Чтение онлайн

Шестнадцатилетняя школьница бегло надела чёрные слим-джинсы, свободную серобуромалиновую футболку и светоотражающую перламутровую куртку и юрко прыгнула за порог, заперев входную дверь на ключ.

***

Погода на дворе стояла довольно тёплая – пятнадцать градусов по известной шкале Цельсия. Лёгкое дуновение, обволакивающее всё вокруг невесомой вуалью, непоседливо подбрасывало в воздух шелковистые прядки распущенных волос Минори и придавало отягощённому уличному эфиру нотки душистой свежести. А дремотная тишина, что стояла в лабиринтных стенах тенистого переулка, позволяла ярким звукам живой природы различимо прилегать к чутким ушам молчаливых людей, изредка проходивших по тротуару.

В скором времени Яманака выползла на центральную улицу, озарённую мерцающими огнями дорожных фонарей и переполненную разноликой толпой суетливых прохожих, нескончаемой вереницей автомобилей, останавливающихся по алому сигналу светофора, а также забитых магазинчиков и закусочных. Старшекласснице безумно нравилось бродить по щербатым тропам вечернего кансайского мегаполиса. В это омрачённое время суток всё вокруг казалось совершенно иным: переливающиеся блики полчища воспламенившихся огоньков, озаряющих город с наступлением темноты, своим электрическим свечением придавали улицам чародейского волшебства и непостижимой таинственности, а силуэтные тени, отбрасываемые исполинскими телесами архитектуры, бравурно танцевали на шершавой поверхности асфальта и стенах многоэтажных сооружений. В затухающем вечернем и загарающемся ночном городке можно было разглядеть всё то, что невидимо для людских глаз в светлое время суток. И, если хорошо присмотреться, можно с эфемерной лёгкостью уловить признаки чего-то магического и фееричного, а дав волю иллюзорному воображению – ощущтить себя главным героем поэтичной сказки или дивного фильма-фэнтези.

Бегло окидывая изучающим, полным простодушного любопытства взглядом каждое примечательное здание, хоть немного, но отличающееся от предыдущего, первокурсница наконец добралась до отлично знакомого ей супермаркета.

Минори не стала напрасно разгуливать по каждому отделу продовольственного зала: она пришла в это местечко целенаправленно – за небольшой, но так безмерно любимой коробочкой вкуснейшего шоколадно-бананового печеньица. Проходя выученным наизусть путём по лабиринту высоких магазинных полок, переполненных обилием разнообразных продуктов, русоволосая девушка двинулась к «сахарному» отделу, в котором смиренно дожидались своего часа дивные кондитерские изделия. Однако, удовлетворённо подступив к заветному «сладкому» стеллажу, она попросту не смогла не обратить внимания на застопорённо стоящего напротив него рослого черноволосого парня, который, по всей видимости, необычайно старательно что-то выискивал или, может, всё никак не мог определиться с выбором заманчивого лакомого угощения. Уж слишком заметной была эта мужская фигура, оделая в свободные тёмно-синие джинсы, заправленную в них белоснежную водолазку с высоким воротом и длинный бежевый тренч.

Несколько неуверенно шагнув ближе и встав рядом с незнакомцем, который, как показалось, мельком взглянул на шатенку, после чего, не слишком зацикливаясь на её образе, вернулся к своему прежнему занятию, вероятно, важному и не требующему никаких промедлений и отлагательств, юная особа сумела рассмотреть его получше. У юноши были чуть удлинённые, аккуратно уложенные обсидиановые волосы, с раздвинутой чёлкой, оголяющей однородный мужской лоб, а его светло-зелёные прищуренные глаза чем-то напомнили девчушке плотоядный змеиный взгляд. Также возле правого глаза брюнета отчётливо виднелась небольшая коричневая родинка, почему-то так сильно привлёкшая внимание немой первокурсницы, нашедшей в этой телесной изюминке нечто обворожительное, исключительное и придающее довольно симпатичному парнишке уникальную индивидуальность. На мгновение Минори показалось, что она уже где-то видела этого обаятельного молодого человека, однако первогодка не стала долго раздумывать об этом, понимая: если она всё же и видела его, то уж точно не вспомнит, где и при каких обстоятельствах. Да и зачем ей вообще об этом вспоминать?

И вот, теперь напротив магазинных полочек молчком стояли двое, прикованные к керамической напольнй плитке и пристально изучающие богатство сладкого ассортимента: черноволосый паренёк и русоволосая девчушка. Школьница всё никак не могла найти то, зачем она явилась в неближний супермаркет в отнюдь не ранний вечерний час, и поэтому с рачительным усердием продолжала суматошно скитаться глазами по стеллажу. И вот, наконец, её неотрывный взгляд наткнулся на единственный экземпляр нежнейшего печенья, укрывшийся за громоздкой пачкой бисквитных ломтиков с начинкой из кофейного мусса. Яманака потянулась рукой к заветной упаковке и уже практически стала исключительной её обладательницей. Однако стоило её миниатюрной ладони лишь невесомо прикоснуться к плотной картонной коробке, обёрнутой в шуршащую заводскую мантию, как совместно с ней это контрольное касание произвела ещё одна рука – по размеру больше, чем компактная ручонка Минори.

