Чтение онлайн

Я подскочила среди ночи с четким желанием сделать что-то сумасшедшее. То, на что при других обстоятельствах я бы, возможно, и не решилась, но теперь предпочитала не мучиться сомнениями и страхами зря.

Открыла соседнюю дверь, потому что теперь могла с браслета управлять системами дома и стремительно юркнула в темную комнату, прислушиваясь к любому звуку.

На постели у окна угадывались очертания двух фигур. Одна из них раскинулась по ложу “звездой” смяв ногами одеяло, другая спала в “позе эмбриона” мило уложив руки под щеку.

Я замерла, любуясь увиденным. На мгновение почувствовала себя какой-то вуайеристкой, которая совсем потеряла стыд. А может, и потеряла, потому прямо сейчас собираюсь...

А что я собираюсь?

На цыпочках я подкралась к постели, и используя все навыки ловкости, пробралась ровно на середину кровати, уставившись в потолок.

– Кира?
– услышала я удивленный сонный шепот Лекса Ти-Шора сбоку. “Звезда” заворочалась и перевернулась на левый бок, подложив руку под голову.

– Можно я посплю у вас?
– произнесла я скороговоркой.

– Лис брыкается во сне, - предупредил меня миранец, кивнув на другую сторону кровати.

– Я тоже, - хихикнула я.

– А доктор Ти-Шор храпит, - произнес голос второго мужчины с другой стороны, - или ты тоже?

– Понятия не имею, - я улыбнулась и окончательно расслабилась, перемещая голову на подушку Лекса и почти касаясь своим лбом его лба. Его дыхание щекотало кожу, жар горячего ото сна тела согревал и навевал на не самые приличные мысли.

Фелис зашуршал одеялом за моей спиной и накрыл меня почти полностью, положив руку сверху и прижимаясь грудью к моей спине.

Я ощутила, хм... его довольно твердый уже член, который уперся в мои ягодицы. Собственно, я была к этому, наверное, готова. Сама же решила кое-что попробовать, понимая, что теперь слишком сильно увлечена миранцами, чтобы держать их на расстоянии. Милан прав. И Мария тогда была права, когда предупреждала о том, к чему это может привести.

– Мне отодвинуться?
– хрипло уточнил миранец.

– Нет, - я сама прижалась к Фелису попой, его ладонь где-то в районе моей груди сжалась, а дыхание сбилось. Я угнездилась поудобнее и закрыла глаза, одновременно и пугаясь собственных действий и... наслаждаясь ими. Да, да, можете считать меня развратницей, но, похоже, я начинаю втягиваться в местные реалии.

Сейчас я чувствовала себя спокойно. Мне было тепло и безопасно. Да, мне действительно было чертовски хорошо, будто я точно нахожусь на своем месте.

– Я не активировал блокиратор, - раздался голос миранца.

– Что?
– не поняла я.

– Блокиратор, - повторил Фелис, - чтобы не...

– Это прибор для сдерживания возбуждения, - пояснил Лекс, - наши ученые разработали такие, чтобы.... облегчить нам жизнь при недостатке женщин.

– То есть они надеваются на...хм... член?

– Ты точно хочешь поговорить об этом прямо сейчас, Кира?
– кашлянул Лекс, вжимая в себя.

– Любопытство, — часть моей натуры и будущей профессии, - проговорила я. Да, я решила, что буду поступать в местную Академию и обязательно получу диплом - а у тебя блокиратор активирован, доктор Ти-Шор?

– Ты решила поиздеваться?

– Отключи его, - сообщила я в ответ.

– Что?
– если бы не было так темно, я бы точно увидела, как расширяются его глаза.

– Отключи, - повторила я, - мы только сегодня обсуждали такую вещь, как доверие. Я вам доверяю. Или я сейчас встану и пойду спать к себе.

– Если ты решила узнать пределы своей смелости, это не лучший способ, - проворчал Лекс, - ты можешь оказаться не готовой...

– Мы уже пережили совместный оргазм. Считаете, этого недостаточно?
– сообщила я.

– Ты ей сказал?
– прошипел Фелис.

– Вопрос в том, почему ты не сказал, Фелис. А я читала тебя свои другом.

– Ты наша замыкающая, Кира. А не просто друг, - вздохнул миранец, - и ты сама не знала, чего ты от нас хочешь и хочешь ли чего-то вообще.

– Теперь знаю, - я потянулась к краям своей футболки и начала стаскивать ее через голову.

Планета Миран, Сита

Мария Перес

– Почему вы стали космическим пилотом, капитан Перес?
– этот вопрос задал мне Микел Ройтер, когда подсел ко мне одним поздним вечером.

Вынужденная изоляция от окружающего мира, в конце концов, заставила меня контактировать с миранцами больше, чем я этого хотела. Именно сегодня я неожиданно для самой себя была более лояльна к ученому, чем обычно. Ему повезло. Я не ушла, как делала это много раз до этого, когда он пытался со мной поговорить, не отмахнулась от него, как от назойливой мухи, нарушающей мое личное пространство. Я даже планировала немного с ним общаться, потому что почувствовала какую-то нужду в этом. Даже странно...

Я, как и каждый день, проведенный в шале у гор, разместилась на балконе второго этажа дома, сжимая в руках контейнер с горячим, немного пряным отваром из миранских горных трав. Кофе мне был противопоказан, как и алкоголь. О, в какой-то момент я даже пожалела, что не могу выпить немного вина и хоть на пару мгновений отрешиться от... всего окончательно.

Сегодня я впервые почти четко увидела.... горы Шолан. Такие величественные, красивые, высокие, а еще разглядела огромные деревья, окружающие дом и похожие на флоданские сосны. Даже почувствовала небольшой прилив сил от этого, очарованная и тем, что могу их рассмотреть, и тем, что они напоминали мне о том, что жизнь вокруг меня все еще продолжается, пусть я на некоторое время словно забыла об этом простом факте.

После очередной процедуры в медцентре, на которую отвозил меня Микел, я не то чтобы прозрела, но хотя бы смогла практически впервые после аварии более менее четко увидеть его лицо, пусть и щуря и очень напрягая глаза. Довольно молодое, по-мирански привлекательное, бледное, какое-то неживое, с огромными темно-карими грустными, полными тревоги и еле читаемой вины глазами.

Нет, ты меня не разжалобишь, миранец. Я почти тебе поверила, а ты...

На короткий миг что-то в груди кольнуло, но я прогнала это непонятное сочувствие к мужчине.

А потом, по прилете обратно, нашла в себе даже силы посмотреть на Идена и Дилана, и понять, что годы не щадили их нисколько. Испытать странное удовлетворение от увиденного, злое удовольствие от того, как жалко они выглядели, стоя сейчас передо мной. И очень быстро погасить в себе это, потому что это заставляло думать о них больше и чаще, пусть даже в негативном ключе, чего я ни в коем случае не хотела.

Медики сообщили, что мое восстановление теперь ускоряется. Это было единственным, что хоть немного радовало меня. Хотя эта радость была какой-то глухой, тусклой, лишенной красок и исчезла так же быстро, как исчезали все другие эмоции, растворяясь во внутреннем холоде, накрывающем меня с какой-то пугающей скоростью.