Чтение онлайн

Боль лишь напоминание.

Я поднимаюсь, не смотря по сторонам. А зачем? Я и так их всех уже видела. Я уже смотрела им в глаза, просила остановиться, прекратить весь этот ужас, но им все равно. ВСЕМ.

В классах я сижу в самом дальнем углу. Сидеть со мной рядом - строго запрещено. Разговаривать со мной - Боже упаси! Если это конечно не издевательства. Хотите оскорбить - пожалуйста, ударить - можно, плюнуть - давайте пару раз. Люди не всегда такие, как мы думаем. Воткнуть нож в и без того раненую спину может каждый. Вне зависимости от близости к тебе.

– Ты же понимаешь, - взволновано говорила Вики, - это все не просто так. Они не отступят и не успокоятся. Ты теперь новая игрушка. И те, кто рядом с тобой тоже могут ею стать.

Она заплакала. Я ошарашено смотрела на неё, еще не понимая, что происходит, о чём она говорит.

– Жаки, - заныла Вики,- я так не смогу. Быть изгоем - не для меня, ты же знаешь.

Она еще раз шмыгнула носом, затем подошла ко мне ближе, взяла за руку. Я смотрела на неё, не моргая. Вся эта ситуация казалось мне бредом. В нашем мире этого не может быть. Нельзя так поступать с человеком. Это же не гуманно, в конце концов!

– Мы больше не будем дружить.
– Я почувствовала, как мне на голову вылили ушат холодной воды. Я чуть не задохнулась. Всё тело покрылось мурашками, по спине пробежал холодок. Остаться без Вики - это как остаться без воздуха. Она же моя вторая половинка, моя сестра, хоть и не по крови.

Затем, добив меня своим жалобным «прости», она развернулась и убежала.

Я иду по коридору, капюшон скрывает моё лицо. Да никто, собственно, и не смотрит на него. Лицо не важно с тех пор, как я перестала плакать на глазах у всех и просить пощады. Музыка в наушниках - единственное, что я хочу слышать. Школа во время перемены похожа на рой комаров. Они также противно пищат и норовят тебя укусить, выпить побольше крови.

Мои глаза опущены в пол, и я натыкаюсь на лакированные туфельки. И не одни. Раз, два, три, четыре. Четыре пары дорогущих туфелек на высоченных шпильках.

Боже, только не это...

Я понимаю, что столкновения не избежать. Поднимаю взгляд в тот момент, как из моих ушей вырывают наушники.

– Кто это у нас здесь?
– Самый мерзкий голос, который я когда-либо слышала, принадлежал самой популярной девушке нашей отвратительной школы. Какая школа, такие в ней и звезды - всё логично.

Все как на подбор: высокие, стройные, длинноволосые. Две блондинки - Сара и Кэрол, две брюнетки - Лейла и Вики.

Хотя нет, не Вики.

Виктория.

Моей Вики уже нет. Эта размалеванная кукла не моя подруга.

– Неужели, маленькая потаскушка Жаки? Давно не виделись. Куда пропадала? С кем еще переспала?

Я попыталась их обойти, но верные подруги главной суки преградили дорогу. Сара не собиралась так просто отпускать меня. Но это и понятно. В дверях зашумела толпа парней. Я не хотела смотреть, но все-таки взглянула.

Да, я была права. Николас Свен собственной персоной, со своей свитой. Человек шесть, хотя я не собиралась считать. Сбоку Маркус, позади все остальные.

– О, Ник, - снова заговорила Сара, но изменив интонацию. Получилось еще более пискляво, от того еще противнее. Она подошла и чмокнула его в щеку, отчего меня затошнило.

Я посмотрела на Николаса. Я больше не позволяла себе называть его сокращенным именем, так же как и Вики. Ник и Вики - это моё воображение. Они никогда не существовали. В реальной жизни были Николас и Виктория. Это люди, которых я ненавижу больше всего в этой жизни.

Он смотрел так пристально, не моргая, завораживая меня. Я почувствовала, как невидимые нити притягивают меня к нему. Ник медленно приближал ко мне своё лицо. Я могла отстраниться, он дал такую возможность, у меня было время. Но я наоборот поддалась ему навстречу.

Ник взял мое лицо в свои ладони, нежно проводя подушечками пальцев по щекам, а затем, когда я уже была похожа на растаявший мармелад, коснулся моих губ своими. Он не напирал, наверно, чтобы не напугать меня. Его губы нежно исследовали мой рот. Я не стала протестовать. И уже через пару секунд его поцелуй изменился.

Ник сделал движение вперёд, оказавшись передо мной на коленях. Его правая рука переместилась на мою талию, а язык начал раздвигать мои губы. Я слегка приоткрыла рот и почувствовала, как язык Ника коснулся моего. По телу прошла волна удовольствия. Его вкус был лучше, чем я представляла перед сном. Он придвинулся ещё ближе, затем надавил левой рукой на плечи, плавно опуская меня на песок.

Он лёг сверху, но я не почувствовала его вес. Только губы, язык и его руки, которые уже блуждали по всему моему телу. Он слегка приподнял подол моего и без того короткого платья, замер, наблюдая за моей реакцией. Я запустила руки в его волосы и притянула его ещё ближе. Мне было плевать, где мы и что я его практически не знаю. Мое сердце приняло его уже давно. Тело горело от его ласк, которые становились откровеннее и ненасытнее.

– Жаки, - прошептал он, отрываясь от моих губ, - какая ты вкусная. Как клубника со сливками.

Его губы переместились на мою шею, я запрокинула голову, полностью открывая ему доступ ко всему моему телу. Шея, бешено бьющаяся жилка, ключица. Его губы спускались всё ниже. А рука, поднимаясь все выше, прошлась по бедру, коснулась моих кружевных трусиков.

– Боже, как я хочу тебя.
– Его бархатистый голос полностью обезоруживал меня. Он как будто окутывал меня коконом страсти, из которого я не могла, да и не собиралась выбираться.
– Только не здесь. Нас могут увидеть. Малышка, пойдем в мою комнату.

Эти воспоминания, как яд проникают в мое сознание. Я сильно сжимаю кулаки, так, что ногти врезаются в мягкие ткани. Ощущаю боль. Боль - напоминание. Моргнув пару раз, чувствую, как внутри меня зарождается страх. Засосало под ложечкой, живот стянуло в тугой узел.

Я столько раз повторяла себе, что не боюсь его, что могу смотреть на него. Он мне ничего не сделает. По крайней мере, хуже уже не будет. Я наблюдаю за ними из-под полуопущенных век. Сара провела ладонью по его груди, при этом обернувшись ко мне. Она явно хотела, чтобы я увидела. И я видела. Но в сердце ничего не дрогнуло. Он не мой, и никогда моим не был. Даже тогда, когда был на мне или во мне.

– Ник, смотри, кто объявился.
– Сара указывает на меня пальцем.
– Как отдохнула? Куда ты там ездила?

Я молчу. Что я должна сказать? Что была в дурдоме? Ха, они будут рады это услышать.

Я смотрю на Николаса, но ничего не вижу. Его глаза. Они как пустыня ночью. Ничего не видно, сухо и темно. Когда-то мне казалось, что там можно разглядеть пламя его души. Не ту маску, что он показывает всем, а его настоящего. Но нет. Я ошибалась. Никакой маски нет, это и есть его душа, холодная и безжизненная.