Чтение онлайн

— Тебя беспокоит, если закурю? — внезапно спросил он, прочищая горло.

— Нет, конечно, нет.

Шейн кивнул и вытащил из кармана брюк пачку Winston. Его губы плотно сжались на фильтре, пока левой рукой он старался прикрыть от ветра пламя. После нескольких затяжек, Шейн, казалось, стал успокаиваться.

— Чего ты от меня ждёшь, О’Рейли? — спросил он в упор, между клубом дыма и бесстрастным взглядом.

— Почему ты спрашиваешь об этом?

— Потому что я хочу быть с тобой откровенным. Ты меня привлекаешь. Привлекаешь даже слишком, это очевидно. Но я не думаю, что мне есть что предложить кому-то.

— Кто это сказал?

— О’Рейли… — он вздохнул, поднимаясь.

— Что?

— У тебя ко мне есть чувства, я вижу это в твоих глазах.

— А у тебя нет? Это то, что ты пришёл мне сказать?

Он закрыл глаза и глубоко вдохнул, проведя рукой по лбу.

— Я не… Я не знаю, хорошо? — Шейн бросил эти несколько слов так, словно это стоило ему огромных усилий. — Я не смотрел на женщин больше двух лет, потом появилась ты со своей глупой болтовнёй, своими озорными взглядами и я… Я не знаю, я больше ничего не понимаю, но не хочу, чтобы в твоей голове рождались странные идеи. Я не могу отдать тебе то, что мне больше не принадлежит. Я не могу быть ничем иным, кроме как, потрёпанным мужчиной…

Я встала и приблизилась к нему, заставляя его замолчать. Шейн сжал пальцами сигарету и снова посмотрел на меня. Он был напуган, обеспокоен, и я его понимала, понимала очень хорошо. Я нежно коснулась его груди и провела ладонью вверх, прижимаясь губами к его губам.

— Не всегда тот, кто нам нужен, заставляет наши сердца биться, — пробормотала я.

— Но что, если человек совсем неправильный?

Я пожала плечами.

— Иногда стоит рискнуть.

Я погладила Шейна по щеке и поцеловала. Я поцеловала его, понимая, что, даже если этот момент был всего лишь украденным, для нас это стало началом чего-то.

Часть II

Глава 24

Джоанна

— Мы закончили?

— Почти, — ответила я с притворным энтузиазмом. Если бы мне пришлось выразить своё настоящее душевное состояние, то пыхтела бы как паровоз.

— Ты повторяешь это последние два часа, но мы всё продолжаем ходить вдоль и поперёк.

— Давай же, крепись, последнее усилие!

Улыбнувшись, я бегом поспешила к его машине, как это делают дети, когда соревнуются кто быстрее. Добежав до пикапа, я остановилась. Упираясь спиной в борт и скрестив на груди руки, я оглянулась на Шейна. Он шёл, держа в руках упаковку листовок и афиш. Высокий, крепко сложенный, красивый. Одетый в тёмную кожаную куртку, которая выделяла его даже в толпе. Дорога позади него представляла собой длинную раскидистую ленту, окаймлённую плотной паутиной припаркованных машин и переплетённую движущимся транспортом. Лишь время от времени между очередным пикапом и фургоном появлялось пространство, немногим больше проезда, ведущее к тому или иному магазину. Несколько проезжающих машин сворачивали, прерывая это постоянное движение.

Шейн громко фыркнул, его лоб нахмурился, а взгляд выглядел усталым. Он сунул кипу с листовками на заднее сиденье пикапа и встал рядом со мной, локоть к локтю.

— С меня хватит на это утро! — Он вытащил из кармана куртки пачку сигарет и закурил. — Мы бродим уже несколько часов, я бы сказал, что пора сделать перерыв.

Я устало поглядела на свои ноги: их начало покалывать, а мышцы проявляли явные признаки усталости.

— Думаю ты прав.

