Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентами США и Премьер-Министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Том 2.
Шрифт:
Затем имеется возможность встречи в каком-либо порту восточной части Средиземного моря. при условии, что каждый из нас будет располагать кораблем. Если эта мысль Вам нравится, мы легко могли бы представить полностью в Ваше распоряжение хорошее судно для Вас и Вашей группы с тем, чтобы Вы были совершенно независимы и в то же время могли иметь постоянную связь с Вашим собственным фронтом.
Другое предложение — это по соседству с Багдадом, где мы могли бы располагать тремя комфортабельными лагерями с, Достаточным количеством русской, британской и американской охраны. Эту последнюю мысль. кажется, стоит рассмотреть.
В любом случае, полагаю, присутствие представителей прессы исключено, причем все место должно быть окружено кордоном так, чтобы нам никоим образом не мешали. Что Вы думаете о 20 или 25 ноября, как о дате встречи?
Я придаю очень большое значение личным и интимным переговорам, которые Вы, Черчилль и я будем вести, потому что от них зависит надежда на будущий мир.
Инициатива, которую Вы продолжаете удерживать по всему Вашему фронту радует всех нас.
14 октября 1943 года.
№ 128
ЛИЧНОЕ И СЕКРЕТНОЕ ПОСЛАНИЕ
ОТ ПРЕМЬЕРА И. В. СТАЛИНА
ПРЕЗИДЕНТУ Ф. Д. РУЗВЕЛЬТУ
Получил оба Ваших послания от 14 октября.
Благодарю за Вашу информацию о государственно секретаре и его сотрудниках, находящихся в пути. Надеюсь, что они скоро благополучно прибудут в Москву.
По вопросу, которому посвящено Ваше второе послание направлю вам ответ после того, как посоветуюсь со своими коллегами по Правительству
17 октября 1943 года.
№ 129
СЕКРЕТНО И ЛИЧНО МАРШАЛУ СТАЛИНУ
ОТ ПРЕЗИДЕНТА РУЗВЕЛЬТА
В связи с письмом г-на Молотова Поверенному в Делах Соединенных Штатов от 14 октября [45] и для того, чтобы не было недоразумения в отношении представительства в военно-политической комиссии, я должен пояснить, что, как указывалось в моей телеграмме Вам от 5 сентября, в компетенцию французского представителя не будут входить вопросы военной, оккупации Италии, и его компетенция должна быть ограничена вопросами, в отношении которых три правительства, учреждающие комиссию, решат, что Франция в них непосредственно заинтересована. Я полагаю, что в этом отношении компетенция Французского представителя должна соответствовать той, которая, как я предлагал в моем послании от 13 октября [46] , должна быть предоставлена Правительствам Китая, Бразилии, Греции и Югославии — или любым другим правительствам, которые по взаимному соглашению могут быть приглашены к участию.
45
45 Ниже приводится текст упомянутого письма:
«Посол Великобритании г-н Керр сообщил Советскому Правительству, что Правительство Великобритании хотело бы, чтобы представители СССР, США и Великобритании в военно-политической комиссии вручили Французскому Комитету Национального Освобождения от имени своих Правительств тождественные ноты, содержащие официальное приглашение представителя Французского Комитета для участия в работе комиссии.
В предложенном Правительством Великобритании проекте этой ноты по вопросу о компетенции военно-политической комиссии говорится, что представители трех Правительств и Французского Комитета Национального Освобождения давали бы совместные или раздельные советы трем Правительствам или Комитету Освобождения, но не имели бы полномочий принимать окончательное решение, причем они, конечно, не вмешивались бы в военные функции Союзного Главнокомандующего.
Сообщаю Вам для сведения, что в своем ответе Правительству Великобритании от 14 октября сего года Советское Правительство дало свое согласие на официальное приглашение представителя Французского комитета к участию в военно-политической комиссии.
Что касается определения компетенции военно-политической комиссии, то Советское Правительство предложило внести изменения в британскую формулу официального приглашения в том смысле, что военно-политическая комиссия должна направлять и координировать деятельность организуемых на вражеских территориях всех военных органов и любых гражданских властей союзников по вопросам перемирия и контроля за осуществлением перемирия и что в соответствии с этим военно-политическая комиссия может издавать время от времени также инструкции и директивы для Правительства Италии и, при аналогичных обстоятельствах, для правительств других стран оси с тем, что военно-оперативные вопросы полностью подлежат ведению Союзных Главнокомандующих», 99.
46
46 Имеется в виду следующий меморандум, врученный поверенным в делах США в СССР Гамильтоном заместителю народного комиссара иностранных дел СССР А. Я. Вышинскому 14 октября 1943 г.:
«Недавно Правительство Соединенных Штатов получило просьбы Китайского и Бразильского Правительств о том, чтобы им была дана возможность быть представленными в военно-политической комиссии, которая учреждается в Алжире. Подобные же просьбы Правительство Соединенных Штатов получило также от Греческого и Югославского Правительств.
Хотя такое расширение комиссии может представить некоторые неудобства, Правительство Соединенных Штатов полагает, что будет желательно иметь представителей этих Правительств в комиссии и Правительство Соединенных Штатов предлагает, чтобы эти просьбы были благоприятно рассмотрены. Правительство Соединенных Штатов было бы признательно за сообщение о мнении Советского Правительства по вопросу об удовлетворении просьб упомянутых четырех Правительств.
