Чтение онлайн

Мерси не знала, что ответить, и просто кивнула.

– С кем она ходила на выпускной? – спросил Трумэн.

– Ни с кем конкретно. Она и еще несколько девушек – включая вашу сестру – пошли все вместе в компании нескольких парней. Я думала, это отличный вариант.

– И на фотографии были все? – уточнила Мерси.

Арлин кивнула, уставившись куда-то вдаль:

– Помню, ваша сестра Перл и Гвен Варгас были там, только Гвен помоложе. Прийти разрешили всем ученикам старшей школы, а не только выпускникам. Парней я не помню.

И у Гвен Варгас пропал фотоальбом. Интересно, было ли там то же самое фото…

– Еще что-нибудь исчезло? – спросил Трумэн. Мерси ощутила, что он насторожился, когда Джон упомянул фотографию.

Сандерсы снова переглянулись и, подумав, покачали головами.

– Снимок с выпускного мог просто затеряться еще до ее гибели, – заметила Арлин. – Или, может, рамка разбилась, а сама фотография пришла в негодность… Ума не приложу, зачем она могла кому-то понадобиться.

Трумэн и Мерси задали еще несколько вопросов и одновременно пришли к выводу, что Сандерсы уже рассказали всё, что знают. С ними попрощались, сказали еще несколько утешительных слов и оставили визитки.

Когда они сели в автомобиль Дейли, Килпатрик проверила почту.

– Эдди весь вечер беседовал с родственниками Эноха Финча. Помнишь, как они обчистили его дом, узнав о кончине? По словам Эдди, он не почерпнул ничего полезного. Все родственники не общались с Энохом более полугода.

– Однако сразу же расхватали его имущество и, может, уже выставили на продажу.

Мерси фыркнула.

– В письме Эдди называет их падальщиками.

– Что думаешь о Сандерсах? – спросил Трумэн, сосредоточившись на вождении.

– Мне стало грустно. Как ужасно, когда от дочери остались только фотографии… Пропажа снимка с выпускного – любопытная деталь, хотя, как и сказала Арлин, он мог прийти в негодность и быть выброшен еще до убийства.

– Моя сестра хранила фотографию с выпускного лет десять, не меньше, – сообщил Трумэн. – А ты?

– Я не ходила на выпускной. Странно, что Перл разрешили. Родители держали нас, девочек, в ежовых рукавицах.

– А твоих братьев – нет?

– Нет. Они мужчины… они способны постоять за себя.

– Как старомодно.

– И не говори.

В машине воцарилась тишина. Она давила Мерси на грудь, вызывала желание оказаться где угодно, лишь бы не рядом с этим чересчур наблюдательным человеком.

– Сегодня на озере открывался потрясающий вид, – заметил Трумэн. – Приятно видеть такие красивые места. Это заставляет возблагодарить Бога за то, что я здесь живу.

Давление на грудь исчезло.

– Да, вид потрясающий.

– Нужно будет повторить, прежде чем ты вернешься в Портленд.

– Разумеется, нам придется подняться наверх к пещере по какой-нибудь причине, – ответила Мерси и снова проверила новые сообщения. Остаток пути прошел в тишине.

Уже позже, выйдя из автомобиля Трумэна, она вспомнила его слова.

Под «нужно будет повторить» он имел в виду работу?

Мерси, переобувающаяся в тяжелые сапоги, замерла с поднятой ногой.

Ну, конечно, работу.

Эти его простые слова не выходили у нее из головы целый час.

– Почему твоя сестра в городе?

Леви крепче сжал трубку стоящего в кофейне телефона и бросил взгляд на Кейли. Та хихикала, болтая с покупателем.

– Какого черта ты звонишь мне? – он понизил голос. Ибо сразу понял, кто это, хотя за все эти годы они не обменялись ни единым словом, не считая заказов в кофейне.

– Ты знаешь, какого черта. Итак, ответь… почему она здесь?

– По работе. Она не просила посылать ее сюда. Собственно, она сама не слишком этому рада.

– Я слышал, она копается в старых убийствах.

– Об этом ничего не знаю, – соврал Леви. – Ее задание – расследовать смерти выживальщиков.

Подмышки вспотели. Почему все копаются в прошлом?

– Надеюсь, наше соглашение по-прежнему в силе.

Леви ответил не сразу:

– В силе.

– Хорошо. Не хотелось бы, чтобы что-то стряслось с твоей симпатичной дочуркой. Она хорошо смотрится в розовом.

Леви чуть не задохнулся, уставившись на спину Кейли в розовом свитере, на который ниспадали длинные волосы. Обежал взглядом каждый уголок кофейни, внезапно ощутив приступ тошноты. По жилам растекалась злость.

Где он?

– Мерси ничего не знает. И не узнает.

– Я на это рассчитываю.

Леви медленно положил трубку окоченевшими пальцами. Затем закрыл глаза и опустил голову, положив руки на стойку и пытаясь унять колотящееся сердце.

Если причинишь боль моей дочери, я сам убью тебя, и плевать на тюрьму.

Трумэн съехал на обочину дороги рядом с отелем «Сэнди», откуда был виден припаркованный «Тахо» Мерси.

Двадцать минут. Больше ждать не стану.

Когда он высадил ее, Мерси явно пребывала в замешательстве, и у начальника полиции возникло ощущение, что она не усидит спокойно в номере. Действительно: через десять минут Мерси вышла из старого здания и бросилась к своей машине.

Трумэн, решившись, завел свою и последовал за Килпатрик за город. Он не знал, какие секреты имелись у агента ФБР, но сегодня вечером он получит ответы на кое-какие вопросы. Если она скрывала информацию по делу об убийстве его дяди, он хотел это знать.

Утром можно будет спросить, куда она ездила.

Чтобы она спросила, почему я следил за ней?

У Трумэна была заготовлена хорошая отговорка. Он просто ответит, что, ненадолго заехав в полицейское отделение, направлялся домой, увидел, как Мерси куда-то выезжает, и из любопытства последовал за ней.

Если она втайне спит с кем-то, я буду чувствовать себя очень глупо.

Но дело не в этом – он знал, что это не так. От Мерси не исходило флюидов влюбленности. От нее веяло раздражением. Настороженностью. Сосредоточенностью. Целеустремленностью.