Вцепившись в правый бок упакови мёртвой хваткой, старшеклассница машинально повернула голову налево, где напрямую столкнулась с пронзительными мятными глазами незнакомца, который крепко держал эту же самую коробку с другой стороны. Они простояли около семи секунд. Молча. Неподвижно. Просто смотря друг другу в глаза. Не отпуская то, что они оба так долго искали среди изобилия сахарных вкусностей. Однако вскоре русоволосая дама, стремительно свалившаяся с эфирных небес, полных сторонних мечтаний, на каменистую землю неласковой реальности, смутилась и инстинктивно, но при этом нежеланно убрала руку от своего обажаемого рассыпчатого лакомства, обрывисто выпалив:

– Прошу прощения!

Минори в спешке поклонилась, ухватилась за первую попавшуюся упаковку с теми самыми шестью бисквитными ломтиками с привкусом капучино, ранее преградившими ей путь, и, не оглядываясь, бросилась к кассовой зоне.

Статный парнишка озадаченно посмотрел сбежавшей Яманаке вслед, не успев произнести ни единого слова. Он перевёл взгляд узких глаз хризолитового оттенка на коробку с печеньем, всё ещё победно сжимаемую его рукой, а затем снова обратил внимание на ускользнувшую первокурсницу, неуклюже заворачивающую к освободившейся кассе.

***

Пойманная в капкан стыдливости, Минори выползла из супермаркета и медленно двинулась в сторону домашней обители, сгоняя прочь пунцовую краску, заполонившую её сливочное лицо. Однако шестнадцатилетней первогодке, всё прокручивающей на дне пульсирующей головы закадровую киноплёнку своего неудачного вечернего «дебюта», так и не удалось далеко уйти. Кто-то неизвестный невесомо, но в то же время ощутимым движением напряжённых пальцев руки дотронулся до уязвимого плечика школьницы, единичным прикосновением заставив её замереть, нервно вздрогнуть от исступлённого испуга и молниеносно развернуться на сто восемьдесят градусов.

Перед остолбеневшей первокурсницей предстал тот же темноволосый парень, что стоял по соседству в магазине несколькими минутами ранее, яростно сражаясь за мрачно-коричневую упаковку шоколадного печенья. Невесть зачем догнавший её, обаятельный юноша повторил всё снова. Его проницательные фисташковые глаза вновь столкнулись со взором растерянных колоритов русоволосой Минори то ли внимательно изучая, то ли настырно разыскивая что-то в их бездонной глубине. Это нестандартное вторичное поведение со стороны бледного незнакомца заставило окаменевшую от удивления Яманаку почувствовать себя несколько странно. Однако это был не страх. Не напряжение. Не предвкушение нарастающей опасности. Да, что уж там: это даже внезапно пробудившимся чувством неловкости не назовёшь. Скорее, всё было откровенно иначе. Пожалуй, даже слишком иначе. Обезоруженную ученицу Кицунэри, крайне настороженно относящуюся к новым встречам, вдруг охватило ощущение некого внуреннего умиротворения, которое можно познать только тогда, когда рядом с тобой находится на самом деле близкий и преданный тебе человек, с которым вы знакомы уже много лет и доверяете друг другу на тысячу процентов из ста.

– Вот, возьми, – наконец проговорил «оттаявший» брюнет приятным, как показалось Яманаке, гипнотическим голосом и двумя руками протянул девчушке, определённо, чуть не потерявшей челюсть от столь внезапного заявления, купленное им печенье.

– Что Вы? Не стоит.

Рослый парень с гладкими обсидиановыми волосами, немного растрепавшимися из-за скоростного бега, невесомо улыбнулся, после чего продолжил:

– Не нужно этой глупой официальности, пожалуйста. Предполагаю, я не сильно старше тебя, поэтому… – видимо, узкоглазый брюнет бесповоротно сбился с истинной мысли и забыл, что же такого он собирался сказать в продолжение. – В общем, давай на «ты», хорошо?

Распробовав заключительную фразу на слух, Минори ощутила отрадное облегчение, невольно выдохнула и молча кивнула неведомому собеседнику в знак согласия.

– Ну, так что? Может быть, ты всё же примешь его? – продолжил настаивать на своём молодой человек, вероятно, под сто девяносто сантиметров ростом.

– Нет-нет, не нужно. Спасибо, – школьница неловко улыбнулась, однако на её порозовевшем личике было ярко выражено обидное огорчение: конечно, она же отказывается лишь потому, что те этикетная вежливость и простодушная стеснительность не позволяют своей скромной послушнице выгодно согласиться и охотно принять предложение всё ещё не знакомого ей юноши. Брюнет, в свою очередь, детально прочитал сдержанное поведение причудливой девушки, как открытую книгу, пролистанную его тонкими пальцами уже множество раз, и, едва заметно улыбнувшись уголками губ, бесстрастно добавил: