Чтение онлайн

Ситуация, которая обсуждается сегодня, уже возникала в начале XX в. Сто лет назад много писалось о кризисе традиционных ценностей воспитания. М.Н. Богуславский раскрывает все перипетии этой борьбы: «Начало XX в. было отмечено резким ростом неудовлетворенности педагогической общественности положением дел в сфере российского образования. Ситуация однозначно расценивалась как кризисная, а выход из нее виделся многим на путях создания в противовес существующей «подлинно национальной» общеобразовательной школы» [112] .

Начинать все же нужно с национальных ценностей. Академик Н.Д. Никандров по этому поводу пишет: «Здесь сразу же возникает проблема соотношения наших, российских, ценностей и ценностей общечеловеческих. Разумеется, можно философствовать и теоретизировать в любом направлении. Но если взять реальную жизнь, я с трудом представляю себе, чтобы воспитание сразу же опиралось на общечеловеческие ценности. Жизнь, родина, добро для ребенка начинается всегда с его ближайшего окружения. Лишь потом начинается постепенное расширение его горизонта. Между прочим, именно так ставится вопрос в Конвенции о правах ребенка (1991), где об образовании сказано, что оно должно быть направлено на «воспитание уважения к родителям ребенка, его культурной самобытности, языку и ценностям страны, в которой ребенок проживает, страны его происхождения и к цивилизации, отличным от его собственной» (ст. 29). Поэтому, может быть, не стоит так часто и так бездумно повторять слова об отвлеченных общечеловеческих ценностях, а чаще думать о ценностях наших российских?» [113]

ПБ

Ревизия ценностей

Старый строй рухнул. Образовалась ценностная пустота, которую без разбору начали заполнять всем, что попадало под руку. Коммунистические ценности, в которых многие не без основания разочаровались, оказались непригодными для проектирования воспитания новой России. Многим понравились ценности капиталистические.

Но, спросим себя, может ли страна, народ в одночасье отказаться от духовного наследия, формировавшегося отнюдь не в последние несколько десятилетий? Можно ли не учитывать особенности российского духа, или, как теперь говорят, российского менталитета? Вновь во весь рост поставлен вопрос – на каких ценностях и в стремлении к какому идеалу надо воспитывать подрастающие поколения?

Опираться прежде всего надо на то, что всегда отличало россиян: соборность (коллективизм), взаимопомощь, щедрость души, предпочтение духовных ценностей материальным. Это не ортодоксальные лозунги, призывающие к растворению индивида в массе или отказу от мирских благ. Они жизненны и составляют альтернативу индивидуализму, конкуренции, накопительству, которые проповедуются как новые реалии с высоких трибун и в средствах массовой информации. Следуя им, идем в никуда, потому что такие призывы уже доказали свою бесперспективность. Все начинается с внутреннего мира человека, им же все и завершается. «Жадный пустит в ход все средства, продажный все продаст. Человек, в коем Бога нет, превратит всю жизнь в тайное и явное преступление. Внешнее само по себе не обеспечит человеку ни духовности, ни духовного спасения. Никакой государственный строй не сообщит человеку ни любви, ни доброты, ни чувства ответственности, ни благородства» [114] , – писал И.А. Ильин.

ПБ

Почему ценности меняются

В прошлом люди жили в соответствии с традиционными религиозными и моральными устоями. Однако ситуация быстро меняется, а в последние годы изменения идут чрезвычайно высоким темпом. На вопрос, почему это происходит, большинство

исследователей отвечают, что изменения ценностных ориентаций отражают перемены в области жизни, экономики и технологий.

«Что в жизни самое важное?» Такой вопрос был задан 50 тыс. человек в 60 странах. Специалисты института Гэллапа, проводившие опрос, на первое место вывели самые важные ценности – «счастливая семейная жизнь» и «хорошее здоровье». В богатых странах работа считается не самой важной ценностью в жизни, зато в развивающихся странах это всегда на первом месте. Чем выше уровень благосостояния в стране, тем больше люди думают о здоровье, счастливой семейной жизни и возможностях самовыражения.

Не обесцениваются ли ценности? Широкие эксперименты по исследованию данного вопроса дают однозначный ответ – ценности трансформируются существенно, но – в худшую сторону. По мнению профессора Р. Ингельхарда (Великобритания), общество движется к нормам, дающим людям больше свободы для удовлетворения сексуальных потребностей и для самовыражения. Эти магистральные линии движения, добавим мы, существенно искривляют траектории в других плоскостях человеческих отношений. Сотрудники института Гэллапа опросили более 30 тыс. жителей в 16 странах – как они относятся к рождению детей вне брака? Как к нормальному явлению к этому относятся более 90 % жителей отдельных частей Западной Европы и менее 15 % жителей Индии и Сингапура. Рождение детей вне брака и распад семьи называются очевидными признаками нравственного упадка.

