Чтение онлайн

— Знаешь, возможно. — Задумчиво произнес он, добивая меня этой фразой, — Я был бы совсем не против, если бы и я, и Амиэль продолжали ходить вокруг да около вечно, однако Эми, боявшаяся за собственную безопасность и репутацию, решила перейти к решительным и — на мой вкус — катастрофически необдуманным и попросту глупым действиям.

Я немного отошла от темы Анни, заинтересовавшись другим вопросом. Всё-таки на тот период, он был уверен, что я не вернусь и я ведь не была заменой. Анна была временной заменой меня, как пластырь на тёмную израненную душу демона.

— Что такого она сделала? — Имею в виду Амиэль.

— Она захватила в плен Кассандру, жену Бельмонта, последнего серафима, принявшего участие в раскрытии заговора, и поставила Бельмонту и Заку условие: за один час они могли либо отправиться на выручку Анне, либо спасти Кассандру. — Веллиал убрал руку с моего живота, вернув её на талию и вновь замедлил шаг. Очень вовремя, мои ноги и правый бок уже начали болеть от быстрой ходьбы.

— Как в фильме каком-то. — Издаю смешок, подстраиваясь под ритм падшего.

— Времени сделать и то, и другое у них бы просто не хватило, и одна из девушек была обречена на гибель, по мнению Амиэль. — Он сделал паузу, — Серафимы решили спасти Анну, ведь Эми не знала, что Кассандру защищал ангельский щит, кроме того, ей на выручку отправился Бартоломью.

— Ангельский щит? — Переспрашиваю я.

— Да, это, как броня из света. — Отстранённо ответил Веллиал, продолжая рассказ, — Амиэль и Лилит, любовница Данталиана, настолько упивались «гениальностью» своего замысла, что умудрились упустить из вида Нефилима, которого защищали светлые. Мне же не оставалось ничего, кроме как отпустить Анну — в конце концов, я был и остаюсь демоном слова. — Он замялся думая договаривать или нет, но всё-таки договорил, — При расставании с девушкой я испытывал искреннее сожаление.

— Веллиал. — Я бесшумно выдохнула, чувствуя, как накопившаяся обида превращается в тёплые слезы.

— Что? — Удивленно воскликнул демон, — На то время, я давно не общался с кем-то настолько умным и проницательным, и мне даже импонировало завидное упорство, с которым Анна отстаивала свои идеалы.

— Но ты не любил её? — Который раз переспрашиваю волнующий меня вопрос.

— Нет, и не мог. — Спокойно на мои расспросы отвечает падший, даже слишком спокойно, — Она не была моей истинной. Вскоре подоспевшие Зак и Бельмонт забрали Анну, а затем до меня дошли сведения, что Бартоломью благополучно освободил Кассандру, обратив Амиэль в бегство.

— Ваш план провалился. — Подытоживаю, делая и так очевидный вывод.

— Увы. — Соглашается демон и с его уст который срывается смешок, — Нефилим был инициирован на светлую сторону, и план уничтожить ангелов посредством Апокалипсиса с крахом провалился. Однако я не сильно расстроился — в отличие от любого из Дьяволов, мне удалось сохранить собственное влияние на демонический мир, и я продолжил медленно плести козни, скрашивавшие мне существование.

— Какие же?

— В частности, я отправил Анаразель, того самого демона, по чьей вине планы Люцифера дошли до светлой стороны, к Инквизиторам, которые использовали ее, чтобы развязать ожесточенное столкновение оборотней и вампиров, а затем хладнокровно зарезали Ани. — Веллиал вновь скрыл все эмоции за спокойным тоном, которому даже русалки со своими песнями позавидуют, — Так я, можно сказать, отомстил за Люцифера. Затем в Преисподнюю явилась Эми, которая после потери места на Небесах отчаянно искала пристанища. Она хотела наконец стать архидемоном и не могла обратиться с просьбой обратить ее ни к кому другому, кроме меня. Конечно, Амиэль была и является достойной девушкой во многих отношениях, но после встречи с Анной она стала немного. Пресноватой, на вкус мой. — И снова он упоминает эту Анну.

— Ты имеешь в виду она была твоей любовницей, а потом перестала тебя интересовать?

— Именно. — Так же спокойно отвечает падший. — Тем не менее, я сделал Эми архидемоницей и оставил ее подле себя — кто знает, для исполнения какого из его планов она может пригодиться в будущем. Она всё ещё служит мне.

