Чтение онлайн

— А я и про уши такой же миф слышала, — вдруг заявила ржущая до слез Лера. Все синхронно уставились на Стаса, даже я. Ну, естественно! На кого же еще? Тут он точно победителем будет. Хоть весь торговый центр обойдешь, больше, чем у него, ушей не найдешь.

— Вот это точно миф, — тут же, не мешкая, фыркнула Яна, — скорее, обратно пропорционально.

Последовал новый взрыв хохота. Влад аж чуть со стула от восторга не упал. Кирилл давился икотой. Лерка же, опешив, замолчала. Уставившись широко раскрытыми глазами на сладкую парочку, она лишь слабо улыбалась. Я тоже смотрела на них: на продолжающую язвительно хихикать Яну и на криво, натяжно улыбающегося Стаса, и все ждала, когда же он вмажет в эту довольную смазливую мордашку Малыша. Но Тасечка продолжал, как болвашка улыбаться, спуская на тормозах тупую шутку своей девушки. Интересно, как бы отреагировал мой Юрка, если бы меня надоумило сморозить такую глупость? Бить, конечно, бы не стал. Это я уж так сгоряча подумала, но и вряд ли бы улыбался как дурак. Разругались бы в пух и прах — точно.

И все же я все равно не понимала и недоумевала. Стасик лапусечке тут чуть ли тапочки в зубах не носит, а она его так при друзьях опустила. И пусть даже у него там и в самом деле обратно пропорционально, зачем всем это рассказывать. Я нахмурилась и выдала этой безмозглой красотке:

— А у тебя что, такие широкие познания в размерах? — вступилась зачем-то за тюфяка Стаса. Вот действительно – зачем? Потому что на новый взрыв веселья он тут же разъяренно вскинулся.

— Ты! Шмара! – он даже привстал, собираясь наброситься на меня как бешеный пес. Оскорбление своей крали он почему-то терпеть не стал. Или же решил сорваться за все на мне?

— Все-все, хватит, — тут же влез между нами Кирилл, — давайте уже проектом займемся.

— Я тебе сейчас, овца, расширю познания, — не унимался Назаров. В гневе он был реально страшен. Я растерялась и притихла. Кириллу все же удалось тут же его усадить, и инцидент вроде сразу свернулся, но заняться делом нам так и не удалось. Да и, если разобраться, нечем было заниматься. Свою часть работы – теорию — я давно написала, оставалось дело за статистикой, с которой Лера и Кирилл все еще тянули, и потом уже наступал черед Стаса делать презентацию. Можно было расходиться.

— Она просто дура, — успокоила меня Лера, когда мы шли с ней, чуть отстав от всех.

Я кивнула. Это и без рассуждений было всем понятно. Но продолжала ворчать:

— Не понимаю, что Назаров с ней носится? – мой вопрос звучал просто для снятия запала и раздражения, нежели с целью найти ответ.

— Любовь, — невозмутимо ответила Новикова.

Да уж. В гробу я видала такую любовь. Тьфу, тьфу, тьфу трижды через левое плечо.

— Что там у тебя лейтенант – мальчик молодой? – решила я сменить тему, чтобы отвлечься. – Ты ему ответила?

— Ответила, — Лера взяла меня за руку и притормозила, еще больше отставая от компании.

— М-м-м. И-и-и? – я тоже сбавила шаг.

— И-и-и это действительно он, и он сказал, что подумает, что можно сделать с экзаменом.

Все легко и просто, и банально, и… И все же у меня словно землю из-под ног выбили.

— И что взамен?

— Пока не знаю, — равнодушно отозвалась Лера.

На остановке мы расстались, и каждый разъехался своим маршрутом. Кирилл с Лерой, Стас со своим ненаглядным Малышом. Протасов порывался меня проводить, кавалер долбаный. Но я уехала одна.

