Чтение онлайн

– Меня зовут Протея, - присев в реверансе, назвалась девушка.
– И если ты обидишь моего дорогого Сил, я тебя скормлю своим малышам!

– А?

– Это она о цветочках, - обреченно пояснил рыжеволосый.

Отлично: еще один кандидат на ежедневные полоскания в помоях. Костя, конечно же, и не планировал хоть как-то задирать Сил (хотя бы по причине того, что тот обладал чудовищно возмутительной способностью отбирать чужой дар), однако подобных угроз со стороны глупой бабы он не мог стерпеть. Придется научить ее манерам.

– Мое имя Х'асир, и я преданный слуга Матери! Не слушай этих гадких безбожников: как только я освобожусь из этой гребанной ловушки, я приведу тебя к любящему огню единственной истинной Богини Самагры.

Рыжий говорил очень эмоционально и громко; да и сам он был излишне возбужденным серебристым комком нервов. В его манере вести себя чувствовалась истерия заживо подожженного человека, который вместо того, чтобы прыгнуть в речку и спастись, носился по полю и поджигал сено.

– Хофу, - коротко отозвался многорукий. Это был мужчина среднего возраста с длинными седыми волосами, собранными в конский хвост. Отличительной особенностью его внешности, за исключением дополнительных конечностей и суровой мины, была кровавая татуировка на шее с изображенной крошечной механической птичкой.
– Идем, Пришелец. Нам пора отправляться в Агартху. Женщина, отпусти Х'асира - у нас с ним задание.

Протея многозначительно пожала плечами - и травяные существа отступили.

– Что значит "Нам пора в Агартху"? И почему он с нами?
– недовольно спросил рыжий.

– Потому что Кадд'ар так велел, - сказал Хофу, втягивая вторую пару рук в себя.
– Хочешь с ним поспорить?

– Нет-нет, что, я самоубийца, по-твоему?
– на мгновение притих Х'асир.
– Эй! Новичок, айда за нами!

Косте ничего не оставалось делать, как покорно следовать за этой парочкой. Его путешествие по миру Самагры началось.

"Бродяга - покровитель воров, Танцор - иллюзионистов, Воитель - воинов, Безликий - покойников, Хранительница - охотников, Целительница - знахарей, Мать - пиромантов, Стражница - путешественников. А кто покровительствует идиотам?"

Неизвестный мудрец.

Костя подозревал что-то неладное. Они явно что-то утаивали. Или затевали. Не бывает в жизни таких совпадений. К примеру, когда он выходил из Гилады вместе с Хофу и Х'асиром, их догнал Сил и вручил ему какую-то бронзовую шкатулку со словами "Отдашь Настоятелю Фурахе в Культе Целительницы". На заявление Кости, что он вообще не намеревался заглядывать к тем господам, Сил ответил "Как знать" и исчез. Что за жуткая манера заканчивать диалог. Получается, они уверены, что у него и Безликого не сложится большой и чистой любви? Так они относятся к своему должгожданному Избранному - Спасителю Вселенной?

– Ты меня вообще слушаешь?!
– возмутился Х'асир, больно стукнув Костю по лбу.

Ах, да. Этот бешенный рассказывал ему что-то про Мать и ее всепоглощающее пламя.

– Нет.

– Ублюдок, я тебя изрешечу!
– вскипел Х'асир, вынимая из кобуры мушкетоны. Благо это вовремя заметил Хофу и скрутил тому руки.
– Отстань, этот неверный насмехается над Матерью!

– Каждый имеет право на свое мнение, - произнес Хофу.
– Парень, постарайся больше не задирать его. Я не всегда буду рядом.

– Меня вообще-то зовут Боунз.

– Глядите-ка, у этой паскуды даже имя есть: будет, что выгравировать на надгробии.

– Успокойся. Если Кадд'ар сказал, что он нам нужен, значит, тебе придется терпеть его. Сам прекрасно знаешь, Кадд'ар никогда не ошибается.

Костя уже это слышал: Сил говорил тоже самое.

– А у него что - способность такая?
– полюбопытствовал Костя.
– Никогда не ошибаться?

– Нет, лидер говорит, что у него вообще нет способностей, - ответил Хофу, отпуская успокоившегося Х'асира.

И тут Костю слово обухом огрели. То есть, как это "нет способностей"? Глава самых могущественных людей в этом мире всего лишь человек, не обладающий никакими особенными дарованиями? И они - эти многорукие невидимые создания - его слушаются? Что же это тогда за личность, заставляющая подчиняться и бояться всю Гиладу?

