Чтение онлайн

Я расхохотался.

Безумец. Сумасшедший, который думал, что у него закончились слёзы, но всегда находил новые — каждый раз, когда рылся в своей боли. Я больше не мог этого выносить. Даже алкоголь больше не мог обезболивать меня.

Я посмотрел на прикроватную тумбочку, и мне показалось, что сердце вырвалось наружу. На меня смотрела она. Счастливо улыбалась через стекло в серебряной рамке и не отпускала меня взглядом.

Я не мог продолжать в том же духе.

Взял в руки это воспоминание и указательным пальцем погладил её лицо с расплывчатыми очертаниями.

Это было слишком.

Слишком много.

Я протёр глаза тыльной стороной ладони и положил её портрет на кровать. Я оставил его вверх ногами, не желая, чтобы её улыбающиеся глаза смотрели на меня, пока делал то, что должно быть сделано. Я открыл ящик прикроватной тумбочки и достал сорок пятый калибр. Глубоко вздохнув, я нацелил его в висок.

— Шейн, ты в порядке?

Несколько раз моргнув, я постепенно вернулся к реальности. Первое, на чём сосредоточился — это наполненные беспокойством зелёные радужки.

— Эй… — выдохнула она, резко выпуская воздух. — Ты меня напугал. Выглядел так, словно был где-то далеко.

Я продолжал ритмично моргать, чтобы овладеть собой в настоящем времени. Джоанна попыталась улыбнуться мне, но едва приподнятые уголки её губ выдавали беспокойство.

— Почему бы тебе не присесть? Я принесу тебе стакан воды.

Я отрицательно покачал головой.

— Ты уверен? — спросила она, пристальнее рассматривая меня.

Я кивнул. Единственное, что мне было нужно, это успокоиться и уйти. Джоанна протянула руку и попыталась снова меня коснуться, но я отпрянул, отталкивая её.

— Почему ты так себя ведёшь? Поговори со мной, пожалуйста.

— Я не хочу говорить об этом. Какого хрена я должен тебе сказать?

— Но я…

— Оставь меня в покое, хорошо? Поверь мне, так будет лучше.

Больше ничего не добавив, я повернулся к двери и вышел, оставив её молча смотреть мне в спину.

Я ворвался обратно в дом и направился прямо к шкафу со спиртным. Выбирать было не из чего, запасы дедушки я уже исчерпал. Я отодвинул пустые бутылки и схватил единственную, в которой ещё что-то плескалось. Это была пыльная фляга с прозрачным содержимым. Я схватил пробку зубами и вырвал её.

Меня мгновенно атаковал запах спирта, он был настолько сильным, что обжигал глаза.

«Так даже лучше!»

Я сделал глоток, наслаждаясь огнём, который пылал от горла до желудка. Потом вытер рот тыльной стороной ладони и упал на старый диван в гостиной. Более болезненные образы снова нахлынули на меня, и я сделал единственное, что был в состоянии сделать: поднёс флягу ко рту и закрыл глаза, а с губ сорвался демонический смех.

Я был жалок. Жалкий и проклятый человек.

Я обманывал себя, полагая, что, ведя жизнь, полную рутины и изоляции, мне удастся как-то выжить. Не выздороветь, на это я никогда бы не осмелился надеяться, но хотя бы выжить. Фигня! Мертвец мёртв, а человеку без будущего ничего не остаётся, кроме как, агонизировать в своём прошлом.

«Поговори со мной, пожалуйста…» — Её голос гремел в моих висках, и я покачал головой, всё ещё смеясь, но на этот раз сквозь слёзы.

Что, по её мнению, я мог сказать?

Никто не мог мне помочь.

На самом деле никто не мог. А кто думал, что сможет, только усугублял ситуацию.

— Шейн, ты дома?

Голос Шторм донёсся до меня приглушённо, почти неразборчивым эхом среди мыслей, которые, наконец, перестали кружиться, парализованные. Я крепко сжимал пальцами приклад пистолета. Он был тяжёлым. Я не помнил, чтобы он был таким тяжёлым, но, возможно, это просто связано с тем фактом, что я держал этот грёбаный сорок пятый калибр нацеленным на висок в течение десяти минут. Рука устала, но не дрогнула. Не так, когда я стоял перед тем монитором.

Там я дрогнул, даже задрожал. Я проглотил пустоту и утонул в воспоминаниях о её взгляде. Эти глаза, полные ужаса, я не забуду никогда. И никогда не забуду, как ушла её жизнь, забрав, мою тоже.

— Прости меня, если сможешь, Клэр, — рыдал я, ощущая всю боль, что накопилась в моём теле. — Прости меня, любовь моя…

Я проглотил последнюю каплю виски из бутылки в другой руке и приготовился стрелять. Палец на спусковом крючке, сердце колотилось и безумное осознание того, что, наконец, всё закончится.

— Господи, Шейн! Какого чёрта ты делаешь?! — голос Кэй выдавал страх, если не панику. — Даже не думай об этом, ты меня понимаешь? Опусти оружие!

Я перевёл дыхание и закатил глаза.

— Шейн, ради бога, опусти пистолет!

Я незаметно покачал головой. Взгляд остановился на занавесках с цветочным рисунком, которые выглядели как фотокопия этого дерьмового одеяла.

— Послушай меня, — она сглотнула. — Положи пистолет. Я знаю, что прямо сейчас ты не видишь выхода, но это не так. Всегда есть выход. Поверь мне.

Я покачал головой с неверием.

— Давай проясним, ты ведёшь со мной переговоры, офицер Шторм? Ты правда думаешь, что сможешь это сделать? — я повернулся к ней и приподнял брови. — Скажи мне, Кэй, какое первое правило переговоров?

— Понять, как далеко готов зайти субъект.

Я удовлетворённо кивнул.

— И по твоему мнению, как далеко готов зайти я? Насколько я опасен для самого себя, Кэй?

— Прекрати, Шейн! Прекрати и дай мне пистолет!

Она протянула ко мне ладонь, и я уставился на длинные тонкие пальцы. Они дрожали. Её рука дрожала, но Кэй всё равно пыталась изобразить спокойствие, которого у неё не было.

— Всё в порядке, Кэй, тебе просто нужно уйти и дать мне закончить.

— Ни хера, я не позволю тебе убить себя, ты понимаешь? Я не позволю тебе это сделать.

Я поморщился и шумно вдохнул носом.