С небольшим прыжком я села на заднее сиденье пикапа, свесив ноги и зажав ладони под бёдрами. Шейн с весельем посмотрел на меня между клубом дыма и приподнятой бровью.

— Скажи правду, ты тоже больше не можешь!

— Нет.

Покачав головой, я подарила ему одну из своих лучших улыбок.

Было странно видеть его таким расслабленным, без завесы равнодушия или обычной мрачной тени, наброшенной на лицо. Мне нравилась эта его версия, менее суровая и простая.

С того поцелуя на крыльце прошло чуть больше недели, и с тех пор наши отношения развивались стремительно. Можно сказать, что мы начали встречаться. Мы часто виделись как из-за небольшого расстояния между нашими домами, так и из-за того, что моя дочь была без ума от него и никогда не упускала возможности привести Шейна в наш дом. За несколько дней, почти не осознавая этого, мы превратились во что-то очень похожее на пару и достаточно близкое к семье.

— Итак, — спросил он, поднося сигарету ко рту, — что стоит следующим в твоём сумасшедшем расписании?

Я огляделась. Мы стояли на тротуаре, а на другой стороне улицы изящным курсивом была вывеска «У Харрисона». Заведение выглядело как милое местечко.

— Как насчёт чего-нибудь поесть?

Шейн проследил за моим взглядом, ещё раз затянулся сигаретой и кивнул.

— Звучит неплохо. — Он наклонил голову и размял руками шею. — В любом случае я бы не смог сделать больше ни шага.

— Ты определённо не такой неутомимый, как я думала! — Поддразнила я его. Шейн облизнул губы, скрывая появившуюся улыбку.

— Будь осторожнее, О'Рейли…

— И почему же? Это правда!

— Потому что я могу изменить твоё мнение.

Он наклонился ко мне, обхватил моё лицо и поцеловал. Он сделал это прямо здесь, на заднем сидении пикапа, почти посреди дороги, как это делают влюблённые или дети.

Когда Шейн отстранился от меня, я продолжала смотреть на него, находясь между оцепенением тех, кто больше никогда не хочет вставать, и блаженством тех, кто находит в своих руках то, что всегда хотел.

— Разве ты не собиралась пойти в тот ресторан?

Я неубедительно вздохнула. Меня охватил вихрь бабочек, и в этот момент мне было наплевать даже на еду: продолжать ощущать вкус его губ было намного лучше.

— Итак? — Шейн подстрекал меня забавляясь. — Чего же ты ждёшь?

Собрав последние остатки сил, я спрыгнула, последовав за ним через дорогу.

Как и предполагала, «У Харрисона» было действительно красивое место. Большие балки из тёмного кедра украшали потолок, а стены были покрыты более светлым материалом — дубом, если судить по цвету. Между тёплыми деревянными стенами раздавался тихий гул, звон посуды, неспешно произносимые фразы, а в камине изредка потрескивал небольшой огонь.

Официантка усадила нас за уединённый столик, зажатый между большим окном, выходящим на улицу, и большим камином. Отсюда открывался хороший вид и на зал, можно было наблюдать за всем: кто вошёл, кто вышел и даже за теми, кто гулял по улице.

— Что закажем? — спросил Шейн, искренне заинтересовавшись меню, которое держал в руках.

— Я не знаю. Что думаешь ты?

— Те господа заказали блюдо дня. Понятия не имею, что это, но выглядит весьма привлекательно.

Я взглянула на третий стол слева, исследуя поданную там еду. И правда, выглядело аппетитно.

— Выглядит неплохо, — заметила я.

— Тогда закажем?

Я согласно кивнула, Шейн подозвал официантку, которая подошла почти сразу. Он вернул ей меню и сделал наш заказ. Девушка записала в белый блокнот и ускользнула, оставив нас одних. Было странно сидеть в таком интимном ресторане в компании Шейна. Со стороны мы выглядели как пара, с тем же успехом нас могли бы принять за мужа и жену, вот только ни один из нас не носил кольцо.

— Так что насчёт фестиваля? Как идут приготовления?