Первая
Шрифт:
– Привет.
Мы уставились друг на друга.
– Не хочешь зайти?
– предложила я.
– Ах, да, конечно.
– Что-то было не так. Он был другой, возможно нервный.
Я стояла сбоку, приглашая войти. Он огляделся, будто бы что-то изменилось с того момента, когда он последний раз был здесь.
Он повернулся и пристально посмотрел на меня.
– Как ты себя чувствуешь?
Я поняла, что он, вероятно, имеет ввиду моего отца, и я напомнила себе, что завершение Отбора не было единственным изменением в моем мире на данный момент.
– Хорошо. Я действительно не чувствую, что его больше нет, особенно здесь. Словно, если я напишу ему письмо, то смогу получить ответ на него.
Он одарил меня понимающей улыбкой.
– Как твоя семья?
Я вздохнула.
– Мама справляется, да и Кенна как скала.Я волнуюсь больше за Мэй и Джерада. Кота ведет себя так, будто он не при чем. Будто он не любил отца. И я не понимаю этого, - призналась я.
– Ты встречался с ним однажды. Он был так добр.
– Да, - согласился Максон.
– Я рад, что встретился с ним хотя бы один раз. В тебе есть много от него.
– Правда?
– Абсолютно!
– он переложил свои свертки в другую руку, а свободной обнял меня.
– Во-первых, твоё чувство юмора. И твоя стойкость. Когда мы говорили во время его визита, он устроил мне настоящий допрос. Это нервировало и казалось забавным в то же время. Ты никогда не спускала меня с крючка.
– Конечно, у тебя его глаза и его нос. И оптимизм, который ты иногда излучаешь. Он производил такое же впечатление.
Я впитывала слова, держась за те части, которые были схожи в нас с отцом. И тут, я думаю, Максон не знал его.
– Все что я хочу сказать, это то, что грустить по нему это нормально, но ты можешь быть уверена, что лучшие его качества остались с тобой, - сказал он.
Я обвела руки вокруг него и он обнял меня свободной рукой.
– Спасибо.
– Это то, что я думаю.
– Я знаю, что это так. Спасибо.
– Я повернулась к нему и решила сменить тему, прежде чем все станет слишком эмоциональным.
– Что все это значит?
– спросила я, кивая в направлении его руки.
– О.
– Максон немного призадумался.
– Это твой подарок. Запоздавший Рождественский подарок.
Он поднял конверт, толстый от сложенной бумаги.
– Я не могу поверить, что я отдаю это тебе, и ты можешь подождать и посмотреть на него, когда меня здесь уже не будет, но.. это должно храниться у тебя.
– Хорошо, - вопросительно сказала я, когда он положил конверт на мой ночной столик.
– Это немного неловко, - добавил он игриво, вручая мне подарок.
– Мне жаль, что обертка не очень хорошая.
– Мне нравиться, - солгала я, стараясь не смеяться над кривыми швами и трещинами на бумаги.
Внутри подарка была картинка дома. Не какого-то дома, а очень красивого дома. Он был теплого желтого цвета с пушистой травой, такой, что я захотела пройтись по ней, так она смотрелась с с фотографии. Окна были высокими и широкими во все стороны, с деревьями пускающими тень на газон. Одно дерево даже свисало на него. Я не уставала смотреть, как на дом так и на фото целиком. Я была уверена, что это маленькое произведение искусства Максон сделал сам, а так же я не могла поверить, что он покинул дворец, чтобы найти это.
– Красиво, - признала я.
– Ты сам снимал?
– О, нет, - он засмеялся и покачал головой.
– Фото - это не подарок, дом - это подарок.
Я попыталась осознать.
– Что?
– Я подумал, что тебе хотелось бы, чтобы твоя семья была рядом. Это в нескольких минутах езды от дворца, и там довольно много места. Думаю, и твоей сестре с её маленькой семьей было бы там комфортно.
– Чт.. Я….
– я пристально вглядывалась в него, ища разъяснений.
Терпеливо, как никогда, Максон постарался мне объяснить.
– Ты сказала мне отправить всех домой. И я это сделал. Но я должен был оставить одну девушку - таковы правила, но… Ты сказала, что я должен доказать что люблю тебя….
– … это я?
– Конечно, это ты.
Я потеряла дар речи. Я засмеялась и начала целовать его, хихикая между поцелуями. Максон был так доволен, что принял каждый мой поцелуй и смеялся вместе со мной.
– Мы поженимся?
– завопила я, целуя его снова.
– Да, мы поженимся.
– Он усмехнулся, и позволил мне упасть на него от волнения. И тогда я поняла, что сижу у него на коленях. Я не помню как оказалась там.
Я продолжала целовать его… и смех прекратился. И улыбка сползла с моего лица. Поцелуи перестали быть игривыми и стали более глубокими. Когда я вырвалась и посмотрела ему в глаза, они были сфокусированы на мне.
Максон держал меня так близко, что я чувствовала, как его сердце бьется напротив моего. Я так изголодалась по нему, что сняла с него пиджак, и он помогал мне как только мог, пытаясь удержать меня. Мои туфли упали на пол и застучали. Я чувствовала как ноги Максона смещаются подо мной и как он выскользнул прочь.
Не разрывая наш поцелуй, он поднял меня и переложил глубже на кровать и нежно уложил меня где-то у середины. Его губы путешествовали по моей шее, в то время как я ослабила его галстук, бросив его к обуви.
– Вы нарушили много правил, Мисс Сингер
– Вы - принц. Только вы можете помиловать меня.
Он мрачно усмехнулся, его губы были возле моего горла, моего уха, моей щеки. Я вытянула его рубашку и стала возиться с пуговицами. Он помог мне с последними, присев, чтобы сбросить ее. В последний раз когда я видела Максона без рубашки, я не смогла полностью оценить его. Но сейчас…
Я провела пальцами внизу живота, любуясь, как он силен. Когда моя рука добралась до пояса, я схватила его и потащила вниз. Он не сопротивлялся, провел рукой по моей ноге и оперся на бедро, которое находилось под складками платья. Я сходила с ума от желания узнать его больше, если он позволит. Даже не задумываясь, я достигла его спины и вонзила пальцы.
Сразу же он прекратил целовать меня, и потянулся назад, чтобы посмотреть на меня.
– Что?
– прошептала я, боясь испортить такой момент.
– Это…это отталкивает тебя?
– спросил он нервно.
– Что ты имеешь в виду?
– Моя спина.
Я провела рукой по его щеке, глядя ему прямо в глаза и желая, чтобы у него не осталось сомнений на счет того, что я чувствую.
– Максон, некоторые из этих отметин на спине, появились у тебя из-за меня, и я люблю их за это.
Он задержал дыхание на секунду.