Чтение онлайн

– Я успел поговорить об этом с Наблюдателем, – сообщил Гинзл.

– Да? Что же он вам рассказал? – поинтересовался Ворвуд.

Мрачность владела им. Казалось, победа уже в кармане, и вот… Все их усилия не принесли результата. Чертовы пришельцы так и не побеждены. Ничего не вышло из этой затеи, ничего…

Гинзл помолчал секунду, собираясь с мыслями, затем сказал:

– Суть рассказанного Наблюдателем такова: увиденное ими двойное мгновение поначалу привело чужаков в замешательство. Этот их мозг в базовом корабле на какое-то время действительно потерял ориентацию в пространстве… вернее, во времени. Вследствие этого корабли и остановились, просто не получая команд.

– А как же тот, который перемещался? – вставил Рэнг. – Он ведь не остановился.

Гинзл, недовольный тем, что его перебивают, замолчал. Ворвуд укоризненно посмотрел на Рэнга и затем снова с вниманием повернулся к профессору, показывая тем самым живейший интерес к его словам.

Гинзл принял это как извинение и продолжил:

– Тот истребитель не остановился потому, что базовый корабль обратил на него вообще все свое внимание, поскольку тот был в будущем, то есть сначала. А про остальные он просто забыл, не считая возможным, что потом может быть кто-то еще. Таким образом, большая часть чужаков, или часть одного общего чужака, как бы потеряла сознание. Именно так – лишилась восприятия и управления, что вполне можно назвать потерей сознания. – Гинзл сделал паузу, обвел присутствующих взглядом и, убедившись, что его внимательно слушают, стал говорить дальше: – Так было поначалу. Но затем базовый корабль все же разобрался в происходящем. И это, надо заметить, произошло естественным образом – когда прошли те десять минут, на которые переместился истребитель, и остальные просто догнали его во времени.

Гинзл снова замолчал, видимо предоставляя собеседникам возможность осмыслить услышанное.

– Так, – задумчиво кивнул Ворвуд. – Ну а потом?

– Потом? – пожав плечами, как о чем-то само собой разумеющемся, отозвался Гинзл. – Потом чужаки, так сказать, закрыли неправильный глаз – просто отключили этот ушедший во времени корабль от восприятия. Именно поэтому он и замер. Таким образом, у них все снова встало на свои места. А затем они убрали этот неправильный, вносящий сумятицу истребитель, можно сказать, вырезали больной орган. Вот, собственно, и все.

– Угу, – глядя перед собой, произнес Ворвуд. – Тогда чего мы добились?

– Ничего! – вдруг раздраженно выкрикнул Рэнг. – Ничего мы не добились. Нэд, черт побери! Сколько же можно возиться с этими пришельцами?! Пора кончать это, хватит терпеть!

– Н-да? – безразличный к его крикам, лениво отозвался Ворвуд. – И что ты предлагаешь?

– Тут и предлагать нечего, все и без того ясно, – так же резко продолжил Рэнг. – Эти научные заморочки ничего не дают. Ну и черт с ними! Нужно просто разнести в клочья их базовый корабль – вот и вся недолга.

– Один раз мы уже сделали это, – заметил Ворвуд.

– Сделаем и еще раз, – словно подтверждая его слова, ответил Рэнг. – Нельзя больше сносить их нападения. Сколько можно!

– А знаете, – неожиданно вмешался Гинзл, – на самом деле эти сегодняшние действия не были совсем уж напрасны.

– Правда? – тут же переключился на него Ворвуд.

– Таким образом мы доказали, что все чужаки находятся в одном мгновении, то есть существуют одновременно, – сказал профессор.

– Серьезно? – словно в ответ на шутку, прищурился Рэнг. – А в этом были сомнения?

Гинзл обратил на него холодный взгляд.

– Напрасно вы думаете, что это так уж очевидно. Видимо, вы забываете о тех, которые в подпространстве.

– Ну и что? – буркнул Рэнг. – Какая разница?

