Чтение онлайн

Эльза помолчала, затем попросила:

— Подожди.

Ей нужно было одеться теплее. Джинсы, кофта, рубашка… Может, куртка будет. Причины? Какие причины? Странно было. Чувство, что банка — лейденская.

Точно, поискать фонарь.

— Подожду, — согласился Питер.

А в ожидании можно было… послушать сов, к примеру, или последить за звёздным небом.

Эльза покинула Питера и занялась сборами. Какая-то она была отрешённая. Словно бы всё происходящее было не с ней. Питеру было впору вспомнить одну из местных многочисленных легенд, которые до него дошли в искажённом виде. Вдруг её душу феи похитили? А что? После того, что он видел сегодня, почему бы не существовать такому феномену?

Наконец, девушка вернулась. Уже хорошо собранная, с небольшим фонариком с красной ручкой, у которого был механический регулятор направленности луча.

Анализировать — это занятно. Наблюдать. Выводы, предположения, выработка линии — бац! — вскрываешь самую мякотку (фантазируешь, что вскрываешь). Без события не будет наблюдения, понятно. Себя анализировать — интереснее, хотя и бессмысленнее. Пристрастия, мечты, личные обманки — без них человек кончается. Тем не менее, с ними плохо. Возможно, она подумает, возможно, сейчас — на ходу, по лесу, — возможно, очень позже (как станет пуританской бабкой). Звенело — не новое, но радующее свежестью, — что оправдания не нужны. Особенно перед собой. Кто-то оправдывается за выпитый стакан воды? Несчастный человек.

Нет у бедолаги фонарика с красной ручкой. У неё есть — темноту гонять. И это плохо — жить во тьме… а чёрт его знает, может и хорошо. Конкретно. Ясно. И оправданий нет, но не оттого, что не нужны — всё оправдано, давно и надёжно. Эту мысль надо додумать. Когда-то давно — было, помнилось! — она не оправдывалась. Дети вообще безответственны.

— Готово, — вышла, встала, мол, «веди». Самый знающий ведь человек. Фей видел. Интересно, а чёрта? И чёрта увидит. Такой увидит.

Вообще-то свой фонарь — не красный, большой и серый — у Питера был с собой, в поисках лучшего места для наблюдения за звёздами он ходил по темноте немало. Ну, минут десять ходьбы до какого-то пустыря без домов — может, площадка какая, не важно. Главное — ровная поверхность и отсутствие мешающих заграждений. Но лучше чердака в доме Корфутов места пока не нашёл.

— Пошли, — и Карф повёл Эльзу. Ну да… в лес.

Впрочем, о том, как это может смотреться со стороны… да они же родственники, вообще-то! Нечего тут и думать.

Между родственниками повисло неловкое молчание. Они шли вроде бы вместе, но со стороны казалось, что каждый хочет пойти своей дорогой, и только тот факт, что дорожки эти пролегают рядом, их и держит. Красный фонарик удобней лежал в руке, но Питер оказался более подготовлен. Его фонарь светил лучше, ярче. Большую территорию освещал. И всё равно очень скоро, метров через двести, можно было почувствовать себя заблудившимся, ибо тьма уходила только с близлежащей территории. Всё остальное оказывалось быстро скрыто той самой тьмой, мешавшей ориентироваться и искажавшей даже знакомые силуэты.

Как самому старшему, вести пришлось Питеру. Впрочем, он к этому готовился и даже взял с собой компас. С которым и сверился, вспоминая направление к упавшей «звезде». Ещё были и простые звёзды… в общем, если что, выведет, не заблудится. Но сначала бы до «звезды» дойти.

— Не ожидал, что ты так быстро захочешь всё проверить, — произнёс Карф. Как-то разговор с родственницей стоило поддержать. Иначе совсем тоскливо.

Травка растёт, звёзды блестят, деревья преграждают, а дорожка тянется, тянется, а по дорожке — ходят. Люди ходят, звери. Очень всё гармонично устроено, если не задумываться.

— Ну да, — едва-едва тише, чтобы не задуматься, сказала Эльза.

Не получилось. Если вернуться к сугубо гипотетическому бедолаге — окажись он здесь, непременно сломал бы лодыжку. Лес же. Эльза однажды сломала ребро.

— Ну да. А ты, наверное, долго собирался?

— Минут пять-семь. Убрать телескоп, найти компас… — протянул Питер.

О ноже упоминать не хотелось. Во избежание. Впрочем… если что, легенды бывают недобрые. И древние путники без ножа не выходили… но всё равно итог был печален.

— Я наблюдать звёзды часто хожу… и дома тоже, с телескопом. Оттого и одеваться не пришлось — и так был одет, — развил тему Питер.

— Наверное, дело в телескопе с компасом. — Эльза пожала плечами и пояснила: — У меня их нет.

«Компас» ассоциировалось со скаутами. Отряды, лагеря, костры. Галстук, румянец, дух «будь готов!», а вот из самого Питера скаута не выходило. Слишком болезненный. Или, может, детей в скауты затем и отдают, чтоб здоровее стали? Может, все скауты именно такие. Впрочем, вернее: скауты очень разные.

— Понятно. И… как тебе? Нравится? — спросила девушка.

Сова снова заухала. На сей раз громче. Кажется, даже раздражённо. Краем глаза можно было заметить небольшую лису, которая, заметив людей так близко, предпочла не сбегать, а просто застыть на месте, глядя в их сторону отсвечивающими серебром глазами.

— Наблюдать за небом? Успокаивает. И нравится. Временами нахожу созвездия, временами нет — я просто любитель, это просто хобби. Прогулки тоже… — сообщил Питер.

На сову внимания обратил мало, только посмотрел чуть вверх — не там ли? А лиса… её парень, кажется, не заметил.

Эльза кивнула:

— Понятно.

Честно-честно не знала, чего сказать. Зато знала, что надо идти.

И всё же разговор не клеился… так они шли. Шли и шли, хрустя веточками и слушая звуки ночного леса. Уханье совы. Гавканье собак в деревне и ответный вой волков где-то вдали. Всё это в какой-то момент перестало беспокоить. Воспринималось как данность… до той поры, покуда они не увидели впереди свечение. Где-то там, вдали, за деревьями… словно бы кто-то уронил включённый фонарик.

— Видишь? — замер Питер, осторожно всматриваясь в источник света. — Наверно… хорошо, что не показалось. Наверное… — пробормотал студент, не понимая, улыбнуться ему или нахмуриться. Всё вместе не получится.

Карф, как самый старший в группе, пошёл вперёд.

— Вижу, — согласилась Эльза.

Соврала. Что «видишь»? Чёрт знает, электрический свет — лампа… Что нужно видеть? Красивое, изумительное, какое угодно — не электрическое. Электричество вообще для души губительно. Романтический ужин, например, при свечах дают. Вот глупо получится, если выйдут на какой-нибудь домик лесника.

Немножко посомневалась Эльза: выключать фонарь или нет (скауты! осторожность!)? Не стала. И последовала за Питером.

И тут впереди что-то хрустнуло.

Маленькая человекоподобная фигурка, которая двигалась на свет упавшего небесного объекта, повернулась в их сторону и сверкнула двумя огромными блестящими жёлтыми глазами, после чего моргнула сначала левым веком, затем правым. По размерам это существо было с обезьяну, а по удалённости — метрах в двадцати.

— М? — повернулся на хруст Питер. И замер.