Пепел Черных Роз
Шрифт:
А как только мятежного бронда повесили на воротах его же собственной крепости войска доблестного императора нашего, сбежал вместе с родителями и основал Школу. Кто ему помог в этом деле, оставалось неизвестным, но Гнорициут с самого момента основания своего учебного заведения водил тесную дружбу с таинственными магами Кривых Зеркал, так что может быть первыми ему в этом деле помогли они. Потом, разглядев в нем возможного союзника, к делу подключился Орден Святого Братства, и с тех пор Школа обзавелась могущественной военной поддержкой и могла не опасаться вторжения и набегов. А таковые могли быть, поскольку школа была богата и предприимчива.
Спрятавшись в своей заповедной роще, названной им Цветочным Домом, Гнорициут занялся тем, о чем мечтал всю свою жизнь — изучением жизни растений. По всей видимости, он считал их гораздо более привлекательными и ценными по сравнению с суматошными и непоследовательными людьми и редко снисходил до общения с себе подобными. Школа приносила средства к существованию, самому Гнорициуту по слухам требовалось совсем мало, и он все силы свои направил на исследования чарующих его воображение цветов и деревьев.
Его заботами в пределах Зеленого Лабиринта царили все оттенки зеленого цвета, оправдывающие название Школы. Толстый, упругий ковер изумрудных мхов, при ближайшем рассмотрении поражавших своим разнообразием, островки трав между гордо вздымающимися в небо необхватными стволами, собранные со всех концов Земель самые удивительные растения и еще более чудные создания самого Гнорициута.
Одно из таких, с позволения сказать, растений ночью вползло в класс Школы и притаилось. Когда ученики собрались на занятия, оно, потревоженное, выползло из-под кафедры и, сыпля направо и налево семенами, постаралось обнюхать, по-другому и не скажешь, Буртона, страдавшего, к слову сказать, слабым желудком. В общем, шуму получилось!!!
Наставник, сам не на шутку испугавшись, поддел растение на палку, как змею какую, и вприпрыжку понесся к заповедной роще.
Роща поражала. Ни одной засохшей сосновой иголки на моховом ковре — специально созданные силой и волей мага крошечные создания, порхающие на своих полупрозрачных стрекозьих крылышках, еще до зари убирали весь мусор, сыплющийся с деревьев. Подбирали мертвых насекомых и засохшие травы, дабы даже тень гасящей жизнь Морки, не омрачила радости и спокойствия Зеленого Лабиринта.
Как заботливый садовник, ухаживающий за цветами, маг пекся о своем доме и приумножал его богатства, находя в том высшую цель своего бытия — о том, что так величественно сильно и так поражающе беззащитно перед рукой злого человека. Ведь сказано:
«Пила сильнее, но прав всегда ствол!»
По сути своей Гнорициут и был именно талантливым садовником, хотя молва приписывала ему колоссальные возможности.
Достоверно этого никто не знал, а Школа занималась всеми проявлениями Силы от способности влиять на природные явления, до того, чему и применения то найти было невозможно, как, например, способность несчастного Болвика из Нэриона видеть в капле воды страшных зверей.
После того как Болвик нарисовал по памяти некоторых из них, видевшие рисунок долго еще не могли заставить себя выпить ни глотка воды. Сам Болвик тоже ел и пил только с закрытыми глазами.
Юноши терялись в догадках, для чего их вызвали на аудиенцию и не ждали от предстоящей встречи ничего хорошего. Причина по все видимости должна была быть достаточно серьезной. Как уже упоминалось, Гнорициут редко отрывался от своих дел ради встречи, с кем бы то ни было.
Нэдар и Айслин еще имели некоторые подозрения насчет того, за что их могут вызвать.
Например, тот случай, когда Нэдар вызвал ночью устойчивый ветерок со стороны нужника в направлении ненавистного им наставника по теории зависимости Силы от некоторых случайных факторов… а может прискорбный эпизод с воспламенением абсолютно негорючих материалов, инициатором которого явился Айслин и в результате чего был нанесен ощутимый ущерб личным вещам аж троих наставников и десятку обучающихся.
Вот Дануэю если и предстояло предстать перед верховным — то только затем, чтобы выслушать очередной хвалебный отзыв, поскольку никогда и ни в чем предосудительном он замечен не был. И такое соседство еще больше тревожило Айслина с Нэдаром. Если Дануэю в случае чего пришлось бы просто вернуться в свое родное брондство законным наследником, то вот им обоим идти было некуда и пока они шли оба горячо поклялись самим себе никогда больше не нарушать установленный порядок Школы.
Они направились дальше и у трех заповедных деревьев, неподалеку от копающегося на грядке изможденного старика, остановились.
«Рубитога», — раздался в их головах голос хозяина Школы. Сам он видно не пожелал появиться воочию и предпочел действовать через их сознание.
Рубитога — Рубиновые джунгли! Проклятое место, где каждый клочок земли настолько густо пропитан кровью, что даже листья и цветы приобрели её оттенок. Ужас Благословенных Земель, густо заселённый нежитью, которая нередко покидала своё мрачное логово, сея смерть повсюду, куда могла добраться. Оно было так сильно насыщено Злом, что даже могущественные маги и воины вкупе со святыми братьями так и не смогли искоренить его. Храбрецов же, осмелившихся посетить те края, никто больше никогда не видел. К слову сказать, таких храбрецов и не сыскать было уже почти десяток лет, после того как Брыкун Атрис, повздорив в харчевне, на спор решил провести ночь в джунглях, и перед тем как вступить в лес, сломал десяток ребер у воинов разъездного дозора, пытавшихся остановить его.
Года через два патруль подбил одну из джунглевых тварей — гребенчугу, на груди, у которой красовался амулет Атриса — брыкающийся жеребец.
— Добрыкался! — задумчиво произнёс тогда старшина дозора, взвешивая перепачканный черной кровью твари амулет и свободной рукой потирая под доспехами еще ноющие, кое-как зажившие ребра…
«Мне нужно чтобы вы пошли туда», — продолжал голос.
Поскольку молчание затягивалось, Айслин решился нарушить его.
— Учитель, но ведь Рубитога — владения Дархаила?!
«Да и он не должен знать о том, что вам поручено. Никто не должен знать… и еще вот что»…
Дархаил был одним из сильнейших магов Земель изгнанный из рядов Кривых Зеркал и, следовательно, ставший врагом и своим бывшим соратникам, и Гнорициуту, сотрудничавшему с ними. Посылать учеников Школы в его владения, означало посылать козлят в клетку с тигром в слабой надежде, что он их не съест.
«Вот оно — наказание, — не в силах унять нервную дрожь сказал себе Айслин. — Доигрались!»
Надо же было им подкладывать лягушку в постель Буртону?!!
Старикашка, копавшийся на грядках, подступил поближе, и мрачный Нэдар сделал ему знак рукой — «Пошел вон!»
«С вами вместе пойдет представитель Братьев. Это наше с ними общее дело и после его исполнения вы все будете в награду переведены на следующую ступень обучения без испытания».
— Но почему мы?
«Вы именно того уровня, которое не сумеет распознать изгнанник на расстоянии… к тому же вы лучшие среди остальных».
При этих словах Дануэй скромно потупился, Айслин начал счищать что-то с ученической мантии, а Нэдар носком сапога отбросил в сторону торопливо бегущего жука.