Чтение онлайн

И вот под эти самые мысли, а также равномерное, успокаивающие поглаживания по спине, я и уснула. Усталость взяла своё.

Засыпала я рысью, а вот проснулась уже девушкой (Индира, поганка такая, подсуропила). Открыла глаза, сонно уставившись на только-только начавший светлеть горизонт: вспоминая, где вообще нахожусь. Завозилась, устраиваясь удобнее, чтобы вновь заснуть, и осознала две вещи, которые относились к моему раннему пробуждению. И обе эти причины касались моей «тени».

Во-первых, оказалось, что я нахожуcь в крепком кольце его рук, в то время как сам мужчина прижимается ко мне со спины. А во-вторых, я увидела весьма необычный сон, который был очень странным и больше походил на воспоминания. Не мои, ибо в них мелькали совершенно незнакомые люди, среди которых присутствовал и Эрелл. Правда, выглядел он несколько иначе, нежели сейчас. А именно, совсем юным, хотя совершенно непроницаемое выражение лица и ледяной взгляд пронзительно-голубых глаз был все тот же.

Озадаченно покачав головой, не понимая, как такое возможно, попыталась выбраться из объятий спящего изгнанника, но сделать этого не удалось. Более того, своей возней я добилась прямо противоположного эффекта: кольцо рук вокруг моего тело сжалось сильнее.

– Эрелл! – не замедлила я возмутиться такому произволу.
– Отпусти меня!

– Ну и чего тебе не спится в такую рань?
– хриплым со сна голосом поинтересовался тот, опалив моё ухо горячим дыханием.

– Я бы, может, и спала, но кое-кто вцепился в меня, словно утопающий в спасательный круг, так что даже вздохнуть нормально никакой возможности нет! Отпусти, говорю!

– И только-то? – лениво протянули у меня за спиной, а потом руки мужчины разжались, давая возможность отстраниться.

Чем я немедленно воспользовалась. Отодвинулась на безопасное расстояние, облегченно выдохнув, перевернулась на спину и устремила взгляд в бледно-голубое небо, которое медленно восходящее солнце постепенно окрашивало в золото и перламутр. Невероятно красивое зрелище!

– Так что тебя разбудило столь рано? – спросил Эрелл, нарушив повисшее между нами молчание, а потом также как и я перевернулся на спину, вперив взор в небесный свод над нами.

Я покусала губы, не зная, следует ли рассказывать о том, что мне привиделось, но потом все же решила, что стоит. Вдруг ему тоже что-то такое снилось, но обо мне.

– Мне приснился странный сон, - пояснила, не поворачиваясь к дракону, и все так же глядя в небо.

– Странный?

– Угу. Он был похож на…

– Воспоминание? – подсказал собеседник, повернув голову в мою сторону.

– Да. А откуда… - оторвавшись от созерцания небес, я удивленно взглянула на него.

– Откуда я знаю?

Кивок.

– Оттуда, что мне иногда подобное снится, но с твоим участием. Полагаю, все дело в нашей связи.

Я помрачнела, ибо такие новости мне совершенно не понравились. Интересно, как много Эрелл успел обо мне узнать?

– Не хмурься, - по губам объекта моих мыслей скользнула едва заметная усмешка. – Ничего эдакого я не видел. Но все же есть кое-что, о чем я хотел спросить.

– И что же это? А еще мне интересно, как так вышло, что тебе периодически снятся мои воспоминания, в то время как мне твои привиделись впервые?

– Очень просто. До сегодняшней ночи я закрывался, - пожал плечами блондин. – А спросить тебя хотел об одном человеке, которого в твоих воспоминаниях видел несколько раз.

– Как он выглядел? – полюбопытствовала я, все еще продолжая хмуриться, и одновременно с этим обдумывая ответ Эрелла по поводу того, что он «закрывался». Может, стоит попросить его научить меня данному полезному умению?

– Это был темноволосый и кареглазый мужчина лет тридцати на вид. Внешне весьма привлекательный. Во всяком случае женщинам, насколько я могу судить по собственному опыту, такой типаж должен нравиться.

Выслушав сей ответ, я невольно улыбнулась, потому что сразу поняла, о ком идет речь. Все-таки этот человек сыграл в моей жизни немаловажную роль. В ту самую пору, когда я была еще совсем молодой девушкой, только-только окунувшейся в интересную студенческую жизнь, а потому ничего в ней не понимающей. Как, впрочем, и в мужчинах. Пожалуй, только Ярослав, несмотря на то что мы расстались, оставил после себя светлый след. Чего нельзя было сказать о том, с кем меня свела жизнь после него.

– Так, кто он? – напомнил о своём вопросе Эрелл, решив по всей видимости добиться ответа на свой вопрос.

Повернулся на бок, лицом ко мне, и принялся гипнотизировать взглядом.

– Его зовут Ярослав, - нехотя ответила я.

Вопросы, как и пристальное внимание того, кто лежал рядом, заставляли меня нервничать. Не говоря уже о том, что находиться в постели с одним мужчиной (который не был мне ни другом, ни возлюбленным), и обсуждать при этом другого (что в своё время являлся и тем и другим), казалось мне странным.

– И, судя по тому, как часто этот человек мелькал в твоих воспоминаниях, вы были весьма близки, – продолжая поднятую тему, заметил изгнанник с Запада.

– Да, были. Но я не понимаю, почему это тебя вдруг так заинтересовало?

– Ну, может, я ревную.

– Ты? – услышав столь абсурдное заявление, я невольно рассмеялась. – Эрелл, для того чтобы ревновать, нужно любить. Ну или хотя бы испытывать к женщине чувство глубокой привязанности. Вот только я сильно сомневаюсь, что хотя бы одно из вышеназванных мной ощущений тебе знакомо.

Тот на миг задумался над моими словами, пристально глядя в глаза, а потом медленно кивнул:

– Ты права. Я никогда не любил, и имею весьма смутные представления об этом чувстве. Да чего уж там, я всегда считал проявление эмоций слабостью. Но с недавних пор все изменилось. Я, в последние месяцы, чувствую себя так, словно все прожитые мной годы были сном, в то время как сейчас я, наконец, «проснулся». И знаешь, оглядываясь назад, могу сказать, что раньше моя жизнь была значительно проще и понятнее нынешней.

– Ты жалеешь о том, что «проснулся»? – спросила, отводя взгляд в сторону, потому что наш с «тенью» разговор стал каким-то уж совсем неловким.

– Жалею ли я… - протянул мужчина и задумался.
– Пожалуй… что нет. Раньше, как я уже говорил, моя жизнь была проще, понятней, но в то же время и гораздо скучней. А вот теперь… теперь я не могу пожаловаться на данное чувство. И мы оба знаем, кому я обязан тем, что моя жизнь стала столь богата на события. Кто виноват в тех изменениях, что происходят со мной.