Чтение онлайн

— Ну что, Манюня, ходила к своей ведьме?

— Угу.

— И как оно?

— Не страшно. Она очень добрая. И я бы не назвала ее ведьмой. Скорее, знахаркой.

— А зачем ходила-то?

— С племянницей ее знакомиться.

— О. Молодая ученица ведьмы?

— Нет, она не обучается. Просто живет. Очень милая девушка. Дина. Ты знаешь ее?

— Никогда не видал.

— Она такая красивая и печальная. Как Василиса Прекрасная в плену у Кощея.

Глеб рассмеялся.

— У тебя красивый смех, — заметила я. — Приятно его слушать.

— Взаимно, — пробормотал он смущенно. — Но я, к сожалению, не умею тебя так смешить, как ты меня. Что ни слово, то анекдот.

— В общем, мы с Диной завтра пойдем на рассвете йогой заниматься. Она инструктор.

— Не одно, так другое, — усмехнулся Глеб. — Все эти восточные женщины — странные…

— Что странного в йоге?

— Она не имеет отношения к реальной жизни.

— К деревенской, может быть. В городе это давно часть жизни. Даже не экзотика.

— Ну да, где уж нам, — хмыкнул мой друг с легкой грустью.

— Зато у вас тут свои прелести.

— Какие?

— Ну, вот, лес, например. Такой красивый…

Я наклонилась и невесомо провела пальцами по листьям папоротника.

— Нравится? Можем с тобой в поход сходить на целый день. Рано утром выйдем, а вернемся к закату. Костер пожжем, сварим на нем похлебку… Я знаю хорошие места. А если тебе понравится, то можно и с ночевкой. Спальники и пенки я добуду. А то и палатку… — он задумался.

— Ого! Ночевать под открытым небом?! — восхитилась я.

— Да. Пробовала?

— Нет, никогда. Я не ходила в походы…

Он усмехнулся, но не презрительно, а наоборот — по-доброму, даже ласково.

— Надо будет и Дину с собой взять! — придумала я.

— Ты торопишься! Видела ее раз в жизни и уже подружилась…

Я пожала плечами:

— Иногда все сразу понятно. Знаешь, есть такая наука — физиогномика.

— Знаю. А ты что, ее изучала?

— Нет. Но почему-то иногда по некоторым лицам сразу понимаю, что за человек. Не может такая красивая девушка быть плохой.

— Как раз наоборот, именно красавицы и бывают чаще всего заразами. Ну, ты — исключение.

Меня бросило в жар, и чтобы не подать виду, я фыркнула:

— Скажешь тоже! Красавицу нашел…

— Я красивее тебя никого не встречал, — он сказал это, не поворачиваясь ко мне, продолжая вести меня вперед по тропинке, но уши его сделались малинового цвета.

Уф, как неловко! Я ведь такая… рыжая-рыжая-конопатая… Но почему-то, когда комплимент мне сделала Гульназ, это не смущало так сильно, а тут — аж в пот бросило. Чтобы отвлечься от этих рассуждений, я опять заговорила:

— Но она не такая. У высокомерных красавиц самомнение на лице написано, а у Дины там доброта, мягкость, печаль…

— Ясно-ясно, — пробормотал себе под нос Глеб, остановившись на небольшой полянке и задумчиво оглядываясь. Явно разговор про Дину не вызывал у него интереса.

— Ну вот, смотри, — он с неохотой отпустил мою руку и указал на кусты с характерными листиками. — Надо их приподнимать и заглядывать под низ.

Глеб вручил мне маленькую корзинку, и я послушно принялась выполнять эту инструкцию, ползая сначала на корточках, потом на коленях, а под конец уже и на четвереньках. Наш с Глебом разговор то прерывался, то опять возобновлялся:

— А ты не хочешь попробовать позаниматься с нами йогой?

— Ага! Чтобы чувствовать себя там дубиной нескладной?

— Почему это?

— Ну, йога — это же там, где надо в косичку завязываться?

— Не обязательно. Там разное есть, и уж конечно, в косичку — это не для начинающих.

— Нет-нет, спасибо, увольте. Я только если посмотреть…

— Ага, щас!

— Да не переживай. На рассвете я обычно занят.

— Чем?

— Работой по хозяйству.

— Какой? А можно посмотреть? И… помочь?

— Боюсь, тогда твои пальчики перестанут быть такими нежными…

Я опечаленно посмотрела на свой розовый гель-лак, который неосмотрительно нанесла перед каникулами. Надо было просто снять, а то где тут коррекцию делать?

Глеб тоже складывал ягодки в ту маленькую корзину, которую выдал мне, и делал это намного чаще, чем я. Когда она наполнилась, он забрал у меня ношу и снова взял за руку. Какое-то время мы шли молча, но на лице моего друга отображалась напряженная умственная работа. Наконец, примерно на середине пути он спросил сдавленным голосом:

— Маш, а ты… с парнями встречалась? Ну, в школе, там…

— Нет, — как можно беззаботнее ответила я, а сама вспыхнула с головы до ног.

— Чудеса! — выдохнул Глеб. — Ну хоть… целовалась? Хоть раз?

— А в щечку с двоюродным братом считается? На Пасху…

— Нет.

— Тогда нет.

Он закусил губу и нахмурился. Мне было обидно. И чего это я никогда не целовалась? Смешно же: восемнадцать лет человеку и — полное отсутствие опыта. Скрывать не стану, мне хотелось. Когда смотрела какие-нибудь романтические фильмы, воображала себя на месте героини… Подружки мои некоторые на свидания ходили и рассказывали, что на самом деле это не особенно приятно — целоваться. Там, слюни и все такое… Но я верила, что это зависит от того, с кем. Ну, чтоб любовь была прям настоящая.

Глеб вдруг остановился и дрожащим голосом предложил:

— А хочешь, я тебя поцелую?

— Прямо сейчас?! — изумилась я.

— Ну.

— Ой, нет, я не готова…

Он нервно рассмеялся:

— К чему ты там готовиться собралась?

— А ты считаешь, что первый в жизни поцелуй — это ерунда?

— Нет, первый, конечно, не ерунда.

— И еще… Глеб… как же мы будем целоваться, если мы друзья?

— А почему нет? Не родственники же, — кажется, у него сбивалось дыхание.

Я задумалась, а он пошел дальше, увлекая меня за собой.

Хочу ли я, чтобы он меня поцеловал? Не знаю даже… С одной стороны, интересно, конечно, как это. И Глеб — он такой симпатичный, губы у него… красивые: не тонкие, не слишком пухлые — мужественные такие губы. А с другой, разве с друзьями целуются? Это как-то неправильно. Вот влюблюсь как следует — тогда уж…

Влюбиться в Глеба? — эта странная мысль пронзила мое сознание, и я с удивлением посмотрела на своего спутника, будто в первый раз. Нет, нетрудно в него влюбиться, но как-то неловко. Что ж, такая дружба — коту под хвост? Жалко…