Чтение онлайн

– Прекрати! – взмолился Лев. – Откуда ты все эти факты выуживаешь?

– Так из Интернета же.

Она проводила гостя по темному коридору в уютную маленькую спальню, сноровисто застелила кровать, взбила подушки и, уже уходя, обернулась на пороге:

– Приятных снов! Если что – кричи.

Лев Мартынов:-) разбивает яйца

21 мая, 7:14

Ферма Якунинка, где-то в аргентинских пампасах

Доступно: друзья поблизости

На рассвете кто-то стукнул в закрытое окно.

– Чего надо? – недружелюбно буркнул Лев, продирая глаза.

Стук повторился. Короткий, четкий, будто молоточек с одного удара загоняет тонкий гвоздь в раму по самую шляпку. Почти сразу, вдогонку, по стеклу мягко хлестнули веером из огромных перьев. Хлипкий накидной крючок не выдержал, выскочил из колечка и повис, позвякивая. Оконные створки, скрипнув на несмазанных петлях, распахнулись, и в комнату просунулась сплюснутая голова на тонкой волосатой шее. Мутный глаз, выпученный донельзя, сфокусировался на человеке, испуганно вжавшемся в перину. Ой, можно подумать, вы бы не испугались. Мало того, что всю ночь снились вампиры и оборотни в погонах Следственного комитета, так еще и поутру – такая неприглядная явь.

– Уходи! – тихо сказал Лев, надеясь, что это прозвучит уверенно и с очевидной угрозой.

В ответ раздалось хриплое шипение, словно простуженная змея подавилась поролоновым шариком. Длинная шея склонилась еще ниже, черный клюв ущипнул Перелётного жениха за самый кончик носа.

– Ах ты, свинья пернатая! Кыш отсюда! Кыш!

Страус обиженно крякнул, но с места не сдвинулся.

– Ах так? Тогда я уйду.

Лев нашел ванную и умылся. Урчащий желудок, подобно навигатору, безошибочно привел его на кухню, где хлопотала Дуняша.

– Проснулся? Славно. Я как раз завтрак готовлю. Поможешь снять видосик со страусовыми яйцами?

– Их ты тоже собираешься облизывать? – уточнил Лев, потирая кончик носа.

– Нет, это слишком просто, для такого и фото бы сгодилось. А мы устроим настоящее представление. Держи телефон, камеру пока включай.

Она сняла фартук, явив взорам потенциальных зрителей платье василькового цвета, сдернула косынку и пригладила непослушные волосы. Достала из сундука шашку в потертых черных ножнах.

– Это наша семейная реликвия. Ей больше ста лет, а сверкает, как новенькая!

Клинок выскользнул из ножен с залихватским свистом. Дуняша раскрутила его левой рукой, выписывая «восьмерки», потом очертила сверкающий круг над головой, со свистом рассекая воздух, перехватила эфес правой рукой и, развернувшись вполоборота, утихомирила, прижав шашку к бедру.

– Снял? Нормально? Покажи.

– Очумительно, – Лев протянул телефон. – Ты как ниндзя. Вжух! Вжух!

– Ниндзя лица прятали от стыда, что не умеют сечься, как казаки, – усмехнулась девочка. – Давай еще дубль.

В итоге записали не меньше дюжины видеороликов, пока не добились совершенства.

– А для чего эти выкрутасы? – спросил Лев.

– Увидишь.

Казачка поставила на стол большую фарфоровую миску, расписанную синей краской под гжель. Внутри, по белым стенкам, как по снежным склонам, скользили дети на санках, они спешили поскорее оказаться на донышке, где ждет груда новогодних подарков. На первый взгляд, сплошные радости и веселье. Одна загвоздка: нарисованные мальчики и девочки застыли в вечном движении, шансы добраться до дна – равны нулю, оттого и лица у малышей уже заранее грустные.

– Теперь самое главное.

