. Он закрыл глаза.

Прости? Николас сказал «прости»?

Я не знала, что мне сделать. Хотелось, и засмеяться, и заплакать. Этого момента я ждала эти два ужасных года. Как он мог так просто сказать это слово?! Я зарычала от гнева, что зарождался у меня внутри.

– Прости?! – я сжала зубы.

Я не хотела больше находиться рядом. Мне нужно было остыть. Я обошла его, сжала ручку двери, но остановилась, услышав Николаса.

– Но в эту клинику просто так не попасть. Должна быть серьёзная причина. Что привело тебя туда?

Его глаза метались из стороны в сторону, руки сложились в кулаки, губы сжались в тонкую линию так, что аж побелели.

Я сглотнула. В горле пересохло. Но я всё же выдавила из себя:

– Попытка суицида.

Я бежала по лестнице в низ. Сумасшедший день. Безумное начало, отвратительное продолжение и вот такой финал. Мне надо найти Яну, чтобы сказать, что я убираюсь отсюда прочь. Может, она согласиться меня увезти. Идти на этих каблуках, я просто не могла. Я вошла в зал. Ужин закончен. Гости танцевали. Звучал вальс. В центре кружились пары. Ну как кружись. Некоторые просто двигались под музыку, медленно ощупывая друг друга.

Мои глаза бегали из стороны в сторону, в поисках подруги. Я вдруг почувствовала на себе его руки. Николас догнал меня, сгрёб в охапку, и прижал меня спиной к своей груди.

Но для чего? Он уже узнал всё, что хотел. Теперь мог радоваться, при этом оставив меня, наконец, в покое.

– Шшш, - прошептал он мне на ухо.

– Отпусти меня, Николас, - выдохнула я.

Но Николас развернул меня лицом к себе.

– Просто потанцуй со мной, - одну руку он положил мне на талию, второй взял мою руку и вытянул в сторону, создав фигуру для вальса.

– Ты с ума сошел, - только и успела пропищать я.

Николас закружил меня в танце. Раз, два, три. Раз, два, три. Раз, два, три.

Моя голова закружилась. Боже, я никогда не танцевала вальс. Я даже не знала, как это делается. Но Николас делал всё сам. Я лишь положила руку ему на плечо. Мои ноги почти не касались пола. Он полностью держал моё тело, кружа по залу.

– Это безумие….

– Я хочу быть с тобой, - шепнул он мне, когда музыка стихла.

Николас приблизил своё лицо к моему, заглядывая мне в глаза.

Моя грудь резко поднималась и опускалась в унисон с грудью Николаса.

– Это невозможно, - я запыхалась. – Печать….

– Это не имеет значение!

– Имеет! Посмотри вокруг! Они все знают, что это ты поставил мне эту печать! И я это знаю! И никогда не забуду, уж поверь!

– Жаки, - его губы в опасной близости от моих, - я сделаю, всё, чтобы это изменить.

В зале стало очень тихо, или это я внезапно оглохла. Мне казалось, что взоры всех гостей были направлены на нас.

Голос Николаса был слишком хриплым. Его глаза светились.

Он запустил одну руку мне в волосы, другую положил мне на поясницу, прижал меня к себе ещё сильнее, и накрыл мои губы своими.

Глава 15

Его губы. Такие горячие и страстные. Руки жёстко держат. Убежать, вырваться не получится. Моё сердце в замешательстве, бьется так сильно, что сложно понять происходящее. Голова как в тумане, в ушах непонятный гул. Мир вокруг перестал существовать. Только он, его дыхание, запах, вкус.

Все те люди, что презирали меня, гнобили всё это время, сейчас наблюдали, как Николас целует меня. Они не знали, зачем он это делает. Так же, как и я. Меня пугает такая резкая перемена в его отношении ко мне. Еще пару недель назад Николас ненавидел меня, а сейчас говорит, что хочет всё изменить, хочет быть со мной. Ещё недавно он даже не смотрел на меня, а сейчас целует на глазах у толпы. И это его «прости» болью отзывалось в сердце. Можно ли считать это извинение искренним. Или же очередная игра? Но к чему она приведёт?