За окном мелькали грязно-снежные пейзажи. А я размышляла о вечном. Что есть любовь? Какая она настоящая? И есть ли она у моих новых друзей? Хотя бы у одного? Лера, Кирилл, Яна, Стас. Ни один из них, как это ни печально, не вписывался в книжный стандарт. Кирилл провожал красноречивым взглядом практически каждую юбку и вечно распускал в мою сторону руки, невзирая на присутствие рядом своей девушки. Девушка — Лерка - в это же время за его спиной вела какие-то странные разговоры с мальчиком-гаишником. Внешне ангел во плоти, Яна, на деле все больше казалась стервой. Хотя вроде как раз стервы и привлекают таких хороших молодых людей, как Стас. А, вообще, как говорится, в тихом омуте… Разъярённый Назаров сегодня мне совсем милым и тихим не показался. Так ему и надо, пусть несёт на себе крест в виде безмозглого Малыша.

Вечером неожиданно позвонил Юрка. Измудрился вне графика, не в выходной день. Он мне рассказывал о службе, а я ему рассказала про носы, уши, Яну и Стаса. Юрка, выслушав, не засмеялся, как мои одногруппники, и, тем более, не стал возмущаться, как я, в защиту лопоухого. Он просто недовольно спросил:

— Зачем ты вообще с ними ходишь?

— Как зачем? У нас совместный проект, — ответила я.

— У вас совместное занятие херней, — послышалось еще более возмущенное в трубке.

Он был прав. Наши посиделки все бесцельны и бестолковы. И все это была сущая ерунда – неинтересная и не стоящая внимания. Про Новикову и лейтенанта Якимова я вообще решила не упоминать.

— Юль, ты меня любишь? — спросил перед прощанием Юрка.

— Конечно люблю.

— И я тебя люблю.

Засыпая, я снова думала о вечном.

Теперь мне уже не хотелось смотреть ни в сторону Кирилла, ни в сторону Стаса, да и, пожалуй, стоило прислушаться к словам Юрки — мне пора было прекращать тусоваться в этой компании. Кто они мне? Друзья, что ли? Какие у нас могут быть общие интересы, кроме проекта? Ради которого, к слову, совсем не обязательно было бесконечно торчать в кафе, болтая о какой-нибудь ерунде, или еще краше — гнать к заводам на перегруженной машине, чтобы поглазеть, как Лерка ее же потом гробит вконец. Реально — занятие дуростью, с которой надо было завязывать.

На следующий день, подойдя к своей группе, которая толпилась возле закрытой аудитории, я, как это бывало ранее до злополучной совместной работы, встала у подоконника в сторонке в ожидании, когда подойдет преподаватель. Краем глаза выцепила из толпы Крайнова, Новикову и Назарова – друзья все на месте и вместе. Все в неплохом настроении и заняты оживленным разговором. Я отвернулась, убеждая себя, что мне нет никакого до них дела. Есть и поважнее заботы. Буквально через пару недель начнется сессионная неделя, и, помимо этой долбаной “Студенческой семьи”, существовали еще другие предметы, о которых стоило задуматься. Залезла в телефон, листая расписание и прикидывая, по какому предмету и что нужно ещё подготовить. Из списка больше всего волновало финансовое право. Предмет — так себе, не сложнее остальных, но уж больно препод принципиальный. С первых занятий начал гнать пургу про коррупцию и кичиться своей неподкупностью.

— Будет валить, — предупреждали другие потоки, которые уже имели горький опыт столкнуться с ним на зачете. Со шпорами без разговоров отправляет на «доп сессию», так что придется зубрить, причем близко к тексту. При малейших неточностях в формулировке ответов так же прямая дорога туда же – на пересдачу. Козел, в общем, одним словом. Но никуда не денешься, придется как-то выкручиваться. Я вздохнула и… вздрогнула.

Я до такой степени ушла в мысли, что не заметила, как рядом возник Стас и слегка толкнул меня локтем.

— Не слышишь, что ли?

— Что? – я действительно абстрагировалась от внешнего шума и не обратила внимания, что он, оказывается, мне до этого уже что-то говорил.

— Не подходишь почему, спрашиваю. Обиделась, что ли?

Обиделась? Вот еще. А допустить совсем никак, что у меня просто нет желания с ними общаться и хочется побыть одной? По всей видимости, такой вариант он даже не рассматривал, потому что тут же начал мямлить какие-то извинения.

— Юль, ты не обижайся, я вчера перегнул. Извини. Но ведь ты ее тоже оскорбила.