Чтение онлайн

— Поднимайтесь, — наследник махнул, подавая знак, что опасности нет.

Один за другим его спутники забирались на выступ, скидывали вперед себя поклажу, а затем протискивались сами. Внутри, по пологому обледенелому спуску, скатывались внутрь небольшой пещеры. Сразу же зажигали небольшие факела, сваленные специально для этого в углу пещеры. Последний из путников, высокий гигант с тяжелым мечом, бранясь, еле пролез в лаз и, скатился по льду вниз головой.

Поднялся резво, зыркнул предупреждающе, так, что даже самые смешливые поспешили спрятать улыбки. Учитель Элибр на расправу скор. От тяжелой руки голова долго трещит.

— Все, — доложил Гамбо, поднимая связку тяжелых мечей.

Аратей, сам с такой же ношей, кивнул. Направился к темной стороне пещеры, где за камнем плоским — еще одна предосторожность — скрывался ход подземный. Коридор, в камне вековом древними горняками выбитый. Тянулся тот ход от самого Зеленого Сердца до границ Ара-Лима.

Двадцать мальчишек, самому старшему из которых едва за шестнадцать перевалило, двинулись следом. Один толстяк Буко налегке шел, руку порезанную острым ножом кэтеровским к груди прижимал. Замыкал отряд майр. Останавливался часто, прислушиваясь к внутреннему дыханию гор. Долгие годы службы научили его не доверять ни твердому камню, ни мягкой воде. Одному себе, своим ушам и глазам, да пожалуй еще и предчувствию.

Коридор каменный петлял часто, извивался, словно змея встревоженная. По сторонам от него другие коридоры отходили. Все более обманные, ямами бездонными заканчивающиеся. Либо ловушками хитроумными, из которых ни в одиночку, ни с чьей-то помощью не выбраться.

Аратей в том переплетении лабиринта один разбирался. Не один день над старыми планами катакомб сидел, не с одним горняком о ловушках беседовал. Знал, куда идти, чтобы до места самому в целостности добраться и друзей, что клятвой ему присягнули, живыми довести.

Через час ходьбы коридор стены расширил, потолок поднял. Майр Элибр вздохнул свободнее, плечи расправил. Не привык он в полусогнутом состоянии находится, но забота о наследнике и брате его принуждали постоянно рядом с ними быть, от случайностей оберегать.

— Внимательней всем! — пронеслось по цепочке.

Впереди была Пасть горного Мастера, духа злого, подземные катакомбы охраняющего. Пропускал только тех, кто слово нужное знал.

Проход стремительно расширился, превращаясь в пещеру огромную. В пещере той лава горная плескалась. Горняки старые говаривали — то тело самого горного Мастера. Если спит, то лава чуть булькает, а как рассердится, не спасется никто. Затопит все проходы горячим огнем, сжигая живое и мертвое.

Отряд остановился, не выходя в пещеру. Один Аратей, скинув связку мечей перевязанных, подошел к стене вертикальной, на которой, как соты, тысячи отверстий имелось. Из отверстий жижа раскаленная в щель скальную стекала потоком бесконечным.

Аратей, каждый раз, когда огненное озеро переходил, волновался. Для того, чтоб не разбудить Мастера горного, требовалось всего пять отверстий из тысячи камнями заткнуть. И тогда над огнем мост поднимался. Несколько минут пламя сдерживал. А потом все назад возвращалось. Но нужные отверстия каждый день место меняли. А нужный порядок только один, ошибешься, пожалеешь.

Достав из кармана заранее приготовленные камушки, Аратей подбросил их на ладони, словно взвешивая. Отсчитал в бесконечном ряду шестой ряд и десятый столб. Именно так сегодня звезды нужные расположились и луна ночная повелела. С большой предосторожностью вставил первый камень, перекрывая поток мелкий. Прислушался, к шороху тягучему. Если что-то не так сделает, горный Мастер в один миг взбесится, жаркой волной накроет.

Но спит горный Мастер. Не рычит лавой разбуженной.

Аратей не спеша камни на места свои вставил. С последним чуть помедлил, к друзьям, в отдалении застывшим обернулся. Предупреждая, что пора готовым быть. С силой последнее нужное отверстие закупорил. Метнулся назад, к остальным. Те уже бежали вперед, помня, как мало времени им отпущено.

Аратей подхватил связку брошенную, в хвост колонны торопливой пристроился.

Как только вбежали в пещеру, прямо на глазах из лавы поднялась выше огня полоска, не больше четырех ладоней в ширину. От одного берега, до другого. А иного пути кроме моста узкого и нет

Первым на мост Гамбо ступил. Считался он среди друзей везунчиком. Да и смелостью отличался безрассудной. В любой драке, в любом бою на рожон лез.

Заорал во все горло, и побежал по узкой полоске, быстро ногами перебирая. Следом за ним, с такими же криками, не от страха, а от задора, остальные поспешили. Над огненным озером чего ж не покричать, когда душа просит. Разве что майр Элибр общему веселью не поддавался. От того, что его веселье в могиле у старого дуба на поляне мертвой осталось.

Как на другую сторону перебежали, в просторный туннель бросились, дыхание перевести, да на то, как мост Мастером подаренный, в пучине огненной будет тонуть, посмотреть.

Дорожка узкая повисела чуть, да в одно мгновение разом в лаву ушла. Только желтый огонь в потолок каменный взметнулся.

Отдышавшись, дальше двинулись. Катакомбы совсем широкими сделались. Можно и по четыре в ряд идти, и даже по пятеро, если животы не слишком толстые. С этого места до главной пещеры, где ждали их возвращения горняки с учителями, рукой подать. Десять поворотов, да тридцать ложных уходов. Вот и весь путь.

Кроме крестоносца Самаэля, да ганны Вельды и лесовик рядом с ними был, ждал возвращение воспитанников.

Тесал ножом широким корягу толстую, с самой зеленой долины в пещеры принесенную, чудное животное из нее вырезая. За умение из каждой деревяшки забаву детскую освобождать, уважали сильно горняки лесовика. Сами-то они только по рудам мастера были. Болванку какую выплавить, и из той болванки меч выковать, без труда особого. А вот с деревом, которого в зеленой долине немного было, а что было, берегли особо, никто не умел обращаться.

Ножом работая, Йохо говорил с колдуном, у костра кости старые греющего:

— А не кажется тебе, Самаэль, что слишком уж жестоким наследник растет? Не нравится мне, что он с дружками своими такими делами в Ара-Лиме занимается. Для военного дела мал еще, король наш. Привыкнет к крови, потом что делать?

— По-твоему, пусть куклами твоими безмозглыми играется, — колдун глаз не открывал. Отвечал не думая. Не в первый раз лесовик с тревогами своими приставал. Не он один волнуется. Вот и ганна рядышком вертится. Подслушивает.

— Не про кукол разговор, — Йохо поворочал в костре головешки красные. — Уже год прошел, как ты короля одного в набеги отпускаешь. Сколько он голов уже снес? Не сосчитать. Я когда с ним ходил, видел, с какими глазами он людей резал. Чуть не стошнило меня. А Аратею хоть что. Я уж не говорю про банду, что по твоему распоряжению, Самаэль, вокруг наследника образовалась. Головорезы юные. А их пороть и пороть еще. Лучше бы книжки твои умные читали, да уму набирались.

Вельда, что мимо проходила, одобрительно кашлянула, соглашаясь со словами лесовика.