Пересечение вселенных. Книга 2. Свет мира
Шрифт:
С помощью «Шлема Морифея» мы проинформировали нескольких особо одарённых и духовно совершенных людей-медиумов, послав им предупреждение об ожидаемой катастрофе. Услышал нас только один, звали его – Ноах, Нух, Ной – под такими именами он значится сейчас в различных религиях. Ной, сделав всё возможное, долгое время пытался вразумить человечество. Возможно, если б люди вняли ему и исправились, трагедии, называемой – Всемирный Потоп, не случилось бы. Планета, ка вы знаете, уникальная экосистема и энергетический организм, который всегда очень чутко реагирует на то, что на ней происходит. Но всё – и наши усилия, и проповеди Ноя – оказались тщетны.
Мы едва успели вовремя отобрать генный материал от всех Видов и растений Земли, и поместить животных и лучших представителей человечества в специально оборудованный корабль, где они были погружены в анабиоз. Человечество, которое возродилось от этих людей, потом назвало этот корабль – Ковчег. Что значит – ларец, сундук, ящик. Он действительно был таким сундуком, набитым под завязку всем, чего тогда достигла Эволюция на Земле, – Демонстрировал Натэн кадры об этих событиях и огромную сигарообразную капсулу с представителями Земли, помещенную затем на дно океана на четыре столетия. Затем – Великий Потоп. Одновременно профессор комментировал: Ситуация на планете долгое время была критической и непредсказуемой. Данную катастрофу вызвало резкое климатическое потепление, длительные атмосферные осадки, вызванные испарением с водной поверхности, и таянье полярных льдов. Всё население и живой мир планеты безвозвратно погибли. А когда мы привели климат в порядок и вода сошла, то капсула была поднята наверх. И сохранённые Виды и люди вновь заселили Землю.
– Ого! Вот это правильно! – восхитилась Лана. – Какие мы всё-таки молодцы!
– Но, как оказалось, вся эта акция, под кодовым названием: «Росток» было проделано зря. После того, как численность человечества восстановилась, цивилизация пошла по прежнему пути, – развёл руками Натэн. – Сегодня, как вы знаете из сводок, БВЛ человечества снова в дефиците, а их миром правит ИСВ. Князь этого материального мира – как называют этот безнравственный принцип существования сами люди.
– Да уж, – протянул Сэмэл. – Как там по их научной латыни? Homo sapiens? Человек разумный? Это, скорее – Homo vulgaris, человек вульгарный.
– Думается, людям больше подходит имя: Homo habilis – человек умелый, которое они дали своим далёким предкам, – заметил Натэн. – До разумности им по-прежнему далековато. И у этой пятой цивилизации также неважные прогнозы на будущее.
– Неужели всё так плохо?– расстроилась Лана.
– Увы! По тестам «Шлема Морифея» и согласно Графику Жанэля их БВЛ находится практически на нулевой отметке. Человеческая цивилизация стремится к самоуничтожению, беспрерывно накапливая оружие. А её научные достижения используются в первую очередь для создания новых и всё более ужасающих средств массового уничтожения. Вернее – самоуничтожения, – рассказывал профессор, показывая аудитории последствия использования атомного, химического, бактериологического и даже генного и климатического оружия, изобретённого «умелым» человеком. – Как известно, конфликты, вызванные претензиями ИСВ, в условиях дефицита БВЛ не имеют разрешения. А при наличии такого количества оружия последствия непредсказуемы, – заключил профессор. – Вернее, наоборот – они весьма предсказуемы. Даже малой части того вооружения, что имеется у людей сегодня, достаточно, чтобы погубить на планете всё живое. Существование человечества, равновесие держится на планете на волоске
– Жаль, – вздохнула Мэла. – Мне люди, всё же, симпатичны. Они любят улыбаться, обожают своих детей.
– Отличный аргумент! – улыбнулся Сэмэл. – Но слегка не научный.
– Вот именно – своих детей! А не чужих? – заметила Танита.
– Активные такие, изобретательные, космос осваивают, – продолжала гнуть свою линию Мэла. – И вообще – они красивые. Почти такие, как мы! Правда, у них только четыре конечности, а не восемь, как у нас. И мозг только один. Но…
– Может в этом и кроется причина их задержки на пути к Духовной Эволюции? – усмехнулся Сэмэл. – Просто человеку умелому не удаётся хорошенько сосредоточиться и понять – к чему же приведёт такое количество смастерённых им военных игрушек? Наверное, слишком длинен путь от мозга к его неразумным, но «умелым» конечностям?
