Чтение онлайн

Посланник замолчал. Когда он продолжил, каждое его слово было тяжёлым, как волна цунами.

— Повелитель выполняет договор с Домами. Ваши мелкие склоки его не интересуют. Но и ты не забывай сказанного.

Уехал он не попрощавшись. В тот же день конная разведка трёх Домов наткнулась на мою гвардию. Их было примерно поровну, но в гвардию набирали лучших, и им очень хотелось попробовать в деле свои новые мечи. Да и броня их была не в пример лучше. Более лёгкие разведчики в конце концов оторвались от гвардейцев, и ушли к своим. Три десятка вражеских тел остались лежать на месте встречи. Наших погибло четверо. Мечи погибших удалось сохранить. Крики ликования разносились по лагерю до самого вечера. А утром прискакал один из наблюдателей и рассказал, что в лагере противника суматоха. Прибыли какие-то люди из Дома Змеи. Должно быть с подтверждением моих слов о нашем флоте и их проблемах. К вечеру в наш лагерь заявились переговорщики. Три главы Домов. Шатер им поставили заранее, шест с двойной лианой вкопали. Я ждал равных мне Владетелей у входа. Свиту они оставили в ста шагах. Подъехали молча, спешились, зашли в шатер и сели. Я вошёл последним и занял своё место.

— Мы приносим свои извинения за молодых переговорщиков, — начал Кабан.

Змея и Волк согласно кивнули. Ладно, здесь упираться незачем.

— Я принимаю извинения глав Домов. Молодости свойственно делать ошибки.

Волк собрался что-то сказать, даже открыл рот, но посмотрел на Кабана, поймал мой предостерегающий взгляд и промолчал. Змея кивнул:

— Рапи-ра только выглядит молодо. Но ошибок он не делает.

— Раз не увидел за волной ваше вторжение, значит делаю.

— Наше вторжение закончено. Мы готовы поставить свои печати на списках мира.

Я промолчал, показывая всем своим видом, что жду продолжения.

— Мы уходим. Границы остаются прежними. В том укреплении, где погибли твои воины, останется 400 пехотинцев. От тебя зависит, что с ними будет.

А Кабан умён. Все мои дополнительные претензии будут выглядеть глупо. Они, конечно пограбили, но здесь не так много людей, не разгуляешься. Ну дам им пару лет без налогов. Да и Мак-ра что-нибудь мне компенсирует своим набегом. А за год наберу армию и буду бить их поодиночке.

— Я согласен. Если не будет дополнительных условий.

И тут Змея выпалил.

— Отдай мне наследника, Рапи! Его захватили твои пираты!

— А вот это дополнительное условие! Но если он у меня, я его не дорого отдам! Пятьсот молодых здоровых крестьян и забирай своего наследника!

Должен же я кем-то заселять новые земли! Да и горских женщин как-то надо пристраивать! И дети их у крестьян воевать не научатся.

— Сто пятьдесят с меня, — вздохнул Кабан и посмотрел на Волка. Волк подтверждающе кивнул.

Вышли из шатра, кликнули свиту. Те сели составлять списки.

— Скажи, Рапи, — спросил Волк, — откуда у тебя столько железных мечей?

— От горцев. Они говорят, что захватили их семьдесят лет назад в дальнем походе на севере. Там были земли империи и много чего осталось.

— Точно! — заволновался Волк, — я слышал, в Доме Тигра даже нашелся имперский мастер по железу! Но он сбежал к Властителю! Сделал пятьдесят клинков для его охраны и умер во время эпидемии!

Какой-то лопух, а не тигр. Один сбежал, второй сбежал. Хотя версия для меня выгодная. Но надо отвлечь внимание глав Домов, мало ли что всплывет в разговоре! Я подозвал Бака.

— Пошли почтового голубя к Аки. Пусть свяжется с Мак-ра. Он должен вернуться в Руту. И беречь наследника Дома Змеи.

Бак согнулся в поклоне, — Я отправлю двух голубей для надёжности.

