Чтение онлайн

Дело в том, что ему по-настоящему нравилась эта холодная и прекрасная планета. Как он ни старался — он так и не смог полюбить намного более тёплый мир Евросоюза, в котором ему пришлось проходить обучение. Как бы он ни старался найти хоть что-нибудь, за что может зацепиться глаз и что возвысит в его сознании образ цивилизованного тропического Галео, — у него это не выходило.

Хрустальные деревья оставались самой прекрасной растительностью во Вселенной, которую ему только доводилось видеть. Куда там кипарисам и пальмам, вишням и клёнам с других планет. Морозные пики на горизонте, как и в детстве, казались сказочным миражом, а снег — он вызывал ностальгию и заставлял Антона чувствовать какую-то потерю. Нечто важное, что отняли у него в тот день, когда охрана отца втайне ото всех вывезла его из этого чудесного места и началось его путешествие к далёким звёздам.

В его глазах единственным грязным пятном, словно чума поразившая лик Екатерины, был населяющий её народец. Жалкие бесправные рабы, слизни, не просто не желающие меняться, но, наоборот, цепляющиеся за давно ушедшее прошлое, не понимающие всю суть замысла великих предтеч и не готовые принять его…

Антон закрыл глаза, пытаясь успокоиться. Столь негативные мысли были противны «Плану Аннурэ» и, по словам куратора, были отголосками его порченной русской крови. Молодому человеку пришлось пройти долгий путь, прежде чем он смог измениться. Старшие братья шаг за шагом вели его за собой, заставив вначале влюбиться в жизнь и порядки толерантов Евросоюза, понять всю ущербность так называемого «русского мира», и лишь затем открыли ему глаза на самих европейцев.

Ведь, по сути, толеранты практически ничем не отличались от этого жалкого кагала рабов, что бездумно веселились сейчас за окнами пролетающего мимо них флаера, находя какие-то крохи радости в своём недоживотном существовании. Там, на Галео, да и на других европланетах, человечество лишь сделало маленький шаг вперёд. Даже не шаг, сдвинулось на сантиметр, так и не поняв, какая огромная пропасть разделяет их со старшими братьями и тем более с самими предтечами.

Скользнув по магнитному съезду в подземный гараж, кортеж остановился. Не дожидаясь разрешения, Антон вихрем вырвался из машины, сбросив свой плащ и чемодан в руки подоспевшему служке и оттолкнув рассыпавшегося в приветствиях дворецкого, вбежал в особняк. Даже не останавливаясь, чтобы перекинуться парой слов с выглянувшими на шум из главной залы матерью и сестрой, молодой человек бегом добрался до своей комнаты, в которой в этот момент как раз заканчивали монтировать виртосферу, и, сбросив с себя одежду, нырнул в неё, стоило только рабочим покинуть помещение.

— Ну, ни фига ж себе… — произнёс я, с трудом отрывая взгляд от Ксюшиных характеристик и переводя его на невинно хлопающего ресницами очаровательного монстрика.

Не знаю, что я рассчитывал увидеть в статистике персонажа Хомы. Я благополучно забыл об этом, стоило мне взглянуть на эти абсолютно выбивающиеся из любого представления об игровом балансе цифры. Я как-то до этого момента не придавал особого значения тому, что сам благодаря генерации, проведённой в виртосфере, был, скажем так, намного сильнее обычного игрока.

У стандартного персонажа, сгенерённого в вирт-капсуле или на виртокресле, сумма характеристик равнялась двадцати шести баллам. Плюс-минус один-два очка за счёт стартовых перков. При этом эсперы, созданные с помощью всё тех же устройств, были заведомо слабее и имели в своём распоряжении всего двадцать три очка характеристик.

На их фоне я, с суммой в сто девятнадцать очков, являлся настоящим сверхчеловеком, если, конечно, не сравнивать меня с Ксенией. Девушка была счастливым обладателем аж ста пятидесяти восьми баллов, распределённых по характеристикам самым изуверским образом.

Оглядевшись по сторонам и удостоверившись, что за силовым барьером, кроме нас, нет других игроков, я наклонился к ушку своей спутницы и прошептал:

— Хома…

— А?

— Слушай меня внимательно. Это важно! — Приобняв девушку за плечи, я развернул её так, чтобы с улицы никто не мог даже случайно увидеть окошко её статистики. — Никому и никогда больше не показывай это меню. Поняла?

— Ну, я так понимаю, никому, кроме тебя? — хитро улыбнулась девушка.

Тяжело вздохнув, я ещё раз подумал, что если всё это окажется какой-то грандиозной аферой, то актёрскому мастерству Хомячка нужно будет ставить памятник. Прямо на Екатерине, перед зданием Мариинского Большого Театра.

— Ладно. Мне — можно. Но больше — никому, иначе могут возникнуть очень большие проблемы. Нина!

— Я немного заня…

— Установи нам с Хомой временный двусторонний приват-канал. С защитой.

— Выполнено.

На самом деле за такого персонажа, как Хома, ведущие альянсы всех стран будут готовы с остервенением резать друг друга годами. Да что там, девушка одним своим существованием способна развязать настоящую игровую войну на тотальное уничтожение, в которой орбитальные авианосцы и крейсера будут гореть, словно спички, а наземные юниты так и вовсе никто не будет считать за сколько-нибудь значимые потери.

Конечно, я тоже тот ещё супермен. Мечта любого виртоигрока, но Ксения…

— С цифрами что-то не то? — спросила Хомячок, внимательно вглядываясь в плашку окна. — Если я правильно помню, стандартные значения получались намного меньше. Если бы я распределяла их руками, а не пошла на те тесты…

— А… Всё понятно, — хмыкнул я, — так ты тоже начинала играть в виртосфере?

— Ага. Катенька сказала, что это лучший вариант. Правда, не знаю, как она нашла эту штуковину на «Волге»…

— Я даже знаю, кто её надоумил…

— Твоя Нина?

— Да сто пудов! Я смотрю, они, оказывается, подружки — неразлейвода…

— Это не совсем так, Максим, — подала голос моя «чрезвычайно занятая» помощница, — но что-то вроде того.

— Как я понимаю, чем больше цифра, тем лучше? — задала новый вопрос Ксюша, тыкая пальчиком по закладкам мутагенов, имплантов, повседневного и рабочего инвентаря.

— Грубо говоря, да, — ответил я, открывая собственное окно характеристик и показывая его Хоме, — видишь, у меня тоже значения сильно превосходят стандартные двадцать шесть очков. И всё потому, что я, как и ты, создавал этого персонажа новым для игры способом.

— А эти тесты — их раньше в игре не было?

— Да. Не знаю, когда их добавили, но что-то мне подсказывает, что обновление пришлось на начало продаж виртосфер.

— Катя говорила, что пользователи этого устройства — что-то типа VIP-клиентов для создателей игры.

— Хех… «Освобождение Терры», кстати, единственная игра пятого «А» класса, название разработчика которой держится в секрете от массового пользователя. Известны только данные издателя и что разработкой занимались в АДСП. Но, думаю, если узнать дату старта новой системы генерации персонажа и посмотреть, кто в этот день или незадолго до этого вывел на рынок свою версию виртосфер…