– Как вы знаете, – обращаясь уже не только к нему, но и к Ворвуду, продолжил Гинзл, – если корабль совершает субсветовой прыжок, то образуется разница между временем в корабле и в окружающем пространстве. И, надо заметить, эта разница образуется обязательно – как бы мало корабль ни находился в подпространстве, его время, пусть на долю секунды, обязательно будет отличаться от окружающего. А теперь нам точно известно, что у чужаков это не так – они все находятся в одном мгновении, иначе у них постоянно происходили бы эти обморочные состояния. А поскольку этого нет, значит, они все существуют одновременно, в том числе и те, которые находятся в подпространстве. У них, не образуется эта разница во времени при использовании подпространства. Хотя и непонятно, как им это удается, тем не менее это факт.

– Ммм… ну и что? – Ворвуд машинально повторил вопрос Рэнга. – Что это дает?

– Само по себе – ничего, – согласился Гинзл. – Но вместе с тем, что я узнал, когда проводил измерения их базового корабля, это может дать многое.

– Что именно? – заинтересованно проговорил Ворвуд.

Рэнг же, напротив, недовольно покачал головой – очередная заумь – и уставился в окно, всем своим видом показывая, что его не интересует эта надуманная болтовня.

– Что вам удалось выяснить? – продолжал Ворвуд. – Вы ведь так ничего и не говорили об этом.

– Да, – ответил Гинзл, – тогда я не мог с уверенностью ничего сказать, но теперь, сопоставив показания разных приборов, я знаю, как возрождаются их истребители.

– Правда? – удивленно произнес Ворвуд.

– Вернее, не то, как именно они создаются, – с легкой улыбкой уточнил Гинзл, – а то, что сам процесс материализации происходит в подпространстве и затем готовый истребитель выходит из подпространства уже внутри базового корабля.

– Так, – нахмурился Ворвуд, пытаясь найти какой-нибудь практический смысл в этом, – и… и что же?

– А то, что, как нам стало известно в результате сегодняшнего эксперимента, выходя из подпространства, этот новый истребитель не имеет разницы во времени, – пояснил Гинзл.

Но Ворвуду такие пояснения ничего не дали. Он хотел переспросить снова, но почувствовал себя несколько глупо, понимая, что задает слишком много одинаковых вопросов.

Видимо, эта мука отразилась на его лице, потому что Гинзл, чуть улыбнувшись, решил помочь ему и продолжил пояснения.

– Представьте, как это происходит у нас, – профессор говорил это именно Ворвуду, потому что Рэнг не очень слушал его. – Когда корабль выходит из подпространства, образуется разница во времени, и компенсатор устраняет ее. А теперь представьте иное: если при выходе из подпространства у корабля не будет разницы во времени – что сделает компенсатор?

– Что? – раскрыв рот, словно загипнотизированный, произнес Ворвуд.

– Компенсатор все равно сработает, – ответил Гинзл, – просто на сам факт выхода из подпространства, и будет устранять предполагаемую разницу во времени, ориентируясь, надо заметить, на окружающее пространство. Но, поскольку у корабля нет разницы и его не нужно, так сказать, двигать во времени, компенсатор просто по третьему закону Ньютона подвинет во времени окружающее пространство.

– Вот как? – расширил глаза Ворвуд.

– Нет, не так, – улыбнулся Гинзл. – Это лишь теория. На самом деле ни у какого компенсатора не хватит мощности подвинуть во времени всю Вселенную или Галактику, или даже одну звезду. Но, знаете, на базовый корабль чужаков у него вполне хватит мощности, – Гинзл замолчал и хитро смотрел на муки Ворвуда, который опять пытался самостоятельно свести концы с концами. Затем, достаточно насладившись этим зрелищем, профессор продолжил: – В общем, я могу использовать этот эффект и устроить из базового корабля пришельцев маленькую модель Вселенной. То есть перенастроить компенсатор так, чтобы он воспринимал базовый корабль как окружающее пространство и действовал бы на истребители, выходящие из подпространства внутри него. В результате, когда вновь родившийся истребитель появится в базовом корабле, не имея разницы во времени, компенсатор сделает свое дело – отбросит во времени окружающее пространство, то есть – базовый корабль.