Перламутровая чешуйка
Шрифт:
Паренёк отправляется полетать в сторону городской крепостной стены в паре десятков сантиметров от которой он и приземляется, предварительно пропахав землю на добрые четыре метра. И пока он кувыркается в воздухе, имитируя полёт «гордой птицы ежа», Хштра даёт остыть своим кулакам, в труху разбивая построенную им мгновение назад преграду, а затем с довольной улыбкой заканчивает:
— …рять охрану кого-бы то ни было.
— Я убью эту зелёную тварь!!! — а это уже копейщик, весь в синяках, ссадинах, и с наливающимся фингалом под левым глазом, весь грязный слегка пошатываясь встаёт, опираясь на до сих пор сжимаемое им копьё, растерявшее всё своё свечение из-за потери концентрации.
— Оле, — на плечо авантюристу, уже собравшемуся рвануть к радостно распахнувшему лапы в приветственных объятьях орку, легла рука, во первых остановившая самоубийственный порыв, к великому огорчению Хштра, а во вторых немного приведшая вышеупомянутого Оле в чувства, — Это не тот противник, которого ты сможешь победить.
— Но Дор! — похоже что именно так звали второго парня, с удивительной скоростью понявшего, к чему идёт дело и успевшего переместиться к месту падения его друга, — Ты же слышал что он сказал!! Как ты можешь так спокойно на это реагировать!
— Я, в отличие от тебя, сразу понял, что он специально тебя выводит, поэтому весь ваш разговор воспринимал сквозь призму этого факта, — спокойно пояснил молодой поджарый авантюрист в серой одежде для боевых искусств, вооружённый шестом и почему то ощущающийся как средних высот аколит(2), — К тому же мы даже втроём ему не противники, — сказал Дор указывая на орка, резко погрустневшего от осознания того, что больше подраться не получиться.
Он бы ещё что-то добавил, но их прервал визг. На этот раз радостный. Обернувшись, все, и Хштра с Рином, и компания авантюристов, увидели, как Каролина радостно висит на шее молодого мужчины с короткими волосами цвета перепрелой листвы, живыми серыми глазами и орлиным носом. Словом, если бы Хштра видел настоящий облик Гедеона Дивитиа, он бы, ни секунды не сомневаясь, опознал в вылезшем из первой повозки человеке его сына.
— Жан, как давно мы не виделись! — продолжала тем временем щебетать Каролина, а Хштра вновь захотелось очень сильно кому-нибудь врезать и чтоб без подстраховки.
Своенравная девчонка только что своими руками в клочья разорвала ту мизерную возможность уйти из Орена по-тихому, которую так лелеял орк. И ладно бы случайно, но чтобы так по-глупому!
— Я тоже рад тебя видеть, Лина, — улыбнулся девушке мужчина, — Всё время был занят, никак не мог найти времени навестить тебя и поболтать по душам. Но что ты здесь делаешь? В городе поговаривают, тебя похитили.
— Брешут, — беззаботно отмахнулась та взмахнув водопадом волос, — Я отправилась в новую столицу в сопровождении вон того орка, — ткнула она пальцем в Хштра.
Тот в очередной раз пообещал себе свернуть наглой пигалице голову, как только представится такая возможность.
— Это того, который только что одним ударом отправил в полёт авантюриста претендующего на серебряный ранг(B)? — вздёрнул бровь Жан.
Где-то ощутимо скрипнул зубами Оле.
— А отец тебя отпустил?
— Конечно, — не моргнув глазом соврала Каролина, — Как же иначе?
— Ммм… — многозначительно протянул торговец, кивая головой и в то же время очень внимательно, даже оценивающе, осматривая орка, — Ну коли разрешил, то милости просим. Садитесь на телеги, путь предстоит долгий.
***
Капитан Гинок любил этот город. Он уважал свою работу, своих сослуживцев и в частности тех персон, которых должен был охранять. Сейчас он всё это ненавидел. Двухэтажные дома душили его, закрывали горизонт, мешая увидеть ту ниточку, что привела бы его к цели. Подконтрольные ему солдаты стражи барона двигались словно сонные мухи, медленно, издевательски неспешно будто бы желая никогда не найти пропажу, да и сама пропажа…
А ведь как хорошо начинался день! На дворе календарно ещё царил месяц Цветения, но солнце уже по-летнему прогревало сияющие под его лучами до зеркального блеска начищенные латы. Певчие птицы, на умеренно холодную зиму улетавшие поближе к дельте Тройра, уже вернулись в тот чудесный садик, в котором Гинок, будучи ещё безусым юнцом лет этак тридцати (капитан всегда чувствовал себя моложе своего возраста) игрался с тем розовощёким чудом, которым была в детские годы Каролина Керех, дочка владетеля Орена. Тот всегда смотрел на проказы дочурки сквозь пальцы, и та, под негласное одобрение отца, выросла сущей чертовкой, теперь умудряющейся изо дня в день трепать нервы Гиноку и его ребятам.
Вот и сейчас охранники поместья спокойно стояли себе на посту, когда мимо них, прямо сквозь главные ворота чинно проплыло это длинноволосое наказание. Так бы они её и упустили, если бы новенький, не успевший растерять остатки разума на весенней жаре, не заметил, что платье на высокопоставленной особе выглядит ну очень похожим на бедняцкое, да и весь наряд в целом напоминает скорее походный вариант, нежели прогулочный.
Информация тут же по цепочке была передана капитану, но едва пигалица поняла, что её раскрыли, как припустила вперёд с такой прытью, что даже десяток натренированных взрослых стражников едва мог за ней угнаться. Ну, хоть медленно, но догоняли. Да вот только дальше всё пошло наперекосяк в классических традициях фразы «хуже уж точно быть не может».
Сначала тот самый новичок, заметивший этот импровизированный побег, запнулся за выступающий у дороги камушек и на полном ходу рухнул на мостовую вызвав тем самым кучу-малу из своих же соратников, а затем, будто и этого было мало, какой то залётный орк, видимо опасаясь того грохота что вызвало собой падение стольких стражников в полном латном обмундировании, сгрёб в охапку будущую жену будущего Озёрного князя, и с удивительной резвостью рванул вниз по главной улице квартала торговцев на таких скоростях, что угнаться уже за ним не представляло совершенно никакой возможности.
И вот, теперь они вынуждены обшаривать весь город в надежде найти хоть какие-то подсказки для разрешения тех проблем, которые навалились на них с пропажей Каролины Керех. Капитан Гинок вздохнул с интонацией смертника смирившегося со своей участью и шаркающей походкой поплёлся домой. Барон не оставит это дело без внимания. И вероятнее всего именно его смену с ним же во главе пошлют на поиски пропавшей девочки. Гинок знал, что та уже покинула город. Знал, но иррационально надеялся, что она всё ещё здесь, в Орене.
Теперь придётся как-то объяснять жене, почему вместо того, чтобы купить новый просторный дом для их растущей семьи, чтобы его сын или дочь не нуждались хотя бы в свободном пространстве, он потратит припрятанную за печкой заначку на что-то другое. Им нужна информация, и Гиноку известно, где её добыть. Знания тоже товар, вот только торговцы никогда не работают бесплатно.
Глава 17
Сирин нерешительно постучался в дверь из морёного дуба, талантливо украшенную магическими зверьми и причудливыми орнаментами.