Значит он был любовником Анны и Амиэль, вторая теперь ещё и подле его. Что может быть лучше, бывшая моего демона прислуживает ему.

— Ты же говорил её убили! — Вспоминаю, как он не хотел обсуждать её, но не отрав факта того, что она мертва.

— Не говорил я такого, я просто просил не перебивать. — Уверенна, сейчас на его лице сверкает белозубая лисья ухмыхлка.

— Но смотри, Люцифер ведь жив, как так произошло? — Сейчас это волнует меня больше всего, даже немножечко больше Анны. Я ведь была под его офисом, он ведь охотиться на меня, а из рассказа Веллиала не понятно, как он выжил.

— Ох, чуть не забыл. — Послышался хлопок, видимо демон ударил себя по лбу, — Я любил и ценил три вещи — тебя, власть и покой. При этом, в отличие от Люцифера или Данталиана, меня не прельщает идея занять Пламенный Престол; очередной Дьявол сразу же оказывается у всех на виду, становясь легкой мишенью, я же предпочитал распространять Тьму из тени. Не похожий на не в меру кровожадных демонов, я никогда не буду мучить кого бы то ни было просто так — я считаю, что в каждом действии и поступке должен быть заложен смысл, а те, кто, получив власть, начинают привносить во все хаос и творить, что им заблагорассудится, попросту глупы и когда-нибудь обязательно падут, тогда как я вот уже несколько лет сохранял и расширял влияние и контроль над Преисподней. А потом… — Он замялся, — Я вышел на землю и встретил тебя. После твоей второй смерти, вернувшись в преисподнюю, я сделал всё, чтобы вернуть Люцифера и ухты, у меня вышло. Видимо, для сравнения счёта, Бог сделал нашу дочь архангелом, первой женщиной архангелом, а не Серафимом.

— Кошмар, и это ещё не вся ваша история. — Я покачала головой. Естественно не вся, аду тысячи лет, а он рассказывал мне о нескольких сотнях лет, ещё со времени средневековья.

— Да, было ещё восстание Лилит и прочее, но это как-то потом. Кстати, помнишь Захария, который напал на тебя? — Зачем-то переводит тему, но Захарий тоже интересует меня, он ведь нападавший.

— Как такое забудешь? — Фыркнула я.

— Анна была влюблена в него. — На последнем слове демон не смог сдержаться и фыркнул, — Я искренне не понимаю, что Анна нашла в этом легкомысленном недалеком мальчишке, который явно не замечал признаков влюбленности девушки и предпочел ей принявшую облик ангела Лилит, история, банальнее которой я вряд ли слышал. — Говорит так, будто ревнует.

— Так у вас старые тёрки?

— Да, только не подумай, что у меня была влюбленность или остались чувства, а Анне. — Успокаивающе шептал падший, — Там ничего личного.

— А я? — Голос дрогнул, говорить было сложно из-за рвущихся слёз, — Ты уверен, что чувствуешь ко мне большее, чем к Анне?

— Уверен. — В голосе читалась сталь, и уверенность, но я всё равно не могу избавиться от затаившейся в душе ревности, — Вот мы и пришли, пара моя любимая. — Он остановился, став сзади меня. Одна его рука мягко легла на мою талию, а вторая прикоснулась к краю ленты, на моём затылке, — Готова?

— Как никогда. — Киваю, всё тело напряглось в неизвестно и ожидании чего бы то ни било.

— Но ты всё равно дрожишь и сомневаешься? — Он тихо засмеялся, уткнувшись носом в копну моих волос, — Я зря говорил об Анне? — При упоминании этого имени я вновь вздрагиваю.

— Возможно. — Неуверенно бормочу, хотя уверенна на все сто- зря. Очень зря.

— Тогда ты должна знать, если ты решишь отречься от меня, лучше убей. — Он взглотнул, шумно выдыхая мне на ухо, от чего появились приятные мурашки, — Железо.

— Что? — Недоумевала я. Железо? При чём тут железо?

— Железо способно ослабить меня. — Шепотом признался он, голос демона смягчился, он больше не был уверен, и почему-то именно сейчас мне кажется, мы сблизились, как никогда, — Оковы из освященного железа может заблокировать меня способности. — Серьезно говорит он, а я еле смогла сдержать рвущийся смешок от такого детского искреннего признания, — А ещё сравнению с другими видами, у меня сменяется цвет лишь радужки глаз, а не весь, чем я немного похож на низших.