Чтение онлайн

Тем не менее стоит поверить ученым, которые утверждают, что поселение, впоследствии ставшее Пекином, возникло не ранее 900-х годов до н. э. В эпоху Чжоу оно именовалось Цзи и представляло собой крепость, долго сохранявшую оборонительное значение.

В период Враждующих царств твердыня преобразилось в центр княжества Янь, название которого, видимо, вспомнили владыки из династии Ляо (917–1125). В пору их недолгого правления будущая столица Китая именовалась Яньцзинь, а сегодня этим словом обозначается одна из самых популярных марок китайского пива.

Пекинский синантроп. Реконструкция М. М. Герасимова

В течение долгих веков существования Пекин часто менял название, статус, внешний вид и значение. Сохранив облик и планировку, принятую в глубокой древности, сегодняшний город предстает в ослепительном блеске красоты и величия. Его внешний вид в основном сложился к XVI веку, когда местное искусство еще не успело испытать европейского влияния. Архитектура Китая всегда, и особенно в средневековые времена, зависела от суеверий и религиозных традиций. Пекинские зодчие не отличались индивидуальностью и, копируя старые образцы, создавали прекрасные произведения. Заключая в себе все лучшее, что было создано китайцами за несколько тысячелетий, северная столица империи всегда удивляла своеобразием и красотой.

«Пришедшим к власти Хань в наследство от Цинь досталось сплошное разрушение», – отмечено в «Шицзине». Великое спокойствие наступило в 206 году, когда предводитель царей и князей Поднебесной Ван царства Чу перерезал себе горло после проигранной битвы. Описывая положение в государстве того времени, Сыма Цянь отнюдь не сгущал краски. Когда в междоусобных конфликтах погибло более половины населения, над развалинами городов и пепелищами деревень воцарилась тишина. Поля покрылись молодым кустарником, в лесах резвились непуганые звери, и страна, казалось, опустела навсегда. В течение 2 столетий сильно поредевшее население Китая наслаждалось обилием земли и пищи, не знало войн, преступности, не испытывало жестоких наказаний.

В китайской истории период владычества Хань (202 год до н. э. – 220 год н. э.) остался временем подъема экономики и культуры. Стремительное развитие искусства обусловили торговые связи с Индией и странами Ближнего Востока. Железо постепенно вытеснило из быта медь и бронзу. Изобретение бумаги благоприятно повлияло на литературное творчество и послужило толчком к появлению новых видов живописи. В то же время продолжала совершенствоваться давно известная стенопись, по-прежнему щедро украшавшая дворцы правителей. Возможно, богатое жилище имелось у владыки района с центром в городе Цзи, в глубокой древности располагавшемся на месте Пекина.

Даже в благополучную пору Хань поселение на северной окраине страны не походило на столицу ни величиной, ни значением, ни внешним видом. В хрониках упоминается о широком строительстве дворцов, жилищ и общественных зданий. Архитектурные памятники той эпохи не сохранились, однако рассказы историков подтверждают глиняные модели из курганов, а также изображения многоэтажных сооружений на скальных рельефах. Трудно не восхищаться мастерством китайских зодчих, которые тысячи лет назад умели возводить и затейливо украшать сложные здания.

Глиняная модель сторожевой башни, эпоха Хань

Глиняная модель усадьбы, эпоха Хань

Глиняная модель жилого дома, эпоха Хань

До появления черепичных крыш с загнутыми краями дома будущей столицы покрывались простыми по форме двухъярусными сооружениями, а злых духов отпугивала каменная стенка (кит. инби), стоявшая перед дверью дома или входными воротами усадьбы. Здания в Цзи никогда не выстраивались по одной линии: какое-то обязательно выдвигалось вперед, преграждая путь сонмищам духов. Считалось, что, наткнувшись на угол, злые существа рассеивались и становились не столь опасными. С развитием скульптуры в средневековую пору на крышах появились глиняные и бронзовые звери, похожие на собак. Животные-пугала всегда изображались с открытой пастью, то есть готовыми схватить пролетавшую мимо нечисть.

