Чтение онлайн

Проблема в том, что та Бернадетт, которую я знаю, забросала бы меня вопросами один за другим так быстро, что я не успел бы на все ответить, и это совсем не похоже на ту женщину, что на цыпочках сбежала из моей спальни. И вот я сижу, не имея ни малейшего понятия, как действовать дальше.

Большинство сверхъестественных существ вступают в брачные узы с пониманием, что последует период, когда партнеры тянутся друг к другу и обычно не покидают постель по нескольку дней. Бернадетт не могла дождаться, чтобы сбежать от меня, и это бесит меня больше всего остального.

Лампы над зарядной капсулой начинают мерцать вразнобой, отражая мою растущую ярость.

На лбу пролегает складка, когда я смотрю на камеру зарядной капсулы. Свет обычно не склонен так мерцать, а это значит, что моя сила выходит из-под контроля сильнее, чем я считал возможным.

Спустя несколько минут без изменений я решаю позвонить Джекилу. Он должен знать что-то, что хотя бы поможет, или иметь какое-нибудь зелье, чтобы усмирить побочные эффекты брачной связи.

Я достаю телефон из кармана, проклиная то, как простое прикосновение пальца заставляет его быстро заряжаться, и тяжелый вздох вырывается из моей груди.

Все выходит из-под контроля.

Я опускаюсь на пол, прислонившись голой спиной к прохладной бетонной стене, и звоню безумному ученому.

Джекил снимает трубку после первого же гудка, и брови мои ползут вверх, когда я смотрю на экран смартфона, видя лишь его нос и один глаз.

— Что тебе нужно? — таково его приветствие, и по экрану проносится сок в пакетике. Его отвратительный рот с шумом втягивает жидкость через соломинку.

— У меня возникла ситуация, с которой мне может понадобиться твоя помощь, — сообщаю я ему.

— Дай угадаю, ты спариваешься с человеком, — говорит Джекил после того, как пакетик с соком издает статичный хлюпающий звук.

— Да, и у Микаэля слишком длинный язык, — я хмурюсь, предполагая, что это он ему разболтал.

Джекил — сплошная загадка. Он появился у дверей моей лаборатории в Новом Орлеане вскоре после смерти Анны, настаивая, что нужен мне. Он быстро доказал свою ценность, будучи своего рода волшебником, каким-то образом смешивающим науку и магию и создавая самые мощные и невероятные зелья, которые помогли сверхъестественному сообществу и сделали Talbor Global прибыльным гигантом. Я давно перестал пытаться определить, к какому сверхъестественному типу он принадлежит, но он не постарел ни на день с нашей встречи более ста двадцати лет назад и не раз доказывал свою преданность, даже если его методы неортодоксальны.

— Сначала Владу что-то понадобилось, чтобы жариться под солнцем, потом Дойл позвал меня из-за какой-то поварихи, которую он встретил в замке, а теперь ты. Да, Микаэль сказал мне, но странно, что вы все вдруг разом обзавелись парами, — говорит он.

Я хмурюсь, слушая то, о чем и так знаю. Это странно, и я не сомневаюсь, что Одетт как-то причастна ко всему этому, но это все равно не меняет эффекта или моей реакции на Бернадетт.

— К счастью для тебя, тебе не нужно совать нос во всякое дерьмо, чтобы забыть ее, или намазывать лосьоном с SPF свой гигантский лоб. Просто ухаживай за женщиной. Покажи ей, что ты заинтересован. Вот как завоевать доверие женщины, — вещает он, и телефон соскальзывает с того, на что он его поставил, открывая мне полный вид на лампы, свисающие с потолка лаборатории.

Уморительно, что Джекил, мужчина, проведший большую часть последнего века в затворничестве под землей, пытается читать мне лекции о брачной связи.

— Что ты вообще понимаешь в узах?

— Я знаю, что тебе не хватает эмпатии, и ты не можешь отпустить ту стену, что возвел вокруг своего большого сердца. Плюс, ты немного помешан на контроле, — бормочет Джекил.

— Я бы убил тебя давным-давно, если бы ты не продолжал приносить мне деньги, — рычу я в ответ.

— Мне уже дважды пришлось запускать генераторы из-за шквалов ветра и сильных штормов, возникающих из ниоткуда. Не говоря уже о том, что я слышал, будто весь ее гардероб оснащен отслеживающими устройствами, — он фыркает, громко смеясь.

Я издаю низкий рык в трубку, свет над головой гудит, электричество выходит из строя, и лампы снова начинают мигать.

— Не психуй, Фрэнк. С каких это пор ты обращаешь внимание на человека? Хочешь, я заскочу и похищу ее? Спрячу от тебя на время. Это может ослабить связь, верно? — говорит он, напоминая мне о том, через что я заставил пройти Влада.

— Пошел ты, Джекил. Ты можешь приготовить что-то, что подавит мою реакцию, или нет?

— Ладно. Ладно. Я попробую кое-что состряпать, но слишком не обнадеживайся.

Я стону, когда линия обрывается, и видеозвонок завершается.

Ухаживай за ней, говорит он.

Он даже не знает ее. Она резкая, своенравная и такая же упрямая, как и прекрасная. Я не представляю, чтобы она могла следовать простым указаниям, и она сведет меня с ума в течение нескольких недель, я в этом уверен, но все это не имеет значения. Это чувство собственничества не рассеется, и я больше не могу отрицать интенсивность желания быть рядом с ней.

Грызущая пустота в сердце не перестает расширяться.

Я уже пытался выпустить пар в электрической камере, но стены там слишком близко — кокон, который она создает вокруг моего тела, слишком давит на мои перегруженные чувства.

Я не мог оставаться и в своей спальне, не с промокшими простынями на кровати. Хотя, уверен, к этому моменту служба горничных гулей уже сменила их.

Одна мысль о ней посылает разряд электричества, пульсирующий вниз по моей руке и оседающий в ладони. Я сжимаю пальцы и прогоняю его. Раздраженный еще больше, я подхожу и сажусь на скамью снаружи капсулы электрического разряда.

Это смехотворно, думаю я. Вот я снова пытаюсь держать под контролем свои всплески силы. Я полагал, что связь с ней предотвратит это. Вместо того чтобы успокоить зверя во мне, все стало еще хуже.

Или, возможно, это спровоцировал ее отказ от меня, но по какой-то причине, что бы я ни пробовал, уровень моей силы не снижается.

Проклиная свою неспособность сосредоточиться на чем-либо, кроме произошедшего ранее и ее по сути безразличной реакции, я поднимаюсь на ноги и направляюсь к своей гардеробной, где беру серую футболку и пару сапог для верховой езды.

Я хватаюсь за любую возможность помочь избавиться от этого назойливого и в целом необычного затруднительного положения, в котором оказался — связанный с человечкой, которую держу в заложниках в своем доме. Я надеваю новую футболку, прежде чем направиться к ступеням, ведущим обратно в особняк.

Долгая поездка на Броме должна помочь. По крайней мере, это выманит меня из дома и подальше от нее.

Каблуки сапог отстукивают по паркету, когда я направляюсь к входной двери. Мои ноздри раздуваются.