Чтение онлайн

— Но я не инвалид и могу умыться сам…

— Сам? Вряд ли. Тебе будет удобнее вымыться, лежа в постели.

— Целиком? — Несмотря на жгучую боль в ноге, Коул чуть не рассмеялся.

Элайна медленно подняла на него глаза.

— Для начала ограничимся несколькими местами.

— Ты разбиваешь мои надежды.

— И поделом тебе! — воскликнула она с лукавой улыбкой. — Каждый, кто способен довести больную ногу до такого состояния, заслуживает хорошей головомойки! — Элайна быстро приложила холодный компресс к ноге мужа, и от неожиданности он чуть не свалился с кровати. Словно не удовлетворившись этим, она тут же обмотала ногу полотенцем, смоченным в горячей воде.

— Осторожнее! — вскрикнул Коул. — Иначе нам с тобой не видать потомства как своих ушей!

— Я стараюсь, — виновато отозвалась Элайна. — Но, по-моему, ты напрасно беспокоишься, дорогой.

Когда Оли и Майлс втащили в спальню огромное кожаное кресло, Элайна сняла с больной ноги остывший компресс и снова приложила к ней снег.

Несколько раз повторив эту процедуру, она с удовлетворением убедилась, что домашнее средство действует безотказно. К вечеру, когда опухоль заметно спала, она вынула из-под колена Коула подушки, и он смог устроиться в постели поудобнее. Чтобы успокоить жену, он провел в постели весь следующий день, но теперь у него уже не было сомнений, что скоро он сможет встать на ноги.

Наступил декабрь. Снег укрыл землю белоснежным покрывалом. Минди, которой еще не доводилось праздновать Рождество и Новый год, с восторгом слушала рассказы Элайны о предстоящем веселье. Девочка повесила чулок возле камина в гостиной, а тем временем Элайна усердно чинила испорченное желтое платье и мастерила наряды для новой куклы, купленной для Минди Коулом.

Однажды днем в усадьбе побывал Хорас Берр, и с тех пор Коул с нетерпением ждал, когда ему представится возможность преподнести жене совершенно особый подарок. В свою очередь, Элайна задумала подарить мужу не только сшитую своими руками домашнюю куртку, но и еще что-то особенное. Она послала слугу за Бреггаром Дарви, прося его приехать, пока Коул не вернулся из Сент-Крой.

Однако Коул справился с делами гораздо раньше намеченного срока. Подъезжая к дому и заметив возле крыльца коня, принадлежащего Бреггару, он мгновенно пришел в ярость и без предупреждения ворвался в гостиную. Если любвеобильный ирландец не обделил знаками внимания Роберту, то уж наверняка он увлекся Элайной, чья красота не шла ни в какое сравнение с красотой ее кузины.

Шагнув в гостиную, Коул увидел, что Бреггар и Элайна, сидя рядом в креслах, оживленно беседуют о чем-то. Бросив шляпу Майлсу, он рывком стащил с плеч пальто.

Нерешительно поднявшись ему навстречу, Элайна оправила платье и опустила глаза. Щеки ее покрылись румянцем.

— Ну и ну! — Коул с упреком взглянул на Бреггара. — Стоит мне покинуть дом, как ты уже тут как тут! Судя по всему, в последнее время женщины не слишком балуют тебя вниманием…

Элайна вскинула голову, ее глаза гневно блеснули.

— Коул, как тебе не стыдно?

— Вот как! Может быть, мне еще и извиниться перед ним? Ты просто плохо знаешь, на что он способен.

— Я пригласила его, — Элайна твердо посмотрела мужу в глаза, — и не жалею о своем решении.

Мрачная тень скользнула по лицу Коула.

— Что ж, я давно знал, что моей жене не приходится сетовать на недостаток внимания.

Это оскорбление застало Элайну врасплох.

— Негодяй!

Захлебываясь рыданиями, она выбежала из комнаты. Коул последовал за ней, но Бреггар, нагнав его у парадной двери, схватил за рукав и заставил остановиться.

