Чтение онлайн

— А ну, стой! Я не давал тебе позволения покидать мои покои!

— Да мне пофиг, чего ты там не давал! Я сказала, что не пойду, значит, не пойду! И ты меня не заставишь! — стояла на своем женщина.

— Да куда ж ты денешься-то. — хохотнул он, сверля ее взглядом. — Либо, дорогая моя, пойдешь добровольно, либо мне придется принудить тебя.

— Да что ты говоришь? — сощурила глаза Сима, недовольно сопя. — И каким же образом?

Кощей поднялся, поставив бокал на стол, и медленно, словно хищник на охоте, приблизился к женщине, не отрывая от нее своего проницательного взора.

— Если не пойдешь добровольно, Серафима, то я сперва превращу твою подругу в довольно упитанную курицу, а затем велю ее зажарить на ужин. Поверь, дорогуша, мне ничего не стоит претворить свои угрозы в жизнь. Так что выбирай, либо идешь к Яге, либо теряешь свою ненаглядную подругу.

— Ах ты, сволочь! — разозлилась Фима.

В голове словно помутилось — она со всей дури заехала этому гаду по физиономии. На щеке Кощея появился ярко-алый след от женской ладони. Сам же мужчина чуть скривился от обжигающей боли, но взгляда с разъяренной женщины не сводил — в неконтролируемом гневе она казалась ему намного привлекательнее, чем в спокойном состоянии. Эта женщина, точно огонь — то тихая и кроткая, как спокойный огонёк свечи, то буйная и неукротимая, словно бушующее пламя лесного пожара, сжигающее все на своем пути.

— Не смей трогать Любашу! — прошипела она разъяренной кошкой. — Иначе я сделаю все, чтобы твоя жизнь превратилась в ад!

— Если ты не замолчишь, то…

— То что? — словно бросая вызов этому надменному мужчине, нагло поинтересовалась она, скрещивая руки на груди.

Кощей немного помолчал, чуть подавшись вперед, а затем, втянув носом воздух, произнес:

— Ты очень вкусно пахнешь, когда злишься…

— Ты… — она запнулась, а на лице отразилась целая гамма эмоций: от недоумения до какого-то первобытного страха и от шока до новой ярости. — Ты и меня тоже хочешь сожрать? Учти, встану поперёк горла — подавишься!

Кощей, от удивления выпучив глаза, разразился громким смехом. Именно в этот момент он и понял, что эта женщина никогда не даст ему заскучать.

Дело оставалось за малым — настоять на своём и отправить-таки эту несносную особу в лес.

— Этот свиток передашь Яге, — Кощей протянул Серафиме письмо, но та не торопилась брать его. — а после того, как она приготовит зелье, расплатишься тремя яблочками. Поняла?

— Что за зелье, уж не яд ли? — подозрительно взглянула на него женщина.

— Не твоё дело! Выполняй, что тебе говорят, иначе кухарка будет кудахтать… но не долго. — ехидно ухмыляясь, заявил мужчина.

— Ладно, давай сюда своё письмо и объясни, как добраться до Яги. — пошла на попятную Серафима, а в голове уже продумывала план действий, при котором Кощей не сможет превратить свою угрозу в жизнь.

Мужчина, победно улыбнувшись, принялся объяснять путь до дома старой ведьмы:

— С рассветом пойдёшь той же дорогой, что и сюда пришла, когда солнце будет в зените — упрёшься в указательный камень. Аккурат, от него ведёт тропинка в сторону леса, от которого тянет могильным холодом. В этом лесу и живёт Яга.

Серафима непроизвольно передёрнула плечами, словно на себе ощутив этот самых холод.

— Это тот самый камень, который мужа обещает…

— Какого мужа?! — тут же взъярился Кощей. — Я тебе сказал в лес идти, а не жениха искать.

— А ты мне не указывай! Ты мне кто, муж, что ли? — парировала Сима.

От её слов мужчина опешил, начав заикаться и часто моргать глазами.

— То-то же. — довольно хмыкнула женщина и, развернувшись, гордо покинула покои хозяина замка.

Лишь стоило первому утреннему лучику несмело выглянуть из-за горизонта, как из центральных ворот Кощева замка тихо выскользнули две фигуры. Утро было прохладным, а потому женщины кутались в теплые накидки, найденные накануне в одной из комнат дворца, где служанки начали наводить порядок.

— Как ты думаешь, он заметит, что ты ушла со мной? — поинтересовалась Серафима, криво усмехаясь собственно находчивости.

— Думаю, Настя справится с готовкой — на удивление очень способная ученица, тем более, что все основные заготовки я сделала еще вчера. А Фрося, если, конечно, не струсит, покормит твоего мужика, — засмеявшись, ответила Любаша.

— Он пока не мой! А будет и дальше вести себя высокомерно, на всю оставшуюся жизнь бобылем и останется.

Подруга усмехнулась, но ничего не сказала.

Солнце потихоньку поднималось из-за горизонта, окрашивая яркими красками природу, пробуждая ее от ночного сна. Где-то звонко пели птицы, стрекотали сверчки, на лугах буйно расцвели ромашки маки, незабудки, щедро одаривая путниц своими ароматами

Женщины неспешно шли по дороге, каждая думая о чем-то своем — говорить не хотелось.

Свежий воздух, ласковый, но еще довольно прохладный ветерок каждый раз норовил забраться под юбки подруг, поэтому им все время приходилось оправлять подолы.

— Красиво тут, — тихо прошептала Любаша, любуясь природой и наслаждаясь чистотой воздуха.

— Да, — блаженно протянула Сима, делая глубокий вдох. — Природа, нетронутая цивилизацией. Ни тебе машин, ни заводов, ни озоновых дыр — красота. Знаешь, а ведь я не жалею, что мы сюда попали. Да, мир для нас чуждый, ведь мы привыкли к иному укладу жизни, а сейчас… Я ощущаю себя Алисой в стране чудес, только страна эта до боли знакомая, какая-то родная. Мы словно в сказку попали, только взаправдашнюю.

— Сказка, — немного грустно улыбнулась Люба, — это когда Золушка выходит замуж за принца, а на нашем горизонте я что-то принцев пока не замечаю. Да и мы с тобой хотя и помолодели все равно до принцесс не дотягиваем.

— Не грусти, подруга! Думаю, мы с тобой свое счастье не в том мире искали, вот и получили второй шанс. А ведь он дается не каждому. Там были совершенно обычными незамужними бабами, а здесь красотки писанные. Не сомневайся, тут на нашу долю непременно женихи найдутся. — уверенно произнесла Серафима и откусила довольно большой кусок от крупного, сочного и необычайно ароматного персика.

Женщины, помимо вчерашних лепешек да сыра с мясом, взяли в дорогу и немного фруктов: яблоки для Яги, для себя же персики да груши — дорога-то длинная. И сейчас, жуя вкусный фрукт, Сима с блаженством думала, что все самое лучшее в их с Любашей жизни еще впереди.

Подруга же, перекусывая сладкой грушей, немного завидуя бойкой Серафиме, естественно, белой завистью, мечтала и о своем маленьком женском счастье.

— Сим, а Сим, как ты думаешь, а мне принц достанется? Ты же своего нашла… — неуверенно спросила кухарка.