Чтение онлайн

– Ну, я думала тебе около двадцати, или что-то вроде того, - покачала та головой, продолжая удивленно меня рассматривать.
– А выходит, что ты не только по меркам людей, но и по законам драконов уже совершеннолетняя

– Ну да, - я склонила голову и скромненько так потупила глазки, чем вызвала смех всех присутствующих в комнате.

– Ладно, - перестав веселиться, сказал Натан.
– Тебе, Сэм, что-то еще нужно сделать, чтобы начать работу над нарядом моей дочери?

– Нет, - покачал головой эльф. – У меня есть все, что нужно. Интересуют только сроки.

– Помолвка в воскресенье. Успеешь закончить с платьем?

– Обижаешь! К пятнице будет готово!

– Отлично, - удовлетворённо кивнул мой любимый родитель и повернулся к супруге своего друга: «А ты, Эйла?»

– Вкусы твоей дочери, как и размеры, я уже знаю, так что подберу что-нибудь, - мягко улыбнулась тому красавица-блондинка, а потом перевела взгляд на меня и лукаво подмигнула.

Я невольно прыснула, представив, какое именно белье она может мне подобрать, и была готова положиться на ее вкус. Ведь Эйла, как и ее супруг, создавала не менее прекрасные вещи. Разница была лишь в том, что носили они более интимный характер.

– Ну, тогда мы, пожалуй, откланяемся, - кивнул Натан. – У Рори экзамены идут, а я ее от подготовки оторвал.

– Мы все понимаем, - усмехнулся Самаэль, и глянул, как мне показалось, с сочувствием.

– Удачи и легких билетов!
– пожелала в свою очередь Эйланиэль, подарив ободряющую улыбку.

– Спасибо! – поблагодарила я, с теплотой посмотрев на обоих.

Этим одним словом я выразила не только благодарность за высказанные пожелания, но и за ту работу, которую эльфам предстояло сделать, чтобы на собственной помолвке я могла блистать.

И меня поняли.

В школу я в этот день так и не вернулась. Мы с отцом перенеслись обратно на остров и провели оставшееся до ночи время в обществе друг друга. Устроили небольшой спарринг, поплавали в лагуне и, приготовив совместный ужин из рыбы и морепродуктов, устроились есть на террасе.

За бутылкой вкусного эльфийского вина обсудили все последние новости друг друга, моё предстоящее паломничество, которое, по мнению Натана должно начаться буквально вот-вот, и разошлись спать. А в половину восьмого утра по китокилевскому времени я вышла из портала в нашей с Ларой комнате, где застала последнюю за сборами на перекличку.

– О, Рори, а вот и ты! – поприветствовала меня девушка, хватая щётку для волос и принимаясь спешно расчёсывать свою длинную светлую гриву. – А я вчера весь день голову ломала, гадая, куда ты делась. Но к вечеру всё прояснилось и передо мной встал другой вопрос: появишься ты в комнате перед перекличкой, или уже на ней самой?

– Ну, как видишь, я здесь, - развела я руками и улыбнулась. – И, если честно, не сильно поняла всё то, что услышала ранее. Что тебе стало ясно?

– Причина твоего отсутствия, конечно же! – мне подарили снисходительную улыбку. – Я как увидела появившиеся один за другим три букета, и прочла одну из карточек, которые были на них, поняла, что у тебя с лордом Танши произошла какая-то размолвка. Из чего сделала вывод, что ты, вероятно, осталась ночевать у своего отца. Я ошиблась?

– Нет, - покачала я головой, ещё больше озадачиваясь.
– Непонятно мне другое. А именно, откуда взялись ТРИ букета?

– Не знаю, - скопировала мой недавний жест блондинка, разведя руками. – Я рискнула посмотреть только одну из карточек - за что мне теперь ужасно стыдно, так что ответить на твой вопрос не могу. Смотри сама.

– Непременно, - пробормотала, отыскивая взглядом упомянутые однокурсницей цветы, и брови против воли поползли вверх, стоило те увидеть.

Букеты Танши и Эрелла я определила сразу и без всяких карточек, потому как оба умудрились преподнести мне розы. И если первый выбрал ярко-алые, то второй, как всегда, отличился. Прислал чисто белые, которые вдобавок оказались слегка припорошены снегом.

– Удивительно, да? – с улыбкой произнесла Лара, становясь рядом со мной у стола, на котором находились букеты. – Цветы стоят со вчера, и ничего! Снег на них не тает. А вот если его взять в руку, то ладонь станет мокрой.

– Да. Это действительно интересно, - кивнула я, снимая карточки с обеих букетов роз, прежде чем перейти к третьему, который был совсем другим.

Раскрыла послания от блондинов, и совсем не удивилась, прочитав на одном: «Прости меня, родная! Я всё осознал и более не повторю совершенной ошибки». В то время как второе, от моей «тени», было привычно лаконичным и гласило: «Был не прав!».

Тихо хмыкнув, порадовалась тому, что оба мужчины сделали выводы из произошедшего, и обратила взор к третьим цветам. То были сиреневые и белые фрезии, которые выглядели так, словно их сорвали на рассвете. На лепестках были хорошо различимы капельки росы. Интересно, кто это так расстарался для меня?

Протянула руку к конверту, что оказался привязан к вазе из белого матового стекла, но взять его не успела. В комнате открылся портал и из него вышел мой жених, своей синеглазой персоной.

Взглянул на меня и негромко осведомился:

– Рори, мы можем поговорить?

Я задумалась, уместно ли будет общаться сейчас, когда до переклички осталось совсем немного времени, а вот моя соседка среагировала быстрее, обратившись к учителю:

– Мне выйти, лорд Танши?

– Не нужно, Лара, спасибо, - спокойно отозвался тот, мягко улыбнувшись. – Нам есть, где поговорить.

После чего перевёл взгляд на меня и… вдруг нахмурился. Улыбка пропала с губ мужчины, а взгляд, сместившись чуть в сторону, заледенел.

Не понимая, что случилось, я проследила его направление и поняла, что любимый мужчина смотрит на тот самый букет фрезий, отправитель которого мне пока был неизвестен. Протянула руку к конверту, снимая его с ленты, и шагнула навстречу к жениху. Видимо поговорить сейчас нам всё-таки придётся. И опоздать на перекличку (мне), тоже.

– Я сообщу Россу, что ты в школе, - негромко произнёс Танши, протягивая вперёд руку. – И на завтрак ты не опоздаешь.

Я в ответ промолчала. Вложила руку в его ладонь и позволила утянуть себя в портал.

Переместил нас синеглазый дракон в свою комнату. Что в общем было ожидаемо, потому как лишь здесь была возможность поговорить спокойно и не опасаясь неожиданного появления кого-либо. А стоило мне увидеть его совершенно непроницаемое выражение лица, внутренне поежилась. Блондин молча сложил руки на груди и замер напротив, ожидая, пока я распечатаю послание от дарителя фрезий.

Решив с этим не затягивать, вытащила из конверта вдвое сложенный листок тонкой и явно дорогой бумаги, а затем вчиталась в одну единственную строчку, выведенную каллиграфически-ровным почерком.