Среди прочих называются:

1) спад уважения к властям в промышленно развитых странах;

2) халатное отношение к работе;

3) грубое поведение;

4) нарастание агрессивного и деструктивного поведения.

Насколько ценна человеческая жизнь? На этот вопрос, согласно данным Института глобальной этики, 40 % опрошенных назвали «уважение к жизни» в числе пяти важнейших ценностей.

«Какая проблема в стране самая главная?» Отвечая на этот вопрос, большинство людей в Соединенных Штатах сказали, что обеспокоены упадком морали и изменением отношений к семье. На вопрос, что нужно сделать для возрождения утраченных ценностей, был ответ – необходим пример правительства. Не могут и не будут утверждаться правильные ценности среди широких слоев населения, если «верхушка» общества их игнорирует. 68 % опрошенных считают поведение федеральных чиновников США неблаговидным и даже предосудительным с точки зрения нравственности.

Сегодня в правительственных, деловых и религиозных кругах большинства стран уделяется недостаточное внимание поддержанию высоких моральных норм. Это вызывает у населения недоумение и замешательство. Вследствие слабого контроля распространяется волна насилия, растут цены, повышается стоимость услуг здравоохранения, процветает игорный и наркотический бизнес. Растет неверие в порядочность тех, кто стоит у руля.

«Неизвестно, доживем ли до понедельника, – пошутил учитель, записывая предложенную тему для обсуждения, – а вы предлагаете идеал на целое столетие». Можно ли обсуждать столь отдаленный идеал в наше непредсказуемое время? Оставим без ответа этот вопрос: толстые монографии предлагают смотреть не ближе, чем на сто лет вперед. В этом есть определенный теоретический, но слабый практический смысл. Естественно, идеал должен быть постоянным, величественным, зовущим к свершениям не одно поколение учителей и учеников. Только жизнь, какой она видится в прогнозах хотя бы через 20 лет, заставляет призадуматься: на смену неспешному течению времени пришли стремительные превращения, требующие быстрой смены стереотипов мышления и поведения. Думается, философия и педагогика должны ограничиваться более близкими практическими идеалами с опережением не более чем на 10–15 лет. Сам идеал от этого ничего не теряет, зато появляется возможность своевременной коррекции представлений. Зрелая наука должна взвешенно относиться к своим выводам.

Вспомним К.Д. Ушинского. Он ссылается в определении идеала воспитания на высказывание британского логика Милля и отмечает, что тот не отважился признать окончательной целью жизни человеческое счастье, как это следовало бы из его научной теории, «образование идеального благородства, воли и поведения». «Приступая к святому делу воспитания детей, – писал К.Д. Ушинский, – мы должны глубоко сознавать, что наше собственное воспитание было далеко не удовлетворительно, что результаты его большею частью печальны и жалки и что, во всяком случае, нам надо изыскивать средства сделать детей наших лучше нас… Но, конечно, важнее и полезнее всех этих открытий и изобретений, часто не делающих человека ни на волос счастливее прежнего, потому что он внутри самого себя носит многочисленные причины несчастья, было бы открытие средств к образованию в человеке такого характера, который противостоял бы напору всех случайностей жизни, спасал бы человека от их вредного растлевающего влияния и давал бы ему возможность извлекать отовсюду только добрые результаты» [115] .

Российский идеал воспитания никогда не был особенно изменчив. В каждую историческую эпоху он дополнялся соответствующими своему времени особенностями, но основы его оставались незыблемыми. Общественное благо как высшая цель воспитания в нем оставалось всегда.

В наше прагматическое время понятие «благо» употребляется либо в философском смысле, либо с оттенком иронии. О воспитании благодетельного человека говорится в исключительных случаях, хотя все понимают, что более емкого понятия, выражающего отношение человека к самому главному в жизни, трудно отыскать. Здесь мы обратим внимание на непопулярную ныне ценность – благо Родины и потребуем поставить ее на почетное место в ряду других. По зрелому размышлению, мы должны повторить древнюю истину: личное благо каждого зависит от общественного и государственного. Лелеяние индивидуальных амбиций мы должны исключить из состава идеала как качества, ведущего человека в никуда и обрекающего его на изоляцию от общества.

Итак, благо Родины есть:

• государственная независимость, возможность россиян свободно творить свою политическую, хозяйственную и религиозную жизнь;

• объединение всех людей, живущих в России, независимо от места проживания, церковной принадлежности, социального положения, в одну общность, объединенную едиными устремлениями и высоким патриотизмом;

• справедливое государственное устройство, поддерживающее порядок в обществе и в то же время обеспечивающее личные права и свободы каждого гражданина, способствующее развитию и проявлению его способностей, направленных на общественное и общее благо;