Вышеизложенное сообщается Советскому Правительству по указанию Президента». 100.
Мое намерение никогда не состояло в том, чтобы Французский Комитет Национального Освобождения действовал на том же уровне, что и Правительства Советского Союза, Великобритании и Соединенных Штатов, или принимал участие в их переговорах по всем вопросам.
17 октября 1943 года.
№ 130
ЛИЧНО И СЕКРЕТНО ПРЕЗИДЕНТУ
ФРАНКЛИНУ Д. РУЗВЕЛЬТУ
ОТ ПРЕМЬЕРА И. В. СТАЛИНА
По вопросу о месте предстоящей встречи глав трех правительств я хочу сообщить Вам следующее.
К сожалению, я не могу принять в качестве подходящего какое-либо из предлагаемых Вами взамен Тегерана мест для встречи. Дело здесь не в охране, которая меня не беспокоит.
В ходе операций Советских войск летом и осенью этого года выяснилось, что наши войска могут и впредь продолжать наступательные операции против германской армии, причем летняя кампания может перерасти в зимнюю. Все мои коллеги считают, что эти операции требуют повседневного руководства Главной Ставки и моей личной связи с командованием. В Тегеране эти условия могут быть обеспечены наличием проволочной телеграфной и телефонной связи с Москвой чего нельзя сказать о других местах. Именно поэтому мои коллеги, настаивают на Тегеране как месте встречи.
Я согласен с Вами, что представители прессы должны быть исключены при встрече. Для меня равным образом приемлемо Ваше предложение о том, чтобы 20 или 25 ноября избрать как возможную дату встречи.
Г-н Хэлл прибыл благополучно в Москву, и я надеюсь, что его непосредственное участие в Московском совещании [47] трех принесет большую пользу.
19 октября 1943 года.
№ 131
СЕКРЕТНО И ЛИЧНО ОТ ПРЕМЬЕРА СТАЛИНА
ПРЕЗИДЕНТУ РУЗВЕЛЬТУ
Ваше послание от 17 октября получил. С моей стороны нет возражении против содержащегося в нем предложения по вопросу об объеме прав французского представительства в военно-политической комиссии союзных стран.
21 октября 1943 года.
47
47 Имеется в виду конференция министров иностранных дел СССР, США и Англии, состоявшаяся 19–30 октября 1943 г. в Москве. 100, 114.
Ваше послание по поводу нашей встречи было получено сегодня (21 октября). Я глубоко разочарован.
Я вполне понимаю Ваши мотивы необходимости повседневного руководства со стороны верховного Командования и Вашего личного контакта с ним что является причиной таких выдающихся результатов. Прошу Вас принять мои заверения в этом отношении.
Все это весьма важно, и я хочу, чтобы Вы поняли, что имеются другие жизненно важные дела, которые являются моими установленными обязанностями в нашем конституционном Американском Правительстве. Я не в состоянии их изменить. По нашей конституции Президент должен принимать решение в отношении законопроекта в течение 10 дней после того, как этот законопроект был принят. Другими словами, в течение этого периода Президент должен принимать от конгресса и возвращать конгрессу подлинные документы с его письменным одобрением или вето. Как я сообщал Вам ранее, я не могу этого делать по телеграфу или по радио.
48
48 Это послание было вручено И. В. Сталину государственным секретарем США Хэллом. 101.
Трудность в отношении Тегерана заключается в следующем простом факте. Горы на подходе к этому городу часто исключают возможность полетов на несколько дней подряд. Риск задержки существует как для самолета, доставляющего документы из Вашингтона, так и для самолета, доставляющего эти документы конгрессу. Я должен с сожалением сказать, что мне, главе государства, нельзя выехать в то место, где я не смогу выполнять свои обязанности согласно нашей конституции.
Я смогу взять на себя риск, связанный с доставкой документов в пункты, расположенные в низменности вплоть до Персидского залива, путем системы смены самолетов. Однако я не смогу рисковать задержками, которые могут произойти при полетах через горы в обоих направлениях в ту впадину, где расположен Тегеран. Поэтому с большим сожалением я должен сообщить Вам, что я не смогу отправиться в Тегеран. Члены моего кабинета и руководители законодательных органов полностью согласны с этим.
Однако можно сделать одно последнее практическое предложение. Давайте отправимся все втроем в Басру, где для нас может быть организована отличная охрана в трех лагерях, устроенных и охраняемых нашими соответственными войсками. Вы легко можете распорядиться, как Вы сами понимаете, об устройстве специальной контролируемой Вами телефонной линии от Басры до Тегерана, где она была бы присоединена к Вашей собственной линии на Россию. Все Ваши нужды были бы удовлетворены путем подобной проволочной связи, и если Вы будете пользоваться самолетом, то вы лишь будете находиться немного дальше от России, чем в самом Тегеране.
Я никоим образом не считаюсь с тем фактом, что мне пришлось бы отправиться с территории Соединенных Штатов в пункт, расположенный в пределах 600 миль от русской территории.
Я должен выполнять обязанности, налагаемые на меня конституционной формой правления, существующей более ста пятидесяти лет. Если бы, не этот факт, я был бы рад для встречи с Вами проехать в десять раз большее расстояние.
Ваш долг перед Вашим народом — продолжать разгром нашего общего врага — велик, но я прошу Вас не забывать о моем великом долге перед Американским Правительством и в отношении поддержания всеобщего Военного усилия Соединенных Штатов.