Перерожденная: повелительница тьмы
Шрифт:
— Ну как, понравилось? — Я усмехнулась, закусив нижнюю губу и мягко приземлилась на стул, где сидела пару минут назад.
— Могло не понравиться? — Веллиал попытался скрыть эмоции за улыбкой, но меня не обдурить, что-то в его поведении изменилось, только что? Он больше не кажется таким холодным, окутанным незнакомой мне тьмой, будто коконом. Неужели я смогла пробить броню выстроенную им веками, в которой он нуждался именно из-за меня.
— Могло. Я впервые прикоснулась к арфе. — А впервые ли? Кто знает сколько всего я прошла в прошлых жизнях?
— Не могу быть уверен, малышка. — Он выдохнул, наконец-то перестав искусственно улыбаться. Предо мной открылся демон, его душа, так усердно скрываемая за тысячей масок, но почему меня это не радует. Почему мне больно от одного вида этих черных глаз, через которые вот-вот выйдет боль в виде обжигающих соленых слез.
— Ты. Не знаешь? — Я выдохнула, подавляя ком в горле так бессовестно засевший там. Демону не станет лучше если я заплачу, тем более если причиной слез будет его открытость. Не хочу, чтобы он снова замыкался, я не вынесу этого.
— Арфа — музыкальный инструмент ангелов. Они умеют играть на нем с рождения. Ранее ты никогда не играла на арфе. — Он сделал затяжную паузу что-то обдумывая, а после продолжил, — Может я ошибся? И ангельского в тебе на много больше, чем тьмы. Может. Твоё место на небесах?
— Нет. — Не выдерживаю я. Этого не может быть, я не разобралась в себе! Сейчас я не ангел, но и не демон, я простая смертная девушка сразу с тремя сущностями в душе.
— Мне нравится твой настрой, в любом случае выбирать только тебе и не сейчас. — Веллиал не понятно для чего кивнул, — Ты слишком мало знаешь, чтобы делать выбор.
— А что ещё я должна знать?
— Ещё рано, малышка. — В который снисходительно улыбается, так сильно вывешивая меня этой фразой. Но я держусь.
— Как и всегда. — Вздыхаю, — Веллиал.
— Мм?
— Спасибо тебе. — Я улыбнулась, взяв падшего за руку, — Это было лучше. Свидание? — Чувствую, как начинают пылать щёки, — Если это оно, то это лучшее свидание в моей жизни.
— Рад слышать. — Демон аж расцвёл, после моих слов.
— Спасибо, что показал мне эти места.
— У меня есть на примете ещё одно место. — Демон загадочно улыбнулся, не переставая смотреть в мои глаза, теперь, когда я вижу его эмоции, почему-то ещё приятней, — Только ты должна пообещать, что будешь слушаться, и не задавать вопросов.
— Обещаю. — Легко соглашаюсь, под действием его улыбки, она влияет на меня похуже алкоголя. Это ведь демон лжи и азарта, Даша, что ещё могло прийти в его голову? После дня проведённого с ним я полностью доверилась истинному, бесповоротно нырнув в омут влюблённости.
— Ну смотри, я не терплю, когда мне лгут, — Напоминает, будто я могла забыть и снимает с волос алую ленту. Чёрные локоны падают на плечи, красиво обрамляя его бледное лицо. Веллиал похож на принца или красавчика с обложки, только необычного цвета глаза и толика холода выдают демонскую сущность. — Позволь, я завяжу тебе глаза? — Изучающе смотрит, будто ожидая отказа.
— А? — Напугано смотрю на ленту в его руках. Странно, хоть сердце и забилось чаще, но привычного страха нет, скорее волнение, перед неизвестностью. — Да, конечно, завязывай.
— Мы так много говорим обо мне, расскажи о себе, хоть чуть-чуть. — Крепко сжимаю его руку, пытаясь идти немного впереди, полностью контролируемая им. И не надеюсь, что он расскажет, но попытка не пытка.