Принесли списки. Подтверждая их, были поставлены печати четырёх домов. Несмотря на ночь, главы домов отказались остаться. Наутро моя армия пошла вперёд. К вечеру мы добрались до границы. Местность почти не пострадала. Захватчики считали её своей и особо не разоряли. Разве что вечные мученицы войны — женщины со мною бы не согласились. Они стояли по краям дороги, зачастую в разорванной одежде и молча провожали нас взглядами. Мы отворачивались. К бывшему приграничному укреплению мы поехали с воеводой, моей охраной и гвардией. За сто шагов я приказал встать и ждать меня, слез с коня и пошел к воротам. Бак пристроился за левым плечом. Со стен и из проломов на меня смотрели испуганные крестьяне. Не глядя ни на кого я вошел через один из таких проломов и остановился только на середине двора. Подождал пока подбегут все. Бак присел.

— Садись мне на шею, тебя плохо видно!

Я сел и оказался над толпой.

— Я глава Дома Летучей Рыбы, Победитель пиратов и Горного Дома, мне подчиняются люди и звери! Вас бросили ваши владетели, у вас нет второго имени! Для них вы уже умерли, но я хочу подарить вам жизнь. Те из вас, кто присягнёт мне, станут частью моего Дома. Вы станете «ра», и никогда не пожалеете об этом! На востоке моего Дома много свободных земель! Я дам вам столько, сколько вы сможете обработать! Пять лет без налогов! Там много женщин, оставшихся без мужчин, они ждут вас! Те, кто согласен, подходите принимать присягу!

Кто бы отказался. Когда я слез с Бака, у него в шее что-то явственно хрустнуло. Ко мне пробилась моя охрана и его повели, поддерживая с двух сторон. Моя свита осталась составлять списки новых подданных, собирать обоз, назначать провожатых, то есть делать девяносто процентов всей работы, слава за которую достаётся владетелям. А я поехал в лагерь.

Воевода долго молчал, потом улыбнулся и невинно произнёс:

— Рапи, я там людей послал, они про такой серебряный остров этим крестьянам рассказывают…

— Хорошо. Кто завербуется к тебе в армию, пусть идут. Но только добровольно!

— Всё по твоему слову, о Владетель!

Это мы уже к войску подъехали. Тысячи располагались на ночлег. А меня уже ждал мелкий кабанчик. Небось владетель пограничных земель.

— О великий Глава Дома…

— Не трать моё время. Ты должен передать мне пятьсот молодых и здоровых крестьян. Каждого я приму лично. Один из них может быть старым или больным. Но как только я увижу второго, моё войско войдёт в твои земли. Я согласился на мир из уважения к трём владетелям, но если его условия кто-то нарушит, буду только рад.

Кабанчик спал с лица.

— О великий Глава Дома, но я не отвечаю за всех крестьян!

— Теперь отвечаешь. Или ты думаешь, что в нарушении условий обвинят Главу Дома?

Кабанчик скис совсем и побежал к своей лошади. Явно помчался советоваться. Но слово было сказано.

— Где Бак? — спросил я Ром-ра.

— У лекаря. Твой ужин готов…

— Сначала навещу Бака.

Бак лежал на циновке, закутанный в тёплую шкуру. При виде меня он улыбнулся, но остался лежать. Подскочивший лекарь заверил меня, что всё будет в порядке. Он уже растёр шею больного специальной мазью, напоил отваром и закутал в шкуру. Я отпустил лекаря и присел на циновку.

— Есть хочешь? Ром говорит, мне там много чего притащили.

— О Великий Океан, — зашептал Бак в религиозном экстазе, — благодарю тебя за то, что всё это произошло до ужина, а не после.

Нет, ну не скотина? Ром за моим плечом сдавлено хрюкнул.

— Вот только выздоровей, — пригрозил я шутнику и потащился в свой шатер. Спать хотелось безумно.

Наутро встретиться со мной испросил разрешения старый кабан, который был на первых переговорах. Он поклялся Океаном и именем своего Владетеля, что я получу всё, о чем договорились. Так что всё войско здесь уже и не нужно! Да и сам Владетель может заняться чем-нибудь другим, например решением вопроса о наследнике Дома Змеи. Но это в сухом остатке. А так на речь час минимум ушёл. Я согласился. Пять сотен первой тысячи остались восстанавливать укрепление. Я им объяснил, что для себя стараются. Новых крестьян приказал отправлять им в помощь. Бак на лошади сидеть пока не мог, поехал на повозке. И мы вернулись в Руту.