— Твоя жена вызвала меня сюда, чтобы попросить об одной услуге, — горячо принялся объяснять гость. — Она всего лишь не хотела обмануть твои ожидания. Нравится тебе это или нет, но летом ты станешь отцом.

Глаза Коула изумленно раскрылись. Оттолкнув тучного ирландца, он рывком распахнул входную дверь, но Элайна уже успела сесть в двуколку и теперь мчалась вперед.

Ни минуты не задумываясь, Коул вскочил на стоявшего у крыльца жеребца Бреггара и, вонзив каблуки ему в бока, рванулся следом.

Вскоре его конь поравнялся с двуколкой, но когда Коул приказал Элайне остановиться, она лишь еще энергичнее замахала кнутом. На головокружительной скорости они неслись по обледеневшей аллее. Коул подгонял жеребца, стараясь заставить запряженную в двуколку кобылу свернуть в глубокий снег у обочины. Наконец, не выдержав головокружительного темпа гонки, кобыла перешла на рысь и увязла в снегу.

Осадив разгоряченного коня, Коул спешился.

Неожиданно с низко нависшей ветки на Элайну обрушился целый сугроб мягкого снега, и она, вскочив, принялась стряхивать снежную пудру с лица. Затем, внезапно схватив поводья, она попыталась снова направить кобылу на аллею, но Коул успел остановить ее.

— Элайна, прошу, успокойся, иначе ты навредишь себе! — Он сделал шаг, чтобы схватить испуганное животное под уздцы, но оступился и ударился плечом о бок кобылы. Отпрянув, та вырвала уздечку из его пальцев, и Коул рухнул навзничь. В этот момент одно из копыт опустилось прямо на его бедро. Из груди Коула вырвался пронзительный вопль.

Обезумев от ужаса, Элайна выскочила из двуколки и, обежав вокруг лошади, раскинула руки и закричала. Почувствовав в ее голосе угрозу, кобыла попятилась и наконец вывернула на утоптанный снег аллеи, где и застыла в полном недоумении, в то время как Коул корчился на снегу, скрипя зубами от боли.

Элайна упала перед ним на колени и попыталась взять его за руки.

— Пожалуйста, дорогой, успокойся! — умоляла она. — Так тебе будет только хуже!

Ухватившись за воротник ее плаща, Коул придвинулся ближе и, пытаясь заглушить стон, уткнулся лицом ей в грудь.

— Это не лошадь, а зверюга! — пробормотал он сквозь стиснутые зубы. — Из-за нее я теперь лишусь ноги!

— Тише, милый! — Элайна просунула полу толстого плаща под спину мужа, чтобы плотнее закутать его, в то время как холод неотвратимо пробирался под ее бархатное платье. — Лежи и не двигайся, а я отправлюсь за подмогой…

— Постой! — Коул попробовал удержать жену за руку, но она лишь ласково возразила:

— Нам не обойтись без помощи. Я постараюсь вернуться как можно быстрее.

— Элайна, послушай меня! Просто… однажды я уже потерял тебя и не хочу, чтобы это повторилось. Бреггару нельзя доверять — это он соблазнил Роберту, и по его вине она забеременела. А потом он отправил ее к какому-то шарлатану, чтобы избавиться от ребенка…

Услышав эти слова, Элайна вздрогнула. Хотя ей трудно было поверить, что добродушный ирландец способен наставить рога лучшему другу, а затем убить его жену, она понимала, что Коул вряд ли произнес бы столь страшные слова, не имея на то достаточных оснований.

— Я уже просила не путать меня с Робертой. То, что случилось с ней, не имеет ко мне никакого отношения.

— Прости, больше не буду, — произнес Коул, силясь улыбнуться.

— Я тебе верю. А теперь постарайся не двигаться и жди меня. — Элайна погладила мужа по щеке и с нежностью взглянула на него. — Скоро у нас будет ребенок, и тогда уж тебе не придется сомневаться в моей любви и преданности. Нашему малышу достанутся самые огромные и яркие голубые глаза в мире.