Пепел и пустошь
Шрифт:
– Милорд, я хотел немного подбодрить вас с утра, – виновато произнес странник. – И поэтому устроил этот цирк с переодеванием.
В моей груди снова закипала злость:
– Ты знал, что за нами «хвост»?
– Никак нет, просто я предполагал, что такое возможно, раз мы сняли маскировку.
Искин на этот раз предстал в очках и темном деловом костюме, наверное, хотел подчеркнуть важность момента.
– Нам придется приземлиться на Зеоне-12. Это не обсуждается. Вот только когда выйдем на посадку, включи маскировку. Пусть наши друзья-шпионы попробуют найти корабль.
Я устало дотронулся рукой до лба. Лоб был горячим.
– Но, Артур, мы можем разбиться! Я и так лечу из последних сил. Маскировка потребует дополнительных затрат энергии! – На лице искина возник испуг.
– Делай, что я говорю, это не обсуждается.
«Странника» было жалко. Хороший корабль. Искин заменял мне друга уже три года странствий по галактике. И пусть мои поиски не увенчались успехом, все же кое-что сделать удалось. Память – странная штука. Именно сейчас в голове возникли воспоминания о том, что я пережил за последние годы: жаркие пустыни Антареса, ледники Сиора-29… Непростое было время.
Мы приближались к синей поверхности Зеона. Красиво и аутентично. Мне нравятся такие небольшие планеты. Перед глазами сразу появляются умиротворяющие картины природы. Тропический пляж, запутанные ветви деревьев, экзотические птицы и звери. И отдых, которого у меня не будет, похоже, никогда.
В голову лезли разные мысли, и самыми отвратительными были те, что связаны с имперцами. Что же делать? Они найдут меня на Зеоне, это факт. За счет маскировки я просто выиграю немного времени.
Надо провести его с пользой, придумать план дальнейших действий. Мрак! В памяти появилось лицо императора, искаженное злобой. Пустошь! Двуликий змей!
Если честно, я не планировал возвращаться в империю в ближайшие десять лет, но раз отец почуял неладное и объявил охоту, у меня не остается выбора.
Последний раз мы разговаривали год назад. Тогда он велел немедленно возвращаться домой. Придумал кучу важных дел для меня. Определенно папаша что-то узнал или, возможно, он просто хочет обезопасить себя от сына, который совсем отбился от рук и не желает быть такой же бездушной марионеткой, как все его поданные.
Как же я ненавижу все, что связано с императором! Его голос, манеру говорить, повадки. Лучше прозябать на низшей планете, чем сидеть в придворном зале, обставленном дорогой мебелью, и видеть лица родственников.
– Они не люди, – голос мой перешел на шепот, – жалкое подобие людей. Бездушные машины, созданные для одной цели.
Поэтому я должен что-то придумать, какую-то сказку для отца, обмануть его. Потому что, если он узнает правду, мне определенно придет конец. Мрак!
Между тем, мы вышли на орбиту Зеона. Отстраненным голосом я произнес:
– Странник! Маскировка!
Искин натужно улыбнулся:
– Да пребудет с тобой удача, Артур.
Он что, прощается? Какой-то у него странный голос. Искины способны испытывать эмоции, поэтому каждый год в империи их личность сбрасывают до заводских настроек. Никому не нужны слишком умные машины. Мой странник жил уже три года – слишком долго.
Я внимательно следил за серыми точками имперских кораблей. Они отдалялись. Пусть попробуют теперь меня найти.
– Приготовьтесь к посадке. Рекомендую надеть спасательный шлем и настроить спасательную капсулу.
К черту шлем, странник! Не думаю, что он меня спасет.
И все же я нажал кнопку активации капсулы.
А затем корабль тряхнуло.
Когда я открыла глаза, где-то на ветке дерева кричала птица сарвар. Наступило утро.
Я поднялась с холодной земли. Все тело ломило от холода. Хотелось пить.
Подошла к водоему и зачерпнула воду. Она была приятной, даже вкусной, вот только холодной.
Где-то в отдалении послышался знакомый звук горна. Пять утра – подъем на базе. Я представила, как сейчас один из зеонцев обходит комнаты. Надо спешить, пока они не заметили, что меня нет на месте.
Я отряхнула траву с бесформенных штанов. И тут рядом на куст с длинными упругими стеблями села сарвар. Она распушила хвост и взглянула глазами-бусинами.
Действительно похожа на павлина. Я улыбнулась:
– Может, ты хочешь есть? У меня ничего нет, сама голодная.
Сарвар щелкнула клювом и взлетела, оставив после себя только несколько перьев. Наверное, это хорошо, уметь летать. Птицу ждала свобода и небесные просторы, а меня серые стены столовой и новая военная форма солдата. Сегодня придется идти на передовую.
От этой мысли в груди снова похолодело.
И все же я направилась вперед, к базе. Ничего, справлюсь. У меня ведь есть план. Рука невольно коснулась кольца на золотой цепочке, и в сердце немного потеплело.
Я активировала перстень и еще раз посмотрела на карту. Корабль принца приближался к Зеону, он слегка изменил свое направление. Посадка будет совсем рядом с базой. Тем лучше
Вспомнилась какая-то старая песня про бетонные стены серого города, где не видно солнца. Сердце учащенно билось. К горлу подступил комок.
В коридорах базы быстро передвигались люди и зеонцы. Все готовились к наступлению.
В столовой есть совсем не хотелось. Я уныло перемешивала ложкой белую питательную смесь. Многие смотрели на меня с жалостью. Весть о гибели Ветер и Клевер уже разнеслась по всей базе. И все же здесь такие новости были привычным делом. С каждым днем резервистов становилось все меньше.
После скудного завтрака (пришлось заставить себя проглотить полтарелки противной смеси рациона-1) я поплелась в свою комнату. Вся моя утренняя решимость куда-то исчезла. Руки слегка дрожали. Я остановилась перед дверью с надписью: «Комната 115».
Закрыла глаза…
«Кристина… то есть Дождь, ты, как всегда, не понимаешь смысл игры две правды, одна ложь! Здесь должна быть интрига! В этом весь смысл», – Ветер со смехом кидает в меня подушку.
Карие глаза Клевер светятся в темноте. Она тоже смеется
Это было так недавно. Мы втроем коротали ночи за любимой игрой Ветер, обсуждали земные лакомства, смеялись и всегда были вместе. Три человека, которые никогда бы не встретились на Земле.
Мне не хочется открывать эту дверь. Точнее, я бы с радостью зашла в ту комнату 115, которая была несколько дней назад. Махнула бы рукой подругам, легла на кровать, и вот мы снова обсуждаем отвратительную зеонскую еду, рассказываем друг другу страшилки и болтаем перед сном. Но сейчас все будет по-другому. Без девочек 115-ая комната станет снова тюремной камерой.