– Ага, – ехидно отозвалась Лана. – Зато у тебя, Сэмэл, мозга ужас как много! Ты у нас такой махровый! Только вот, когда говоришь такое, наверное, ни одним из своих девяти мозгов не пользуешься! У них мозг нехорош! – передразнила она его интонации. – Гляньте, какой я растопыренный! Ты, Сэмэл, сапиенсофоб и моллюскофил, что ли? Где твоя БВЛ? Тоже в дефиците, как и у этих «хомо хабилисов»? Каждый Вид, даже ещё не достаточно разумный, по-своему прекрасен! И достоин, хотя бы, сочувствия! Тем более, что им так не везёт!
– Это ты называешь – не везёт? – удивился тот.
– Ты не сапиенсофоб, Сэмэл, ты – мрачный самовлюблённый моллюск! – поддержала Лану Мэла.
– Да пошутил я! Чего вы? Я человекам очень сочувствую! Потому и сержусь на этих воинственных сапиенсов, – отмахнулся от них Сэмэл. – И поверьте – я не так уж плох. И, поверьте – лучше уж быть мрачным моллюскофилом, чем весёлым трансфилом. Знаете таких – с планеты Макэя? Я тут в библе о них такое прочитал! – листнул он страницы. – Недавно просматривал – какие разумные Виды обнаружены нашими КосИс – Космическими Исследователями за последнее время?
– Они вошли в КСЦ? – спросил кто-то.
– О, нет, им не до Сообщества, они собою заняты, – хмыкнул Сэмэл. – Да их и не примут, хотя технический уровень макэйцев и неплох. Они считают, что все Виды по-своему прекрасны, поэтому необходимо взять себе у каждого самое лучшее. И взяли. Теперь макэйцы стали обладателями универсальной внешности, приспособленной ко всем случаям жизни. Сразу и не поймёшь кто это? Какой-то кошко-рыбо-птиц. Они и других уговаривают осуществлять подобные трансгенные мутации – для достижения идеального Вида, не существующего в Природе. То есть – перебулькнуть Эволюцию. И Творца.
– Ага! – усмехнулась Танита, заглядывая ему через плечо. – Так и есть. Знаете, во что превратились рапсоиды, увлекшись идеей мотэйцев? Они теперь не только ящеры, но и с усиками-антенами, крыльями, с задними ластами, с восьмью конечностями, как у нас, и с двумя клешнями, – продемонстрировала она аудитории это чудо не-Природы. – И в каждой из десяти конечностей и даже в усиках у рапсоидов имеется теперь по дополнительному мозгу! А ещё у них на животе есть маленькая кнопочка – переключать желудок на усвоение разных видов пищи. Они способны даже камни есть! Представляете? – ужаснулась она. – Теперь для любой планеты рапсоиды просто бедствие – всё съедят, даже саму планету. И поэтому они на особом контроле у Наблюдателей Сообщества, опасающихся их нашествий.
– Зачем есть камни? – удивилась Мэла. – Когда есть прекрасные и разнообразные коктейли!
– Ну, это дело вкуса, – хмыкнул Сэмэл. – В камнях имеются все необходимые микроэлементы – надо только достать их, растворить кислотой.
– Заинтересовался? – поддела его Танита.
– О, нет! Это чисто научный интерес. Учите – я предпочитаю только растительную пищу и внешность моллюскофила! – отмахнулся тот. – Без кнопочки на животе и усиков, чтобы меня хоть иногда родители узнавали. Но сейчас речь не обо мне, – огляделся он. – А о землянах, изготавливающих в свободное время атомные бомбы для своих соплеменников. Я вообще-то ничего не имею против этих изобретательных и умелых хомов. Наоборот – желаю им скорейшего выздоровления и освобождения от мрачного воздействия их князя ИСВ. Жаль только, что они сами к этому не стремятся. Ведь Творец дал всем свободу воли.
– Ты прав. И давайте оставим в стороне трансфилов, рапсоидов и прочие казусы. Дело не в числе или форме конечностей и не в объёме мозга, как вы знаете. Думаю, человеку, вполне достаточно тех конечностей, что он имеет, – сказал профессор, посмеиваясь. – Ведь на протяжении Эволюционного пути он решал сложнейшие задачи по выживанию, преодолев не одну планетарную и локальную катастрофу. Не говоря уж о бесконечных войнах. Он умеет пользоваться тем, что имеет, и обладает прекрасными задатками. Но ему чего-то явно не хватает.