— Ты не читала библию? — Демон издал смешок прижав меня ближе, к своему разгоряченному телу, от этого прикосновения просто мурашки по коже. На самом деле нет, не читала, разве что отрывок, про изгнание Сатаны и то из интернета. По большей мере там описан Эдем, как я думаю, а меня интересовала лишь часть о демонах.
— Честно? — Я улыбнулась, пытаясь прижаться ещё ближе, делая маленькие аккуратные шажки вместе с ним, — Нет. Я знаю, что тебя изгнали, но почему?
— Это длинная история, уверенна, что хочешь слушать? — Голос демона был спокойным, ровным, но почему мне кажется, что он напряжён.
— Да. — Коротко отвечаю я, в ожидании рассказа.
— Сама попросила. — С его груды вырвался вздох, — Я родился на Небесах и я вроде младший брат Михаила и Люцифера. — Уверенна, что сейчас он закатил глаза, а я вот выпала в осадок. Хоть убейте не знала о такой теории, даже о четырёх сильнейших архидемонов читала, но то, что Михаил, Сатана и Веллиал братья, впервые слышу. — Когда Адам и Ева были изгнаны из Рая, а ангелы увидели в людях угрозу, Михаил создал Серафимский Корпус — элитную организацию по защите Небес, и назначил ее главой меня, успевшего заслужить доверие Архангела.
— Значит, ты был доблестным архангелом? — Не умею держать язык за зубами и уже на начале повествования перебиваю его. Мой Веллиал, которого все боятся, который на моих глазах истязал женщину, ранее был одним из главных божьих воинов. В голове не укладывается. Кажется, я только сейчас начала понимать саму суть своих отношений с демоном, ранее всё было, как в тумане, а сейчас зарождаются сомнения.
— Да, доблестнее самого Михаила. — Он снова хмыкнул, — Но я полностью разделял идеи Люцифера и поддержал его, когда тот решил поднять восстание.
— Значит ты всё-таки зло воплоти? — Не унимаюсь я, снова перебиваю. Вопросов уйма, особенно сейчас, когда мой демон открылся совсем в другом свете, сложно представить его в роли антихриста.
— Я противоречивая личность. — Он неожиданно приподнял меня, видимо, чтобы я не ударилась об что-то и так же неожиданно, поставил на землю, продолжая идти, — Так вот о чём это я? Ах, да, меня перед восстанием смущало только одно — мне стало известно, что Бартоломью, один из серафимов, обладает врожденной способностью распознавать ложь. — Он с досадой причмокнул, — Слова этого ангела легко могли спутать карты мятежникам, и я вознамерился дискредитировать Бартоломью, прибегнув к помощи своего друга и брата Левиафана.
— Левиафан? — Переспрашиваю я, так как первого— одного из лидеров небесной армии я знаю, а второго не очень, — Чудовище сопровождающее бога?
— Сейчас он небесный демон, ещё более противоречивый, чем я. — Веллиал который раз хмыкнул, нежно погладив меня по предплечью, — Вместе мы принялись подвергать Бартоломью изощренным психологическим пыткам — после постоянных придирок, замечаний, наказаний, приказов переделывать одну и ту же работу по несколько раз ангел просто-напросто сломался и закрылся в себе.
— Жестоко. — Срывается с губ, не хочу обидеть демона необдуманной фразой, но иного подходящего слова нет. Правда жестоко, я знаю это, так как мама. Земная мама, тоже часто недовольна мной, и заставляет переделывать сделанное.
— Жестокость- моя стихия. — Напоминает брюнет, то, о чем я прежде не думала. — Бартоломью принялся выискивать в каждом своем действии недостатки и выправлять их, из-за чего, загруженный работой, он практически перестал общаться с собратьями, которые за глаза стали называть ангела чудаком. — Демон тихо засмеялся, видимо его это забавляло, — Я и Левиафан добились своего — слова Бартоломью о нашем участии в восстании, да и вообще о существовании мятежников, не приняли бы всерьез.