Чтение онлайн

Характеристику софистической традиции начинают, как правило, с учения Протагора. Он был родом из Абдер и поэтому, вероятно, близко изучил философию атомистов. Онтологический плюрализм его земляка Демокрита, представление о человеке как микрокосме, равно как и концепция различения знания и мнения, восходящая к Пармениду и Гераклиту, повлияли на характер мысли Протагора. Пребывая в Афинах, он был близок реформаторскому кругу Перикла, разрабатывая по его заказу демократическое законодательство для новых греческих колоний, параллельно занимаясь своим основным ремеслом – обучением «мудрости» и писанием книг, от которых сохранились небольшие фрагменты. Но в конце жизни Протагора изгнали из Афин, обвинив в атеизме за утверждение непознаваемости богов, причем его книги («О богах», «Об истине» и др.) были собраны у населения и уничтожены.

Протагор выдвигает принцип: «Человек есть мера всех вещей, существующих, что они существуют, и не существующих, что они не существуют» (Секст Эмпирик, «Против математиков», VII, 60). Помимо человека нет абсолютного критерия, хотя и сам человек ненадежен в этом качестве. Следовательно, если все мнения истинны, значит, общей истины не существует? – Вероятно, Протагор полемизировал с элеатами, возражая против отрицания чувственного свидетельства. В противовес им он и выдвинул, по всей видимости, столь рискованное положение в качестве принципа. Но в умолчании остался вопрос: что является сущностью человека, позволяющей быть мерой всех вещей? Более глубоко данная ситуация была впоследствии осознана Сократом. Протагор работал над установлением правил и норм языка, стремясь внести порядок в языковую стихию своего времени. Как участник законотворческой деятельности полиса он пытался провести реформу и кодификацию и в этой сфере, разрабатывая основы грамматики и вводя определенные лингвистические классификации (различение времен глаголов, выделение типов предложений, характеристика диалога как особой формы сообщения и т. п.), используя в качестве примеров тексты Гомера.

Философско-гносеологический релятивизм Протагора давал повод к возникновению религиозного релятивизма. Из его книги «О богах» сохранилось широко известное положение: «О богах я не могу знать ни того, что они существуют, ни того, что их нет, ни того, каковы они по виду. Ибо многое препятствует знать (это): и неясность вопроса и краткость человеческой жизни» (Диоген, IX, 51). По дошедшим свидетельствам ясно, что он отнюдь не покушался на ниспровержение богов традиционной ему религии, но считал их непознаваемыми в чувственном и интеллектуальном отношении. Хотя человек и является мерой всех вещей, но природные его пределы не дают возможности измерить божественную причину происхождения вещей.

Софистов можно квалифицировать как проводников «высшего» образования, предполагающего прежде всего развитие умения универсально мыслить и выражать это в слове. В представлении софистов философия призвана служить средством развития рассудочности, научая желающих способам доказательства и убеждения, освобождая тем самым от предрассудков мифологического миропонимания.

Софистическую систему аргументации развил в направлении нигилизма и агностицизма еще одни представитель этого движения – Горгий из Леонтин. Софистика Горгия начинается с констатации уязвимости элейского онтологического различения знания и мнения, он утверждает, что любое мнение ложно. Свою позицию он представил в работе «О природе, или О не-сущем», само название которой было провокационным по отношению к соответствующему жанру натурфилософских трактатов. Если Парменид или Мелисс в своих сочинениях «О природе» выдвигают тезис «бытие есть», то Горгий начинает с прямо противоположного. В структуре его концепции содержатся три последовательных пункта: 1) бытия нет; 2) если бытие и есть, то оно немыслимо; 3) если оно мыслимо, то это невыразимо. Данная негативная установка, сформулированная достаточно четко и развернуто, стала впоследствии основой скептицизма как такового. Отрыв слова от мышления, а мышления от бытия приводит к тому, что и язык, и мысль понимаются как нейтральные и самостоятельные сферы.

Столь негативная точка зрения открывает возможность изучения языка как спонтанно-творческого процесса. На этой зыбкой основе Горгий пытается воздвигнуть начала новой науки, риторики, понимаемой как искусство научения человека убеждающей речи. Риторическая функция языка, действительно, относительно автономна от других функций. Творческие возможности риторики коренятся в поэзии и еще дальше – в мифе. Но если происходит отрыв языка от этой питающей почвы, то он может выродиться в пустое искусство вербальной манипуляции толпы. Умение риторически оформлять публичную речь было достаточно популярно в Древней Греции, а обучение ему пользовалось большим спросом и было актуальным делом в кругах, ориентированных на социальный успех.

