Чтение онлайн

— Принять, — сказал я, и Ксюша тут же последовала моему примеру.

— Так он был мародёром? — упавшим голосом спросила девушка.

— Да. Я встретил его, когда он воровал еду в разрушенной взрывом лавке, — ответил я, дотрагиваясь до тела НПС и открывая меню лута.

Ничего интересного при себе у парня не было. Одежда была основательно подпорчена светотермическим воздействием, самопальный автомат также пришёл в негодность. А вот пару дополнительных обойм с патронами калибра 5,45 и несколько револьверных батарей вместе с болванками для рельсотронного пистолета я успешно приватизировал.

Также в мой мешок отправился блок жевательных пластинок, блок сухпайков, пара мутировавших яблок. Десятиметровый кабель и почти триста валютных чипов — местного эквивалента физических денег, имевших хождение на Земле в период её уничтожения рептицидами.

— Что это ты делаешь? — недобро нахмурившись, спросила Ксюша.

— Обеспечиваю нам ночлег в местной кантине, — не сразу почувствовав атмосферу, ответил я, задумчиво рассматривая характеристики оружейного самопала и раздумывая, может ли он нам зачем-нибудь пригодиться, — или ты сама хотела его облутать? Ну, если так, — извини, поторопился. Кстати, надо бы выставить автоматическое распределение трофеев…

— Я! Сама… хотела? — Ксения аж задохнулась от возмущения. — Да чтобы я вот так вот… обирала…

А… всё с тобой ясно, девочка. Классический пример возмущённого нуба, решившего примерить нормы общественной морали к виртуальным играм.

Где-то недалеко громыхнул очередной взрыв, но я даже не обратил на эту мелочь никакого внимания.

— Эм… Цесаревна. Дай-ка я угадаю. Ты по какой-то причине считаешь аморальным то, что я сейчас сделал?

— Конечно! — воскликнула девушка. — Это же маро…

— Ну, тогда раздевайся…

— Зачем?

Глядя на ставшие размером с блюдце глазищи, я не сдержал улыбки.

— Ну как зачем? Это ведь аморально, носить снятые с мертвецов вещички!

— Но мне же их выдали в бункере! После создания персонажа! — совершенно стандартным образом попыталась возразить Ксюша, загоняя сама себя в логическую ловушку.

— Естественно! — согласился я с аргументом. — А откуда они, по-твоему, там появились? По сюжету игры, на захваченных рептицидами территориях никто ничего не производит. Вот, например, твои шортики. Их ведь небось сняли когда-то с какой-нибудь невезучей дамочки, почистили и отдали тебе… Они, конечно, на самом деле новые и никем до тебя не ношенные, но по задумке создателей игры — всё, что нам выдают бесплатно, осталось от кого-то из погибших поселенцев.

«Глобальная экономика» пустошей и зон, контролируемых инопланетянами, базировалась на чрезвычайно малом количестве доступных производственных ресурсов. Потому каждый игровой предмет, даже продаваемый в лавках у неигровых торговцев, был где-то когда-то создан на просторах игры. Этому правилу подчинялись в том числе и расходники типа патронов и энергобатарей, аптечек и стимуляторов. Или, например, еда, которая выращивалась на полях, фермах и в простеньких гидропониках.

Более сложные предметы были либо привезены из других зон, либо осталась с тех времён, когда Земля полностью принадлежала людям. Ничего не появлялось из воздуха и не исчезало в никуда. Так, тело НПС или игрока, убитого в пустошах, так и оставалось лежать там, пока его не найдёт и не оберёт другой управляемый искином или человеком персонаж. Ну а на освобождённых территориях была уже совсем другая история, с шахтами, заводами и космодромами, и, соответственно, поставками из звёздных метрополий.

Исключение составляли «стартовые зоны», в которых при создании персонажа и в течение первых миссий предметы появлялись «сами по себе», в отрыве от игровых реальностей всего остального мира.

— Но… это же по задумке… по сюжету! — не согласилась со мной раскрасневшаяся Хома, явно не горевшая желанием бегать по поселению голышом.

— Ну так и вещи с убитых противников мы тоже берём не просто так, — а по сюжету и потому, что так придумали разработчики. Понимаешь? И моральные принципы здесь ни при чём. Хочешь играть — решайся делать то, чем побрезговала бы в реальности. В конце концов, наверное, мне не нужно тебе объяснять, что не будь планета Земля уничтожена, её «освобождение» происходило бы по совершенно другому сценарию. И уж точно — не силами каких-то там «Частных Альянсов». Да здесь было бы не протолкнуться от регулярных войск: русских, американцев, китайцев и прочих, а все чужаки были бы давно препарированы и разложены по баночкам…

Разрыв очередного фугаса обдал нас комьями глинистой земли и песка.

— Прекрасно понимаю, — вздохнула девушка и, морщась, принялась вытряхивать сор из волос, — просто…

— Просто?

— А, ладно… — грустно ответила Ксения, снимая с тела мародёра самопальный автомат — его иконка тут же исчезла из списка доступного лута.

— Зачем тебе этот лом? — спросил я. — Ты же с твоей силой даже стрелять из него не сможешь…

— Для борьбы с моральными принципами, — буркнула Хома, неумело вешая оружие на плечо. — Лучше один раз самой заляпаться, чем каждый раз строить из себя дуру!

— Да просто не забивай себе голову подобной ерундой, — посоветовал я, вставая. — Видишь вон те палатки?

— Угу.

— Двигаемся к ним. Только вот чего… постарайся пока воздержаться от применения псионики. Сдаётся мне, есть здесь какой-то подвох, но это ладно — потом разберёмся. И да, говорить буду я, а ты слушай и учись.

— Как скажешь…

Барьер — старая силовая конструкция допотопного образца, состоящая из смонтированной в кузове колёсного грузовика мачты-зонтика и врытых по периметру столбов с искажающими элементами, держалась, казалось, из последних сил. По покрытой шестиугольными сотами-кластерами поверхности силового поля то и дело пробегали разрывы, явственно свидетельствовавшие о катастрофическом недостатке энергии в питающих барьер батареях. Да и сами компонующие шестиугольники были до неприличия крупными — размером с мою ладонь, и периодически шли рябью, теряя чёткие геометрические очертания.

— Стоять! — рявкнул на нас один из часовых у входной рамки, беря меня на прицел своего массивного рельсотрона. — Закрытая зона! Посторонним вход воспрещён!

— Спокойно, боец! — Я миролюбиво поднял руки, и Ксюша последовала моему примеру. — Мы к старшине Джону Крипли от доктора Уволла Бейна.

— М-да? — охранник недоверчиво оглядел нас с головы до пят, хмыкнул и, дотронувшись до вставленной в ухо ганитуры, быстро заговорил.

За шуршанием сдвигающихся относительно друг друга кластерных компонентов силового барьера и треском разрывов я, как ни старался, не смог услышать, что он там говорил. А жаль, если бы повезло, можно было бы неплохо поднять «Острый слух».