Чтение онлайн

— Я перенёс наблюдение за звёздами поближе к лесу — решил сменить ракурс. Сестра… возможно, ей не спалось и решила прогуляться в предлесьях? — с ходу предположил Питер.

— А ведь он прав, — вставила девушка. Фантастика, Питер знает мотивы Эльзы лучше её самой.

— Твой ответ, Эльза, звучит так, будто ты сама не знала, что сказать, — снова заметила Оливия.

— Не иронизируй хотя бы сейчас, — сделал «замечание» Питер в попытке выручить родственницу.

Эльза сдалась. Она даже руками развела. «Да, да, Питер прав тысячу раз, больше не буду». Хотелось нахамить, но это было бы недипломатично. Между прочим, если Эльза начнёт хамить — кто окажется виноватым? Тётка с инквизиторской жаждой дознаться? Питер, решивший скрывать? Серьёзный вопрос. К вопросу — грустный ответ. Виновата будет Эльза. Или нет? Не Эльза же поместила себя в дурные условия, побуждающие хамить.

— Вы точно что-то скрываете, — Оливия выпрямилась и упёрла руки в бока. — И вы во что-то вляпались. Как говорят во Франции, «в серьёзное дерьмо».

— Может, вы скажете, во что? Хотя бы примерно… я знаю только то, что нас непонятно за что возненавидел карлик и, возможно, вся его… ну, не один он вроде. Всё, — выдал Питер. Тон был устало-раздражённый — и так не отдохнуть, так ещё и… И не понять, как это прекратить.

Капитуляция не происходит сразу, особенно если её никто не принимает. Но Эльза всё равно капитулировала. Всё ещё.

— Если бы карлик был прямо-таки агрессивен, кто-то бы уже давно нарвался… — Оливия сместила челюсть и губы влево. — Хм… так это он убил собаку?

— Больше некому… скорее, он, — пробормотал Питер.

Эльза следила за приключениями тётушкиной челюсти в меру пристально, но не в меру увлечённо. Внутренне увлечённо. То есть виду особенно не демонстрировала, но внутри — внутри была заворожена! Челюсть! Губы! И шевелятся, и перемещаются! Было в этом нечто интегральное. Общее с интегралами. Интегралы…

— Сказали бы сразу… он был бы жив, — тётушка покачала головой. — Закапывать будете вы. В наказание.

— Понял. Только где? — поинтересовался Питер, согласившись со сказанным. Ну, почти… но о личном мнении Карф не распространялся. Ни к чему подробности. Пока.

Ну, деревня! Убили карлика, «на маленького человека похожего, с ручками-ножками как у ребёнка». Что дальше? Правильно — закопать! А впрочем, ребятам оно на руку. Эльзу другое занимало. Приедет она к папе с мамой, мама спросит, чем занималась. Эльза: «Трупы закапывала!» Вот родители удивятся. Кроме того…

— А я копать не умею, — сказала девушка и внимательно принялась рассматривать раненую ногу. Свою, конечно. Она же — ветеран жарких сражений с гоблинами.

— Тем хуже для тебя, — нахмурилась Оливия, после чего перевела взгляд на Питера. — Под яблоней. Мы хотим, чтобы можно было навещать его могилку.

Похоже… Оливия и Эльза говорили о разных могилах.

— Понятно, — сказал Карф. — А лесного… куда?

Вот так. А Эльза решила было, что им нужно закапывать Икки. Да, она опять думала о родственниках плохо — и опять незаслуженно. Такой уж она была человек. Неправильный. Или не человек — ребёнок. Детям можно думать что угодно. Можно даже не думать — это тоже нормально. Эльза либо неправильный человек, либо обыкновенный ребёнок. Что лучше?

— Хм… придётся идти на поклон к Святой Лоле, — ответила Оливия. — Я с вами схожу.

— Кому-кому? — Питер был не на шутку удивлён добавлением к имени «Святая».

Вот уж он не знал, что где-то недалеко живёт монашка или отшельница. Не то чтобы… это просто неожиданно. Совсем. Хотя… как-то не так произнесено, нет?

Эльза уже устала это делать. Это — менять о тёте мнение. То обычная, то плохая, то обычная, то плохая, то обычная… снова плохая. Были б силы — сказала бы чего-нибудь едкое. Теперь силы кончились. Усталость была.

— Тётя Оливия, у меня нога болит, — сказала Эльза неподдельно усталым голосом. — Можно я не пойду?

Впрочем, внутренне она смирилась. Ей всё равно. Хоть к Святой Лоле, хоть к Сатане — всё равно их не существует. Ага, прямо как фей, прямо как гобли… нет, не существует.

— Придётся, — сурово сказала Оливия. — А так — мы тебе костыли найдём. Будешь на костыль опираться, а не на ногу. Вы, похоже, кого-то из фэйри завалили, а это вотчина Лолы. Надо пирогов наготовить ей на месяц, чтобы она не послала нас с такими косяками куда подальше.

Так. Эльза было решила, что это христианские штучки. А они не христианские. Если даже есть что-то от христианства, есть и от язычества. «Фэйри — вотчина Лолы», надо же. Клятые английские еретики. Что бы Эльза подумала, окажись штучки стопроцентно христианскими? «Клятые английские фанатики», наверное.

— Ну ладно, — вздохнула девушка.

— А кто она? — попробовал прояснить ситуацию Питер. Хоть на пиит, хоть на два слова. Пусть даже и одно — только без теней второстепенных и ненужных к этому случаю значений. Греческие тени были не нужны — только конкретика. Которой после встречи со всем чудесным стало очень не хватать.

— Я, если честно, не верила во всё это… но, похоже, зерно истины в этом есть. Лола — последняя из семейства Спринг, местных жрецов. Они содержали оба храма: как христианский, так и храм местных языческих духов. В частности, феи Морганы, — Оливия пожала плечами. — Подносить пожертвования в храмы всегда была традиция, но ныне Лола живёт одна. Её не взяли в местный сиротский приют, так как от неё требовалось отречься от еретических учений родителей, а сама Лола этого не сделала.

— Понятно… — пробормотал Питер. Странная новость, хоть и немного радующая — с фейкой нужно было что-то делать. Хотя бы выяснить, как ей помочь восстановиться.

А местные обычаи… местные — и только. Хотя вот поклонение королеве в глазах Карфа было чем-то странным. А сейчас — кажется, после перебинтовки у него будет небольшая пауза перед копанием могилки.

Не отреклась — это заслуживает уважения. Конечно, Эльза не посвящена в детали истории, но услышанного достаточно, чтоб составить минимально хорошее мнение об этой Лоле. Упираться, стоять на своём, держать линию — любую, даже самую дурацкую, типа христианства, замешанного на откровенно языческом фольклоре. Не каждый сумеет. Дело могло заключаться совсем в другом, детали ведь скрыты, но для затравки впечатление сойдёт.

«А просто так вы сиротку не кормите — только когда приспичит? — подумала девушка. — А девочка точно справится — съесть месячную норму пирогов? А если справится, что же, целый месяц будет питаться пирогами? А если всё так и будет, может, ей не пирогов наготовить? Представляете, каково целый месяц питаться пирогами?»

Хотела поспрашивать, но не спросила. Устала же. Будет отдыхать. Возможно, по пути к логову Лолы спросит, если не слишком утомится копать могилу. Говоря по секрету, Эльза была намерена откосить от этой обязанности. Как? Она ещё не придумала.