Чтение онлайн

– Простите, что заставила ждать, - немного театрально извинилась Целительница.
– Занималась спасением жизней, в отличие от вас.

– Ох, я умоляю, не смеши народ, - проговорил Бродяга.
– Всем нам известно, что ты любишь чувствовать себя нужной, любишь ощущать жажду толпы, которая тянется к тебе, как к живительному источнику. Поэтому и вечно опаздываешь - отличный способ привлечь к себе наше внимание.

– Однако я здесь, и мы можем начинать, - пропустила издевку мимо гниющих ушей Целительница.

– Вынуждена огорчить, но еще один член Мурии не прибыл ко двору, - отметила Хранительница.

– ЧТО?!
– разъяренно воскликнула Богиня Созидания.

– А вот и она. Легка на помине, - произнес Безликий, пристально вглядываясь рукой в небо.

Белоснежный дракон с золотыми рогами приземлился у алебастрового камня. В его охристых глазах читались безумие и злоба - Мать с нескрывемой болью переживала утрату своих дорогих детей из Культа, что так бездумно проиграли в битве с Танцором и его приспешниками.

– Это недопустимо! Как смеешь ты задерживать Мурию, когда вокруг творится такое?!
– ругалась Целительница.
– Мало того, что твои служители почти половину Агартхи окрестили горящими знаменами, так еще и их Госпожа беспредельничает!

Мать не ответила - лишь выдохнула в сторону клявшей ее Богини жаркий огненный сноп, который едва опалил второй растрепанные и некогда густые светлые волосы.

– Мило, - недовольно буркнула Целительница.

– Некогда нам в ваши игрушки играть, пора что-то решать, - заговорил Воитель.
– Все мы прекрасно знаем, зачем сегодня собрались на К'Сетре: у нашего пантеона убытки.

– Воистину, - согласилась Мать.

– Тогда, быть может, нам следует, наконец, снять маски и поговорить друг с другом на чистоту? - предложил Бог Войны.
– Воины, возвращайтесь в свои казармы.

Армия Воителя без промедления послушалась приказа своего грозного генерала и в миг исчезла в небытие. За сим, сам Властитель Раздоров сошел с колесницы, одновременно снимая с себя шлем - его тело окутал плотный лиловый дым, из которого вскоре показалась рослая крепкая женщина с густой рыжей косой.

– Ну?
– нетерпеливо произнесла она, оглядывая остальных Богов.

В начале обратилась Хранительница - в низкорослую одноглазую девушку с мальчишескими чертами лица; за ней Целительница - в хорошо сохранившуюся (но видно, что прожившую достаточно зим) даму среднего возраста в тонких очках и строгом костюме; а после Стражница - в седовласую деву с мученеческим взглядом. Их примеру последовали и Безликий с Матерью: первый принял облик рыхленького паренька с пугливыми повадками, а вторая - высокого, худощавого мужчины с густой черной бородой, за спиной которого парил арсенал всевозможного (начиная от копья, и заканчивая метательными дротиками) огненного оружия. Единственный, кто не пожелал изменяться, был Бродяга.

– Какого хрена?!
– негодовал тот, кто некогда был Матерью.
– Не видишь, что тут все вернулись в свои шкуры, а ты стоишь здесь такой, излучаешь свое божественное величие. Ну-ка, быстро показался.

– Не хочу, - отказался Бродяга.
– Меня вполне устраивает моя нынешняя внешность.

– Она всех устраивает. В том, как раз, и смысл, чтобы от нее отказаться на время беседы, - сказала одноглазая.

– Ой, женщина, отстань, а? Будь так любезна, не лезть в мои дела. Как будто у нас других проблем сейчас нет, - отмахнулся Бродяга.

– Тогда я начну, можно?
– проговорил юноша, что некогда был Богом Смерти.
– ААА!!! ЧТО ЭТО ТАКОЕ?! ГДЕ ТАНЦОР?! ЧТО НАМ ДЕЛАТЬ?! МЫ ВСЕ УМРЕМ!!!! ААААА!!!

– Тихо, малявка, оставь панику, - рявкнула рыжеволосая. - Еще хоть писк в таком духе, и кто-то здесь точно пострадает.

