Печать позора
Шрифт:
Мистер Палмер покачал головой.
– Да, но она сейчас спит. Сотрясение мозга вызывает не очень приятные симптомы. Будет лучше, если она будет спать.
– Можно её увидеть?
– Лучше завтра. Сейчас с ней мама. Завтра Яна проснётся, и вы сможете поговорить. Не переживай, сейчас тебе самой надо отдохнуть. Поезжай домой.
Мистер Палмер протянул мне небольшую коробочку. В ней лежала одна таблетка.
– Выпей и ложись спать. Она поможет тебе уснуть, и ты сможешь спокойно отдохнуть.
Я кивнула. Хотя совсем не хотела идти домой.
– Я тебя провожу, - Николас взял меня за руку.
Мистер Палмер посмотрел на наши руки, но промолчал.
Мы не успели выйти из больницы: у выхода на нас налетел Маркус.
Николас сразу отодвинул меня себе за спину, хотя это было и не нужно. Маркуса я не интересовала.
Ярость перекосила его лицо. Он стал похож на быка Корриды, и Николас был его красной тряпкой. Маркус накинулся на него, рыча и раздувая ноздри, из которых вот-вот повалит огонь.
– Ты!
– гневно прорычал Маркус.
– Это все, чёрт возьми, твоя вина! Это всё из-за тебя!
Маркус вцепился в футболку Николаса.
– Какого хрена ты мне предъявляешь сейчас?!
Николас не сопротивлялся. Он позволял другу держать себя. Я вышла из-за его спины и встала сбоку, чтобы видеть их со стороны.
– Это ты поставил эту долбанную печать! Я говорил тебе! Я предупреждал, что ничего хорошего из этого не выйдет!
– Я помню...
– Но ты отмахнулся! Сказал, что хочешь, чтобы она это испытала! Ты чёртов ублюдок! Сначала она, - Маркус мотнул головой в мою сторону, - оказалась в больнице со вспоротым животом! Теперь Яна!
– Ты знал?!
– Николас округлил глаза.
– Ты знал, что её избили, и не сказал мне?!
– А чего ты ожидал?! Ты сказал, что хочешь, чтобы она страдала! И она страдала! Но ты даже не интересовался, что с ней делают! И не смотрел в её сторону! Это ты натравил на неё эту садистку Сару! Ты знал, что она больная на всю голову! Да еще и наркоманка со стажем! Ты знал, что Сара не успокоится, пока окончательно не добьёт её!
Удар.
Это случилось очень резко и быстро. Маркус врезал Николасу по лицу. Я даже понять ничего не успела - у Николаса уже была разбита губа. Маркус оттолкнул его.
Николас поморщился, но не ответил.
– Что, правда глаза колет?!
Еще один удар. Маркус сделал хук справа. На этот раз, попадая куда-то в область скулы и левого глаза. Николас пошатнулся. Но в ответ не бил, лишь сжал руки в кулаки. Что-то останавливало его. Но что?
Маркус засмеялся. Я застыла. Смех хриплый и злой.
– Только вот, я не могу понять, почему именно она?
Он обернулся ко мне, пристально посмотрел. Я поёжилась.
– Зачем было трогать эту ангельскую девственницу? Выбрал бы какую-нибудь потаскуху. Ведь это всегда делалось именно для того, чтобы проучить местную шлюху! Я задавал ему этот вопрос, - обратился он ко мне.
– Да вот только он не отвечает. Ведь он хотел тебя, уж я-то знаю. Видел, как пускал слюни. Но потом раз, и всё изменилось.
– Это тебя не касается!
Николас сплюнул кровь, затем подошел ко мне, чтобы встать рядом.
– Да неужели?! Я видел её там, в школе, всю в крови. Не очень было зрелище.
– Как ты мог видеть? Тебя там не было, - насторожено сказала я.
Я не видела его там. Это точно. Школа была пуста. Хотя...
– Как, по-твоему, ты оказалась в больнице?
Этот вопрос мучил меня. Я помню только, что вышла на улицу и всё. Дальше темнота и больница.
– Если бы меня там не оказалось, ты бы себе голову разбила при потере сознания. И умерла бы или от потери крови, или от травмы головы. Асфальт ведь не мягкая перина.
– Ты...
– я не договорила, закрыв свое лицо руками, меня опять затрясло. Николас попытался меня обнять, но я отшатнулась.
Я вышла на улицу. Дождь закончился. Голова гудела.
Маркус спас меня. Значит, у меня три спасителя - мистер Палмер, Яна и Маркус. От него я ожидала меньше всего.
Николас шел за мной.
– Нет, Николас, оставь меня, - резко говорю я.
– Жаки, мне жаль...
Жаль... Это слово эхом отразилось в голове, душе и замкнулось в сердце.
– Жаль?! То, что сказал Маркус - это правда? Ты натравил Сару, зная кто она? И на что она способна?
– Я предупреждал, чтобы без физических увечий...
– А, ну это совсем другое дело! Уйди, Николас. Я сейчас не настроена слушать твои жалкие оправдания и извинения.
Я знала, что ему тоже больно. Видела это в его глазах. Он тоже дрожал.
Покрасневший глаз, скула, кровь на губе. Он запустил руку в чёлку, шумно вдыхая. От нахального, самоуверенного парня не осталось и следа. Николас выглядел потерянным, потрёпанным. Его глаза больше не были отрешёнными и холодными. Они печально смотрели на меня.
Но я ничего не могла сделать, да и не хотела. Мне тоже было больно. И он - причина моих страданий. С чего я должна облегчать его боль? Когда как Николас два года плевать хотел на то, что происходит со мной.
Николс развернулся и ушел, выполнив мою просьбу. Но мне, кажется, стало только хуже. Я опустилась на лавочку, не обращая внимания, что она мокрая. Ноги стали ватными. Я закрыла лицо руками и опустила голову на колени.
Мое сердце билось слишком часто. Я могла слышать его стук в ушах. Ещё пять минут назад мне было так хорошо в объятиях Николаса, но всё так резко изменилось.
Слова Маркуса обожгли мои лёгкие. Я пыталась выровнять дыхание. И Николас не оправдывался, не объяснял свое поведение, тем самым ухудшая положение вещей.
– Как она?
– Маркус сел рядом.
Я впервые смогла расслышать голос Маркуса. Так странно. Но Яна, кажется, пробудила в нём какие-то эмоции, не зря он так накинулся на Николаса. Эта сцена точно было не из-за меня.
– Сильно пострадала?
– Ты не хочешь сам сходить и спросить?
Маркус отрицательно покачал головой.
– Это ни к чему.
– Она будет ждать тебя.
– Это я точно знаю.
Яна любит Маркуса. И Маркус неравнодушен к ней, но что им мешает быть вместе?
Я не собиралась в это углубляться: у меня слишком много проблем со своими чувствами, чтобы копаться в чужих.
– У неё сотрясение мозга, сломаны два ребра и синяки. Мистер Палмер сказал, что она вне опасности.
Мне показалось, или Маркус и правда облегченно выдохнул?
– Пойдем, я отвезу тебя, - предложил он, и я согласилась.