Длинные прямые каналы также являлись удобным путем продвижения злых сил. Ослабить их распространение помогали искусственные острова и миниатюрные мостики, которые всегда располагались в разных уровнях. Жители чувствовали себя неуютно на прямых улицах, поэтому никто не возмущался, если какой-нибудь торговец перекрывал проход вывеской, подвешенной к доскам, перекинутым с дома на дом. В начале главных, самых широких, улиц стояли каменные столбы, а нередко и башни с колоколами в качестве самой надежной защиты.

По древним поверьям, злые духи прилетали с северными ветрами, а добрых приносили южные. На строительстве дорог, каналов, колодцев и при работе в каменоломнях люди старались не пропустить внутрь сооружений силы, обитающие над самой поверхностью земли. Перед незаконченным домом к одинокому столбу крепилась полоска ткани с письменным обращением к богам. Благосклонность небожителя позволяла задержать духов, не давая им подняться в воздух. С той же целью с балок свисали талисманы с просьбой не допустить пожара. Готовый дом посвящался одному или нескольким божествам, к которым хозяин чаще обращался с молитвой.

В провинции Хэнань был раскопан целый ансамбль глиняных моделей, несомненно похожих на пекинские дворы начала I тысячелетия. Можно предположить, что именно так выглядело типичное жилище богатого китайца эпохи Хань, которое, впрочем, мало отличалось от средневековых и даже современных поместий.

Облицовочный кирпич с изображением сцены охоты, эпоха Хань

Старинная китайская усадьба представляла собой ряд одноэтажных построек, расположенных строго симметрично, по оси север—юг. Впечатление легкости создавали фигурные окна-входы, резные колонны и загнутые кверху карнизы крыш. Внутреннее пространство образовывала толстая глиняная стена, дополненная тонкими перегородками, которые разделяли весь комплекс на дворы: внешний и внутренний, жилой и хозяйственный. Богатые домовладельцы старались устроить жилища по подобию императорских дворцов. Средних размеров усадьба состояла из 6–7 помещений: крытого входа, двухэтажной сторожки с небольшими дозорными окошками, кухни, боковых домиков со спальнями и, наконец, главного павильона с богато украшенными дверями. Здесь, в просторном зале, стоял алтарь, у которого семья собиралась на моления и праздничные церемонии. В отличие от богачей неимущие горожане обитали в тесных фанзах, скупо отапливаемых железными печурками. Окна таких домов по традиции выходили во внутренние дворы, пропуская слишком мало света.

На раннем этапе развития китайской архитектуры обозначились черты, позже определившие неповторимую красоту Пекина. В отсутствие изогнутых кровель здания эпохи Хань удивляли необычными пропорциями. Снаружи они выглядели небольшими, уютными, компактно спланированными, тогда как изнутри, обнаруживая истинные размеры, подавляли колоссальным размахом. Подобное восприятие исходило от сильно увеличенной верхней части построек, увенчанных массивными черепичными крышами. Высота покрытия обычно превышала горизонтальные размеры самого здания. Обманчивое впечатление зыбкости создавали опоры в виде тонких столбов, обилие украшений, резьбы, ярких красок, а также легкий материал – дерево. Кроме того, и дворцовые, и городские ансамбли строились с размахом. Постройки, как правило удаленные друг от друга, образовывали огромные, похожие на площади дворы. Жилье никогда не соседствовало с церемониальными сооружениями, располагаясь по краям площадки либо за ее пределами.

Деревянные сооружения как нельзя лучше представляют мастерство китайских строителей. Их почтенный возраст свидетельствует о рациональности конструкций, в то же время позволяя судить об умении зодчих, старавшихся придать своим творениям красоту и художественную выразительность. Китайцы давно применяли знакомые нашим современникам принцип модульности и каркасную основу сооружений. Однако их инженерные решения были ответами на вопросы, которые ставила перед строителями природа. Летом в Китае жарко и очень влажно; холодные зимы не радуют жителей снегом. Раньше обильные осадки заставляли поднимать деревянные и глинобитные части домов как можно выше над землей. Так, древние каменные основания постепенно сформировались в стилобаты, на которых покоятся многие здания нынешнего Пекина.