Она взяла с подоконника плетеную корзину, напоминающую гнездо, там, в ворохе соломы, лежали пять гигантских яиц. Формой и размерами они напоминали мячи для регби.

– Скорлупа толстенная, а внутри еще пленка, ножом ковырять запаришься. А шашкой – чик, и готово.

– Шутишь? – Лев опустил телефон и удивленно посмотрел на девочку.

– Снимай, не отвлекайся!

Дуняша покачала на ладони одно яйцо, затем другое, но оба отложила обратно в корзину, а третье вполне устроило. Девочка обхватила его длинными пальцами левой руки, как заправский квотербек, подбросила, придавая небольшое вращение. Яйцо ввинчивалось в воздух и, казалось, сможет пробить потолок, подняться высоко в небо и заменить собой Луну, но так казалось лишь пару секунд. Потом тяжелая сфера обрушилась вниз – ядерная бомба или, скорее метеорит, падающий на мирный город. Синенькие дети побросали санки и молитвенно сложили нарисованные ручки, предчувствуя скорейший армагеддец. Их керамический мир вот-вот разлетится вдребезги, проломится стол, а потом и пол из незнакомой, но с виду крепкой древесины. Финальный взрыв в погребе расколошматит банки с соленьями на зиму, и можно запускать титры под траурную музыку.

Спасение пришло, как всегда, в последнюю секунду. Казачка выждала, пока тяжелое яйцо приблизится к миске на критическое расстояние, и ударила снизу вверх, без замаха, острием клинка рассекая толстую скорлупу по диагонали. Желток, размером с кулак, в облаке мутноватого белка, плюхнулся в миску, смывая все неразрешимые психологические проблемы нарисованной детворы. Скорлупа, сбитая с толку вероломным нападением, отлетела в дальний угол кухни и приземлилась в мусорном ведре.

– Снял? – девочка горделиво подбоченилась.

– Снял, – кивнул Лев. – Очень круто получилось.

– Верю, но давай сразу запишем еще дубль.

На столе появилась вторая миска, черная, прозрачная и без картинок. Дуняша повторила трюк с удивительной точностью, разве что скорлупа улетела чуть дальше и прилипла к стене, но этого никто в Интернете не увидит. Все, что попало в кадр, проделано безупречно.

– То, что надо, – Дуня просмотрела видео, взяла тряпку и пошла оттирать скорлупу со стены. – После завтрака смонтирую и загрузим.

Лев прокрутил ролик в замедленном режиме, присматриваясь к ее расчетливо-плавным движениям, а потом произнес одну из тех фраз, с которых обычно начинаются все проблемы.

– Ну, это и я так смогу.

– Уверен? – хихикнула казачка. – Готов рискнуть?

– Конечно! Всего-то нужно ударить вовремя и в нужную точку. Давай, ты же хотела записать со мной видео на вашей ферме.

Лев даже на мгновение не усомнился в своих возможностях. Раз у девчонки получилось, значит, это не сложно. Самонадеянность – она ведь не только тверже алмаза, она даже полимеризованный фуллерит [4] превосходит.

Поначалу все шло гладко – яйцо он подбросил. Правда, оно тут же отклонилось от вертикальной оси и устремилось куда-то вбок, но Лев сделал шаг в сторону, чтобы перехватить, и ударил сбоку, как бейсболист, разбивающий лобовое стекло машины любовника своей жены. Причем то ли ударил слабо, то ли клинок повернул неудачно, но получилось сикось-накось. Яйцо не раскололось сразу, а покатилось вверх по сабельке, на его соломенно-желтом боку проступила борозда и скорлупа треснула, но внутренняя пленка еще держалась. За секунду, вряд ли дольше, распадающийся шар добрался до эфеса, ударился о большой палец, вытянутый вдоль клинка, подпрыгнул, и уже на уровне лица, наконец-то, лопнул. Крупные осколки скорлупы прилипли к бороде, а вязкая жижа заляпала красную рубаху, потекла по джинсам – и в самые лапти.