Чтение онлайн

Другой характерный эпизод — это называние польского языка ядовитым змеиным языком. Буквально — именно это мы слышим с экрана! Царевну Ксению упрекают в том, что она научилась польскому языку, а ведь это змеиный язык, поскольку поляки шипят — «ш, дж, ч» … Естественно, на экране немедленно появляется ползущая чёрная змея, шипящая у ног славных русских. Русский поп в этот момент держит в руках православную церковную книгу, а по ней ползёт очаровательная божья коровка. Этот китч — польская змея и русская божья коровка — наихудший полонофобский стереотип «Года 1612». Чтобы эпизод был ещё сильнее, создатели фильма связывают его с переходом царевны Ксении в католичество.

В фильме много жестоких сцен. Отрубленные головы и руки поляков, их окровавленные трупы прямо-таки заполняют экран. Убитых русских в батальных сценах нет.

Русский национализм.

Сравнение поляков со змеёй — это явный националистический, великорусский шовинизм, который всегда видел в поляках врага. Этот образ поляка должен утвердиться в глазах миллионов русских в XXI веке. Поляк — это враг, убийца, насильник русских женщин, поджигатель, агрессор и — что хуже всего — католик.

На создание фильма «Год 1612» были истрачены огромные деньги — около двадцати миллионов долларов, сумма, невероятная для России. В качестве фильма-эпопеи он адресован многомиллионной аудитории не только в самой России, но также в Белоруссии, на Украине, а также в других бывших советских республиках. Хуже того, этот блокбастер преподносится зрителям в странах ЕС. Создателем фильма является знаменитый русский шовинист и враг Запада режиссёр Никита Михалков, к сожалению, выдающийся художник. Фильм полностью создан государством — Российской Федерацией. С какой целью — нетрудно догадаться. Зрители, которые не знают истории, сочтут «Год 1612» достоверным, почти исторически-документальным. А ведь известно, что в странах Западной Европы никто русской истории не знает. Поляки показаны в фильме преступниками, фанатичными католиками, охваченными русофобией, и именно так они должны восприниматься. Как в течение многих веков, так и сейчас они стремятся втянуть Европу в войну с Россией. Конечно, Россия всё равно победит, потому что она не только могучая, но и честная, в отличие от Запада, символом которого является Рим. Последние сцены «Года 1612» снова разыгрываются в Ватикане, где разочарованный папа даже не хочет выслушать доклад польского ксёндза о неудаче похода на Москву.

Понятия не имею, какова роль российской агентуры в появлении этого чудовищного полонофобского фильма на польских экранах. Но такая агентура в Польше, несомненно, есть и действует. Зато я знаю, что фактом распространения «Года 1612» в Польше должны быть весьма довольны во многих неприязненных нам организациях в Москве, например, в Кремле или на Лубянке. Фильм, конечно, пройдёт по всему миру, но зачем нужно показывать его в Польше?

Кто ответит за то, что мерзкий антипольский китч будет оболванивать самих поляков и распространять среди них пропаганду? Отвечает ли за это в какой-то степени министр культуры и национального наследия? Я не могу ответить на этот вопрос. Я лишь знаю, что правами на распространение фильма в Польше обладает фирма ITI Cinema, входящая в империю Вальтеров — медиа-холдинга Grupa ITI, владеющего, в частности телеканалом TVN.

Я не сомневаюсь, что российский блокбастер «Год 1612» — нечто большее, чем просто плохой и скандальный фильм. Он напрямую угрожает польским государственным интересам, тем более, что на премьере фильма в Москве о нём с большим энтузиазмом отозвался президент и генерал КГБ Владимир Путин.

http://www.rp.pl/artykul/61991,190043_Kompleks_Rosji__.html

Piotr Skwieci'nski Kompleks Rosji

Невозможно представить такую Россию, на существование которой многие поляки великодушно дали бы согласие.

Для начала скажу ясно: Польша имеет реальные причины не исключать в будущем возвращения российской угрозы. Поэтому в её интересах усиление независимости постсоветских государств. Втягивание их в западные структуры. Уменьшение зависимости от российских энергоносителей.

Это приводит к реальному конфликту интересов между Варшавой и Москвой. Ситуация неприятная, но нормальная. Однако нельзя назвать нормальным связанное с этой ситуацией состояние польских умов и эмоции, кипящие в комментариях в СМИ и в публицистике. Состояние, которое можно определить как нездоровое. И это будет самое мягкое из всех возможных определений.

Двойная мораль

Одним из основных элементов польского представления о России является лицемерие.

Я повторяю — в наших интересах усиление независимости государств, которые отделились от России. Этот общий принцип относится также и к осетинскому конфликту. И хотя можно задать вопрос, соответствует ли наше участие в событиях в столь отдалённом регионе нашим средствам и возможностям, вместе с тем, очевидно, что в этом конфликте польские национальные интересы — на стороне Грузии.

Вот только большинство из нас не ограничивается этой реалистической констатацией. Поражает степень невежества, с каким в дискуссиях об этом конфликте мы умалчиваем об основном связанном с ним факте. А именно — что Грузия пыталась силой вернуть под свою власть маленькую страну, подавляющее большинство жителей которой этого не желает.

Внешняя политика — это сфера национального эгоизма. Никто — а в особенности страна маленькая и слабая, каковой является Польша — не обязан руководствоваться в этой области чем-либо иным. Без особого внутреннего сопротивления я признаю факт, что мы поддерживаем агрессию. Это нормально.

Но совсем другое дело — лицемерие. Мы совершенно закрываем глаза на тот факт, что — говоря модным языком — возможен такой дискурс, в котором Россия благородно выступила в защиту маленького народа, когда его попытался аннексировать большой брат.

Конечно, Путин с Медведевым руководствовались не сочувствием к осетинам, а своим пониманием интересов России. Это правда. Однако позвольте напомнить, что когда несколько лет назад Ирак занял Кувейт, и западный мир под предводительством Америки решил освободить захваченную страну, противники интервенции представляли весьма похожие аргументы. И именно — подчёркивали, что действия США вовсе не вызваны благородным протестом против оккупации Кувейта, что американцам важна только нефть. Тогдашние сторонники интервенции (к которым относился и я, и большинство нынешних публицистов, настроенных сурово антироссийски) отвечали на это, что если к благородному поступку кого-то склоняет и собственная выгода, то само по себе это поступка не компрометирует, и это вовсе не повод, чтобы от такого поступка отказаться.

Прошло почти двадцать лет, сегодня ситуация весьма похожая, но на страницах польской прессы не видно подобных раздумий. Почему?

Увы, этот вопрос будет риторическим для всякого, кто даёт себе труд следить за дискуссиями на российские темы в польских СМИ. Дискуссий, участники которых способны, например, прийти к согласию относительно того, у Путина и его сотрудников прямо-таки мания на пункте якобы грозящего России распада, каковой угрозы в реальности не существует, а власти используют эту страшилку для националистической мобилизации общества. А через пару минут те же участники способны хором констатировать, что… раздел России (воспринимаемый на этот раз как реальная возможность) должен произойти.