Чтение онлайн

Слишком.

— Хочешь еще кока-колы? — Спросил Джонни, снимая напряжение.

— Э-э … — Я взглянула на свои часы, а затем снова на него. — Я не знаю.

Джонни нахмурился.

— Ты не знаешь?

ДА.

Нет.

Иди домой, пока твой отец не узнал, что ты в пабе, и не убил тебя.

Нет, останься здесь с ним.

Господи…

Я беспомощно пожала плечами.

— Ну, ты хочешь пить? — он спросил. — Как думаешь, не хочешь ли ты еще выпить?

— Я… — Я нервно огляделась, только чтобы обнаружить десятки пар глаз, устремленных на наш стол.

Мое сердцебиение взлетело до небес.

Мне это не понравилось.

Ни капельки.

— Шэннон? — Сказал Джонни, снова привлекая мое внимание. Он выжидающе смотрел на меня, держа бумажник в руке. — Принести тебе еще выпить?

— Э-э… — Придвинувшись ближе, я наклонилась над столом и жестом попросила Джонни подвинуться ближе.

Нахмурившись, он так и сделал.

— Джонни, — прошептала я ему на ухо. — Я чувствую, что за нами наблюдают.

Отступив назад, я снова огляделась и заметила, что столик девочек-подростков каким-то образом придвинулся ближе к нашему. Мои глаза метнулись к нему, и я энергично кивнула.

— Люди определенно смотрят на нас, Джонни.

Джонни выглядел невероятно раздраженным, когда тяжело выдохнул и провел рукой по волосам.

— Я сожалею об этом.

— Это из-за регби?

Он покорно кивнул мне.

— Мне жаль. Просто игнорируй их.

— Как? — Я прохрипела, чувствуя себя очень уязвимой в этот момент.

Джонни долго смотрел на меня, не произнося ни слова, прежде чем отодвинуть стул и встать.

— Давай, — объявил он, протягивая мне руку. — Я принесу тебе еще выпить, и мы посидим в гостиной.

— Гостиная?

— Там спокойнее. — Он огляделся и пробормотал себе под нос: — Может, у нас будет немного гребаной тишины.

Это ему тоже не нравилось.

Он может вести себя так, словно его это не беспокоит. Но это не устраивало его.

Именно с этим осознанием я обнаружила, что схватилась за его протянутую руку.

Ошеломленная, я последовала за Джонни в бар, где он заказал нам еще выпивки, прежде чем пройти через дверь сбоку от бара в тускло освещенную комнату.

В этой комнате было больше юношеского настроения, с бильярдными столами и досками для дартса на стенах, а в углу играл музыкальный автомат.

Я заметила, что несколько подростков, одетых в различную школьную форму из местного района, бездельничают. Например, когда мы вошли в главный бар, все повернулись, чтобы посмотреть на него, но после нескольких кивков и «как дела, Кав» они вернулись к своей компании.

Джонни подвел меня к столику в дальнем углу зала, но на этот раз вместо того, чтобы сесть на один из барных стульев с другой стороны стола, он поставил наши напитки и сел на кожаную скамью рядом со мной.

Отсюда у нас был прекрасный вид на остальную часть комнаты, с тем преимуществом, что мы оставались в стороне.

— Ты должна идти домой, Шэннон, — мой здравый смысл приказал, — ты не должна быть здесь.

— Лучше? — Спросил Джонни, устраиваясь рядом со мной.

Я кивнула и потянулась за своей колой, не сводя глаз с происходящего вокруг. Я могла видеть нескольких парней в дальнем конце зала, одетых в форму BCS, и это заставило меня захотеть заползти под стол и спрятаться.

Я так разнервничалась, что мне пришлось использовать обе руки, чтобы остановить дрожание бутылки.

Сиара Мэлони, моя величайшая мучительница из старой школы, и та, кто оставила мне шрам на веке, сидела среди них. Все мое тело сжалось от страха.

Как будто почувствовав, что я наблюдаю за ней, Сиара повернула лицо в мою сторону.

Отлично.

Просто чертовски здорово.

В тот момент, когда она узнала меня, этот знакомый блеск злого умысла вспыхнул в ее глазах примерно на две секунды, прежде чем ее взгляд переместился на Джонни, который сидел рядом со мной.

Ее рот заметно приоткрылся, и она начала подталкивать девушку, сидящую рядом с ней, Ханну Дейли — ее лучшую подругу и еще одну мою мучительницу.

За нами снова наблюдали.

Но теперь это больше связано с тем, что меня ненавидели, чем с тем, что он — местная знаменитость.

В панике я опустила взгляд на стеклянную бутылку, зажатую в моих руках.

Дыши, Шэннон

Просто дыши.

«— Ты лживая, маленькая шлюха, — прорычала Сиара, прижимая меня к стене за школой и глядя на меня сверху вниз. — Ты смотрела на него.

Зная, что безопаснее ничего не говорить, я держала рот на замке и мысленно готовилась к избиению, которое, как я знала, получу.

— Отвечай мне, сука! — прорычала она, вдавливая мои плечи в бетон, заставляя воздух выйти из моих легких с громким, болезненным стоном.

Несколько девушек, стоявших вокруг нас, засмеялись и усмехнулись, когда из моего горла вырвался всхлип.

У меня болело все тело, о чем никто из них не мог знать, — последняя истерика моего отца с виски стала причиной моей боли, а они наслаждались моим очевидным дискомфортом.

Для меня это не было чем-то новым.

Я привыкла, что надо мной смеются.

Я привыкла быть боксерской грушей.

И я ненавидела себя за то, что приняла это.

Когда Сиара снова прижала меня к стене, я заставила себя проглотить рыдания, которые угрожали вырваться из моего горла, выдавив вместо этого слова:

— Я не смотрела на твоего парня. Он посмотрел на меня.