– Ууу, - тихо постанывая, всплакнул парень.

– Давайте начнем с главного: как такое вообще могло произойти?
– говорил Бродяга.
– Всем нам прекрасно известны правила Сауй'ава - преемственность поколений Богов может происходить только в опредленном месте и только спустя определенное время. Этот Танцор, будь он неладен, сколько продержался? Двадцать лет? Он вообще, согласно правилам, не должен был попасть под раздачу. К тому же, не стоит забывать, где должен был бы пройти бой и при каких условиях. И даже если допустить, что отныне вся концепция передачи всесильной сущности Бога в новое тело работает вопреки основным условиям, из-за которых мы с вами стали теми, кого вся Самагра почитает и боится, то назревает логичный вопрос - где новый Танцор. Поправьте меня, если я ошибаюсь, но одолевший Бога сам становится оным. Мы все с вами, особенно Воитель с Матерью (или мне лучше называть тебя Отцом?), тому бесспорное подтверждение. Значит, Сваран - эта пвсевдо геройская зараза - по всем канонам должен был занять место Танцора. Однако снова незадача: наш обиженный мститель исчез, не обретя новых сил, и ни я, ни мои слуги до сих пор не могут его отыскать. Подытожим, у нас есть один мертвый Бог и ни одного адекватного объяснения, как такое могло произойти. Я ничего не упустил?
– закончил Бродяга.

– Вообще-то, - неуверенно обратил на себя внимание толстенький паренек, - это не совсем верно: место Танцора все еще горит.

И действительно, большой янтарный камень, что распологался между лиловым булыжником Воителя и чернейшей глыбой оникса Бродяги, ярко светился на К'Сетре вопреки всем нападкам, что летели в адрес его законного обладателя.

– Ну, это уже наглость, - яростно заключила женщина средних лет.
– Хочешь сказать, мой маленький карапуз, что в твоем мире душа Танцора не появлялась? Ты хорошо проверил, м-м-м?

– Д-да, да, не появлялся он, - заикаясь, ответил юноша.
– Как и еще одна душа: нигде не могу отыскать Калия Байнал.

– Он вообще в твое Царство никогда и не должен был попадать, - сурово молвила рыжеволосая.

– Это, конечно, спорный вопрос, но и в вашем войске я его тоже не видел. Получается, у нас две пропажи.

– Да пес с ним, с Калием!
– воскликнул темнобородый.
– Меня интересует не его судьба, а наша. В частности, моя. Мало того, что из-за Танцора половина моего Культа в Агартхе уверена в том, что я, видите ли, ошибся в своих суждениях по поводу этих никчемных шакалов-иллюзионистов, так теперь же благодаря его безвременной кончине, вся Самагра может узнать нашу тайну. А что будет после, мне и вообразить страшно.

– Остынь, невротик. Никто ничего про Сауй'ава не знает. Иначе мы бы здесь уже не стояли, - успокоила его одноглазая.

– Эмм... И снова ошибочка, - тихо произнес паренек и подбежал к человеческой форме Стражницы, прячась за ее хрупкими плечами.

– Тааак, - протянула рыжеволосая.
– Что ты опять натворил, малявка?

– Это не я, честное слово, не я!
– заголосил Безликий.
– Просто мне вот только что вспомнилось, что несколько годков так назад, ко мне обращался смертный, который поминал в разговоре Сауй'ава. Я поначалу испугался, что он осознает ее суть и может доставить нам кучу неприятностей, но после непродолжительной абстрактной беседы, я понял, что он даже не догадывается о нашем секрете.

– Значит, ему кто-то рассказал и подослал к тебе, чтобы продеменстрировать свое преимущество над нами, - быстро заключил Бродяга.
– А это в сто крат хуже.

– КТО ЭТО БЫЛ?! Я ТЕБЯ СПРАШИВАЮ, КТО БЫЛ ТОТ ГАД, ЧТО ПРИШЕЛ К ТЕБЕ?!
– заревел бородатый.

Мужчина хотел было подбежать к напуганному юноше и, если то потребовалось бы, насильно выстрясти из него необходимую информацию, однако Стражница встала у него на пути. Девушка изящно подняла руку, будто бы отдавая молчаливый приказ остановиться и не трогать бедного мальчика.