Чтение онлайн

Рассмотренные философские школы периода зрелой классики и эпохи эллинизма отличаются по целому ряду признаков. Поэтому возникает необходимость уточнить понятие «философская школа», так как оно, как правило, употребляется не строго в различных контекстах. Философская школа в античности является постоянно действующим учреждением с необходимой системой отношений «учитель – ученик» и разработанным комплексом внутренних правил, обоснованных онтологическими принципами данного философского учения. Крупнейшие школы на много веков пережили своих основателей (Академия, Ликей, Сад, Стоя).

Сравнительный анализ показывает, что проверенные историей философские школы, различаясь по метафизической ориентации и конструированию различных антропологических моделей, находятся друг к другу в отношении дополнительности, выделяя и развивая до предела те или иные аспекты основных философских методов – интуиции и дискурса. Эллинистические философские доктрины впитали в себя и обобщили все значимые подходы древнегреческой философии: космологизм натурфилософов-досократиков, этический интеллектуализм Сократа, универсальный рационализм Платона и Аристотеля. Эллинистическая образовательная парадигма сохранила преемственность и триединую основу ее идеальных составляющих: космическо-онтологическую, рационально-этическую и назидательно-практическую.

Античная культура оказала огромное влияние на развитие европейской и русской культуры, в том числе на образование. Переход к христианской культуре существенно изменил антропологические приоритеты, они сосредоточились на идеальном человеке. Учительство начинает все больше ассоциироваться не с греческими философами, а с Отцами церкви, их стали называть Учителями Церкви.

Современные задачи духовно-нравственного воспитания требуют внимательного отношения к патристике, к ее учениям о духовном совершенствовании человека, рассматриваемого в горизонте вечности. Только при таком подходе возникает проблематика спасения человека, его духовного бессмертия.

Глубокий знаток патристики Г. В. Флоровский в своих опубликованных лекциях отмечал, что в раннем византизме определяющей была христологическая тема. И в то же время – тема человека. Можно сказать, в христологических спорах в действительности обсуждалась и решалась антропологическая проблема [31] .

В славянской ранней письменности встречаем слово «философ», но оно имеет иной смысл, чем в греческой традиции, философ здесь – наставник в делах совести, мастер экзегезы, то есть истолкования библейских текстов [32] . Философами в XV и последующих веках на Руси именовали монахов, углубленных в духовную жизнь и становящихся духовниками для других людей. Славянского просветителя, первоучителя Кирилла (Константина) называли философом, в древнейшем Остромировом Евангелии (1056–1057 гг.) отмечена память Константина Философа. Такое соотнесение слова «философ» с подвижниками веры свойственно не только русской традиции, но и более ранней греческой – Иустина Мученика (II век) именовали философом [33] . Философ – это человек, способный врачевать, исцелять собственную душу и души других.

Философ в византийской и русской традиции сосредоточен на тайнах бытия человека. Ф. М. Достоевский обобщенно-афористически выразил задачу жизни любого человека – не только философа: «Человек есть тайна. Ее надо разгадать, и ежели будешь ее разгадывать всю жизнь, то не говори, что потерял время, я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком» [34] .

Без православия не было бы того исторического явления, которое именуется «русский народ», «русский человек». Что бы ни утверждали ревнители языческой основы русского человека и шире – славянства, но тысячелетняя история становления русской государственности и русской духовности определялась православной верой. Не отделить побед Дмитрия Донского от святого Сергия Радонежского, а побед Суворова и Ушакова от укорененности в отеческой вере, не случайно адмирал Ушаков канонизирован как святой.

Византия на многие века определила судьбы учения о человеке, о воспитании. Возникла христианская антропология. Духовной преемницей Византии стала Россия. Без России невозможно представить судьбы православия после падения Константинополя (1453). Но и русскую судьбу, русскую культуру, философию, образование невозможно представить без влияния Византии.

Не философы Византии, не самый известный из них Пселл, определяли специфику философствования на Руси, а затем и во всей исторической России, а византийские Отцы Церкви, восточные Отцы Церкви: Василий Великий, Григорий Нисский, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст, Ефрем Сирин (это все IV век); Максим Исповедник, Иоанн Дамаскин (из Сирии) – это VIII век [35] .

Католики ограничивают хронологически принадлежность к Отцам Церкви, утверждая, что последним из них был Иоанн Дамаскин. У православных иной подход: не древность определяет носителей Духа Святого, и по праву почитают Отцом Церкви Григория Паламу, жившего в XIV веке [36] .

Культура Древней Руси формировалась под непосредственным влиянием Византии. В свою очередь Византия – преемница греческой культуры, возвысившая себя не только имперской военной мощью, но и мощью духовной. Константин Великий перенес в 330 г. в Византию столицу Римской империи, Константинополь стали называть Новым Римом, а на Руси в дальнейшем укоренилось наименование «Царьград».

В славянских текстах Византию называли страной греков. Действительно, греческий язык был языком ее культуры, хотя это не была особая национальная культура: византийской нации не существовало, Византия сформировалась как мощная империя, соединившая многие народы, а главным ее достижением в культуре стало христианство. Именно православие было связующим звеном между Русью и Византией в средние века. Византия на многие века определила судьбы учения о человеке, о воспитании. Характер и смысл философствования в Византии принципиально отличался от древнегреческого. Разумеется, византийские мыслители владели греческой философией, не случайно многие из них в своих текстах обращались то к Платону, то к Аристотелю, а тем более к неоплатоникам, восставшим против язычества, таким как Ориген и Плотин.

Еще в эпоху перехода язычества к христианству, когда рождалась византийская культура, появляются образцы подлинно христианской антропологии, в IV веке написан классический текст Григория Нисского «Об устроении человека» – это синтез знаний о человеке, где выражена четкая позиция о формировании души человека, то есть позиция педагогической антропологии, если оценивать ее с современной точки зрения.

Григорий Нисский – младший брат родоначальника малоазийского монашества, святого Василия Великого. В молодости он увлекался греческой философией, в зрелые годы стал называть ее внешней философией. Антропология Григория Нисского – это учение о внутреннем совершенствовании человека, о стремлении к образу Божиему. Только в человеке природное одухотворено. Следовать за высшим, прекрасным, совершенным – это и значит уподобляться Богу, становиться его отображением. В человека не вселяются попеременно разные души: душа младенца, душа зрелого человека или душа старика – это одна и та же душа, но в разной степени совершенства, причем эта степень не определяется возрастом, ибо душа может и возрастать, и деградировать.

Мысли Григория Нисского о способах духовного возрастания личности и сегодня воспринимаются поучительно – не следует увлекаться паломничествами по святым местам, перемена места не приближает к нам Бога. Человеку самой природой дано стремление к красоте невидимой и к добру. У добродетели, – указывал он, – один предел – беспредельность; остановка в движении к добру опасна, так как всякая остановка – это уже движение к пороку. Мятеж страстей бороздит поверхность души, препятствуя раскрытию глубин души. Душа может возрастать бесконечно. Зло в любых проявлениях ограничено, оно «необходимо объемлется пределом, вслед за которым преемство добра сменяет предел зла» [37] .