Оставшийся путь до Агартхи они прошли, погруженные в пучину молчания. У Кости появилась прекрасная возможность ознакомиться с характерными экологическими чертами Самагры. Вывод номер один: в атмосфере отмечалось явное присутствие кислорода с углекислым газом. Доказательство: Костя мог спокойно дышать без респиратора или какой другой магической штуки. Вывод номер два: климат умеренный, приятный. Не слишком жарко и не слишком холодно - идеальная температура (по крайней мере, в сегодняшний день). Вывод номер три: местная флора похожа на Земную и представлена всевозможными разновидностями буковых и кленовых растений. Костя не особо блистал знаниями на школьных уроках биологии, и потому больше сказать об этих деревяшках не мог. Просто отметил, что они есть, они похожи - и все. Вывод номер четыре: нынче осень (если судить по Земным стандартам). Обилие янтарных и цитриновых листьев над головой и под ногами, алых кустарников со спелыми ягодами со всех сторон - все это подтверждало догадку Кости о наступлении осени в сем сказочном королевстве. Вывод номер пять: он устал идти. Раньше Косте не приходилось таскаться куда-то дальше продуктового магазина напротив дома и университета, в котором он появлялась раз в полгода, чтобы закрыть сессию. А тут - целых полчаса пешком по непротоптанной дороге на свежем воздухе. Удивительно, как Костя еще был в состоянии передвигаться. И вывод номер шесть, последний: не он один такой усталый. Х'асир, тяжело дыша и шатаясь, точно пьяный, с трудом следовал за Хофу.

– Извините, сэр, господин...уважаемый!
– обратился Костя к Хофу.
– Мне кажется, одному из нашей отважной группы искателей приключений не совсем хорошо.

– Это ты о себе, пыхтящий от натуга мелкий дохляк?
– спросил Х'асир, надменно задрав подбородок.
– Потому что я полон сил и замечательно себя чувствую! Еще хоть вечность готов так гулять.

– Ты прав, парень, - согласился Хофу.
– Рожденные в ночь теряют работоспособность в лучах Солнца и наоборот. Весьма иронично, что послушник Матери - Владычицы дневного света - не может им наслаждаться.

– Заткнись! Мой дух пылает от счастья и нетерпения! Я впитываю в себя каждый огонек, что посылает наша милосердная Матрона! Не позволю оскорблять ее имя нечестивым грешникам, вроде вас!

– Ладно тебе, не горячись. Мы уже пришли, - успокоил его Хофу.
– Парень, добро пожаловать в Агартху.

Лес прекратился: его сменил пейзаж сельской местности, плавно переходящий в серокаменный город с изумительной архитектурой домами и невиданной красоты аллеями. Даже Константин, который никогда не считал себя эстетом, невольно проникся великолепием зодчества Агартхи.

– Слушай внимательно, - обратился к нему Хофу.
– Этот город - символ мира и процветания, построенного на телах многочисленных невинных жертв. Постарайся не набедокурить и не вляпаться в неприятности: охраной порядка занимаются Культы Воителя и Бродяги, а у Настоятеля первого один ответ на все - казнить.

– Где Безликий?
– пропустив предупреждение, спросил Костя.

– Кладбище расположено на северо-западе; там же находятся Чертоги Милосердия. Мы тебя доведем.

– Почему мы обязаны возиться с этим грязным неверным?
– возмутился Х'асир.
– У нас задание в Культе Матери. Промедлить, означает заставить Госпожу усомниться в нашей преданности.

Х'асир почти всю дорогу до кладбища недовольствовал, ворчал и гневно проклинал их, грозился четвертовать, расстрелять и взорвать. Но каждый раз при виде идущего мимо человека в длинной кожаной перчатке с вшитыми тонкими проводами, по которым протекал электрический ток, сразу замолкал и притворялся обычным прохожим. Городская жандармерия или что-то вроде того, - решил Костя. И судя по мгновенным реакциям этого сумасшедшего, их и вправду стоило опасаться.

Они прошли мимо большой театральной площади с растянутым цирковым шатром, прошли сквозь городской базар, на котором выставлялись различные чудесные диковинки и самые необходимые в повседневной жизни предметы, прошли через тихий жилой квартал, перешли по мосту широкую речку, делившую Агартху пополам, прошли высокую башню, которую точно сотворили из огня, и, наконец - дошли до кладбища. Положа руку на сердце, Костя ожидал чего-то сверхужасающего и зловеще пугающего, а в действительности оказался слегка разочарованным. Перед путниками возвышался довольно, но недостаточно для Кости, мрачный готический собор, за которым располагалось нечто весьма необычное: настоящий паноптикум из гранитных статуй, лишенных лиц, застывших в самых трагичных позах. Глядя на них, смотрящий невольно чувствовал себя подавленно и беззащитно.