Чтение онлайн

– К чему ты всё это говоришь?

– Тебе надо принять, что ты не виновата, что не увидела этот удар, и уж точно не провоцировала его. К тому же, сейчас всё случившееся осталось в прошлом, а значит, в будущем тебя должно ждать большое счастье.

– Если я до него, конечно, доживу. А то перспективы какие-то не слишком радостные.

– В нашем случае, смерть не всегда означает конец.

Мне захотелось возразить, напомнив про видение Эллис, но меня, смеясь, перебили.

– В крайнем случае, подобное счастье свалится на плечи твоих детей.

– Но Солон...

– Ты же сама сказала, что видения твоей провидицы субъективны и у Солдерана вполне могут быть светлые волосы.

– Как ты его назвал?

– Солдеран, сокращенно Солон. Так звали моего прадеда. Он был великим воином и...
– мечтательно рассказывал Доррен, пока не перевел глаза на меня.
– Почему ты так на меня смотришь?

– Как я могла назвать сына, даже не зная этого имени?
– в шоке пробормотала я.

– Ты его еще и не назвала, - заметил Адеган.

– В честь твоего родственника?
– никак не унималась я.

А вдруг в этом видении было скрыто еще что-то? Ведь у Солона действительно могут быть мои волосы или даже... Бред! Он мог быть только сыном Эдварда и, именно поэтому, похож на него как две капли воды.

– А что у тебя с глазами?
– озадаченно показал Доррен на мое лицо.
– Тоже последствия какой-то волшебы?

– О чем ты?
– быстро забыла я о прежних мыслях.
– Они никогда не менялись. Или я на пучеглазую лягушку похожа?

– В твоих зрачках появилось по одной изумрудной нити.

Минуту я смотрела в пустоту, пытаясь объяснить слова нового друга, но в итоге, повалилась на землю с приступом истерического смеха, чем здорово напугала светловолосого вампира. Наверно истерика была сильнее мнимого веселья.

– Нет, уже, - попыталась я объяснить свое поведение, - стать женой вампира и родить парочку детишек мне не светит. Никто, кроме моей семьи, не признает в моей дефектной внешности Повелительницу.

– Ну, почему же. Я признаю, - пожал плечами склонившийся надо мной мужчина. Все веселье вмиг исчезло, едва не заменившись нервной икотой.

Я очень отчетливо представила, как он наклоняется к моим губам и касается их своими в нежном поцелуе. Меня даже прошиб холодный пот. Я не хочу, чтобы он ко мне прикасался. Да и кто-либо другой тоже. Эдвард был для меня всем, и я не хочу принадлежать другому мужчине.

– Не бойся, - усмехнулся Доррен.
– Я не предлагаю тебе руку и сердце. Это предложение уже есть в письменном столе твоего отца и срок давности еще не прошел. Тем более, после всего услышанного, я не хочу тебя расстраивать ещё больше. Просто знай, что какой бы ты не стала, для меня ты всегда останешься истинной Повелительницей.

– Спасибо, - оторопело кивнула я, не спеша подниматься с земли, но за меня это сделали руки вампира.

– И, кажется, я знаю, как сделать так, чтобы никто другой тоже в этом не усомнился, - с этими словами он снял с безымянного пальца кольцо Повелителя и я, в который раз за эту ночь, похолодела от неприятных догадок.

Этот перстень, из сплетенной в хитрый узор платины и внушительных размеров темно-синего сапфира, испокон веков считался символом клана Adegan и явно не тянул на дружеский подарок, за который его пытались выдать.

– В нашей семье считалось, что этот перстень приносит удачу. И мне на собственной шкуре довелось проверить его действие, - глядя на кольцо, заговорил Повелитель.
– Во время войны я несколько раз был серьёзно ранен. В последней мне так разворотили грудную клетку, что вспомнить страшно, но проведению было угодно, чтобы я выжил, даже не прибегая к помощи Хранителя, которого, к слову, убили при первом же нападении на Воллию.

– Ничего себе везение, - нервно хохотнула я.

– Какое есть, - вновь протянул он мне свой подарок.

– Фамильный символ, защищающий своего хозяина - это слишком дорогой подарок, - чуть отодвинулась я.

– Думаю, что тебе он сейчас нужнее, чем мне, - вроде бы он не использовал против меня принуждение, но, гладя на него, я не могла дать решительный отказ.

– И как же использовать этот оберег? Носить на безымянном пальце?
– обречённо поинтересовалась я.

– Держать при себе, а где именно он будет находиться: на пальце или на цепочке среди грозди твоих амулетов, не важно. Хотя при втором варианте перстень будет исполнять и вторую функцию, - заговорчески подмигнул вампир.
– Узнав его, гномы побоятся втюхивать тебе сомнительные камушки.

– Это нравится мне гораздо больше, чем мифическая удача - улыбнулась я и, взяв перстень, повертела его в руках.

На внутренней стороне ободка блеснули необычные линии, сплетающиеся в узор, напоминающий старинные руны.

– Здесь что-то написано?

– Разве ты не знаешь алладар?
– игриво приподнял бровь светловолосый мужчина.

– Конечно, знаю, - искренне возмутилась я.
– Но эти руны к нему не относятся.

– Ошибаешься, - вздохнул мой собеседник.
– Это очень древнее кольцо. И прочитать руны тебе мешает заклинание наших природных магов, у которых не было мамы ведьмы.

– А ты можешь прочитать, что здесь написано?

– Разумеется. Название кольца: "нить жизни". А вот из женщин прочитать его сможет только та, что полюбит меня. Ну, или моего сына, если я женюсь без любви.

– Так может, стоит подождать твою суженную, а не разбазаривать артефакты?
– растерялась я.

– У тебя оно будет в не меньшей безопасности. К тому же, ты сможешь вернуть его мне в любое время. Если почувствуешь, что в этом есть необходимость.

Мне ничего не оставалось, как согласиться, и вскоре Повелитель с чистой совестью сдал мне свою смену и лёг спать. А я продолжала задумчиво вертеть в руках загадочный подарок, пока пальцы сами собой не помогли ему занять своё место на левой руке. Небольшое усилие и витиеватое кольцо Эдварда, полностью скрыто перстнем Повелителя Воллии. Иначе мужское украшение при всем желании даже не смогло бы удержаться ни на одном из моих пальцев.

Пока я изучала свою кисть, меня обуревали странные эмоции. Столь привычный мне блеск золота сменился на тусклое, зловещее в свете луны свечение матовой платины. А массивный, почти черный, сапфир добавил строгости моему образу, укрывая последние осколки легкомысленной адептки.

На ум даже пришла мысль, что, надев перстень, я смогу скрыть не только напоминание о своём Избранном, но и отгородиться от всего того немногого, что продолжало связывать меня с ним.

Но с другой стороны, мне не хотелось забывать всё прошлое. Внутренний голос пытался доказать разуму, что такое отношение равносильно предательству, пусть даже и ответному.