Горгий изучал и преподавал систему риторических фигур, усиливающих выразительность и экспрессивность речи, а также создавал основы классификации тропов (гипербол, метафор и пр.), т. е. оборотов речи в переносном смысле. Сам он блестяще использовал эти приемы в своих насыщенных экспромтами речах, получивших название «горгианских», напоминающих утонченную и остроумную игру.

Давая общую оценку софистике следует охарактеризовать ее как важный этап развития античной философии и культуры. Утрируя недостатки предыдущих учений и разрушая старое, софисты предоставили возможность возникновению нового. Их деятельность не является только деструктивной. Софистический дискурс – это опыт совершенствования и оттачивания рассудочной мысли, а также создание предпосылок философии языка. Софисты пытались систематизировать и типологизировать логические формы умозаключений и суждений, разрабатывали грамматические структуры языка, необходимые для более продуктивного преподавания. Особое внимание они уделяли творческому потенциалу слова, в частности, таким явлениям, как полисемия и синонимика. Без упорядочивания языка невозможно было ожидать порядка в общественно-политической жизни. Важным достижением софистов было признание эвристической роли диалога в образовании и жизни человека. На этой основе развивалась эристика (наука о правилах ведения спора) и риторика (искусство красноречия), имеющие важное значение для изучения возможностей человеческого общения.

Конечно, некоторые софисты злоупотребляли своими познаниями и умениями, изобретая или обнаруживая парадоксальные ситуации в языке и мышлении, и выводя ими из равновесия неискушенных людей. Но через этот опыт искушения ума необходимо было пройти. Плод софистической лукавой выдумки – софизм, был внешним негативным поводом для развития логики. Сократ и Платон детально изучили положительные и отрицательные стороны софистического дискурса, выдвигая свои контраргументы против релятивистских и нигилистических выводов (Платон посвятил анализу учений софистов несколько своих важных диалогов: «Протагор», «Горгий», «Евтидем», «Софист» и др.). Позднее Аристотель, имея в своем распоряжении более совершенные логические средства, разработал методологию распознавания и нейтрализации софизмов в трактате «О софистических опровержениях».

В софистике философия получает прикладное значение в качестве воспитательного и образовательного средства. Формируя и укрепляя субъективную рассудочность, «странствующие учителя мудрости» своей деятельностью способствовали освобождению философского сознания от мифологического миропонимания, эмансипируя человеческую личность до тех пределов, которые были возможны в данную эпоху. В качестве заключительного вывода приведем яркое и содержательно емкое высказывания немецкого историка античной философии и культуры Теодора Гомперца: «Злосчастие, постигшее софистов, было то, что они умерли. Странствующие учителя не основали школы. Не было толпы верных учеников, которые могли бы сберечь их писания и сохранить их память. Уже через два столетия от их литературных произведений сохранились лишь жалкие остатки; а из последних до нас дошли только немногочисленные отрывки; бесстрастных свидетельств их деятельности у нас совершенно нет» [20] .

Платоновская образовательная парадигма явилась результатом теоретического синтеза, к составляющим элементам которого следует отнести античную мифологическую традицию, интуитивизм досократиков, софистическо-сократический дискурс, сократовский диалог и пифагорейский эзотерический идеал образования, основанный на математике, призванный очистить ум от чувственных представлений. По преданию на входе в Академию была помещена надпись: «Не геометр, да не войдет». Известно, что по существу в указанном учебном заведении была реализована пифагорейская модель образования, предполагающая совместный образ жизни и возвышенность помыслов.

Первоначально платоновская школа располагалась в гимнасии Академа. Впоследствии Платон (427–347 гг. до н. э.) купил небольшой участок земли по соседству, где могли собираться и даже жить члены Академии, осуществив таким образом пифагорейскую идею о совместном проживании и едином образе жизни философов, основанном на интеллектуальной и духовной общности. По свидетельствам Диогена Лаэртского земельный участок для Платона купил Анникерид Киренский, где тот и провел большую часть своей жизни в занятиях философией, отчего и его школа получила название академической [21] .

Платоновская Академия представляла собой содружество свободных и равных людей. Ее создание было первым практическим шагом в реализации политических идеалов Платона. Не следует забывать, что общими у Пифагора и Платона были сильные политические амбиции. Вследствие последних Пифагор в сорок лет покинул Самос и уехал в Италию, считая тиранию Поликрата слишком суровой, чтобы свободный человек мог спокойно переносить ее деспотизм. Платон совершил три путешествия на Сицилию, пытаясь через вразумление и просвещение сиракузских тиранов оказать воздействие на государственное устройство острова и реализовать свою политическую утопию, описанную в «Государстве». Знание не рассматривается у Платона как только теоретическое вне его политической направленности, связанной с мечтой о реформе греческой жизни и преобразовании государственного строя путем воспитания людей.