Первая
Шрифт:
Я все гадала, хотя у меня не было никакой возможности узнать наверняка. Каждая минула была невыносимой. Я никогда не чувствовала себя настолько бесполезной, и это беспокойство убивало меня.
Казалось спустя вечность, я услышала щелчок замка. Кто-то пришел за мной. Я не знала, был он другом или нет, так что наставила на дверь пистолет без патронов. Пусть хоть выглядит пугающе. Дверь со скрипом отворилась, и свет из окна проник внутрь. Означает ли это,что был все еще тот же день? Или уже следующий? Я удерживала цель, хотя для этого пришлось прищуриться.
– Не стреляйте, Леди Америка, - умолял охранник.
– Вы в безопасности.
– Откуда я знаю? Как я могу узнать, что ты не один из них?
Охранник посмотрел в зал, узнав приближающуюся фигуру. Август вышел на свет и внимательно посмотрел на Гавриила. И хотя его костюм был практически разорван, и все же Северная звезда по прежнему висела гордо на еще кровавом лацкане.
Неудивительно, что Северные повстанцы знали так много.
– Все кончено, Америка. Мы сделали их, - подтвердил Август.
Я вздохнула, выплескивая облегчение, и опустила пистолет.
– Где Maксон? Он жив? Что с Крисс?
– я спрашивала Гавриила, прежде чем снова сосредоточиться на Августе.
– Офицер, который привел меня сюда. Его зовут Леджер, вы видели его?
– слова вылетали слишком быстро, чтобы их разобрать.
Я чувствовала себя нелепо, легкомысленно.
– Я думаю, что она в шоке. Отнесите ее в больничное крыло, быстро, - приказал Гавриил, а охранник легко подхватил меня.
– Максон?
– спросила я. Но никто не ответил. Или, может быть, я ушла уже к тому времени. Я не помню.
Когда я проснулась, я лежала на койке. Я чувствовала множенство порезов, но когда взяла руку, чтобы осмотреть ее, все они были чистыми, а крупные были перевязаны. Я была в безопасности.
Я села и огляделась вокруг, и поняла, что это был маленький офис. Я видела стол и дипломы на стене, которые принадлежали доктору Ашлар. Я не могла оставаться здесь. Мне нужны ответы.
Когда я открыла дверь, то понял почему меня спрятали. Больничное крыло было забито. Некоторые лежали на кровати, а некоторых положили на пол. Можно было с легкостью сказать, что самые сложные больные лежали в задней части комнаты. Но не смотря на количество людей, здесь было тихо.
Я осмотрелась вокруг, ища знакомые лица. Может это к лучшему, что их здесь не было? Что это значило?
Вторник лежал кровати и я слышала ка Эммика тихо плакала. Я узнала и других служанок, но лишь смутно. Они кивали головами на меня, как будто я это заслужила.
Я почти потеряла надежду, когда толпа начала редеть. Максона здесь не было. Если бы он был здесь, то его окружала бы толпа людей, пытающихся удовлетворить его потребности. Я была помещена в боковую комнату. Может быть он тоже?
Я увидела охранника, лицо его было в шрамах, что стало их причиной мне оставалось лишь догадываться.
– Принц где-то здесь?
– тихо спросила я.
Торжественно, он покачал головой.
– Ох.
Пулевое ранение и разбитое сердце, казалось совсем две разные раны. Но я чувствовала, что кровоточила так же как и Максон тогда. Никакое количество давления и ниток не исправит этого; ничто не остановит эту боль.
Я не сорвалась на крик, хотя казалось, что нечто подобное происходит внутри. Я просто позволила слезам скатываться. Они ничего не могли смыть, но по-своему они были обещанием.
Никто и никогда не заменит тебя, Maксон. И я запечатала свою любовь накрепко.
– Мер?
Я повернулась и увидела перевязанную фигуру в другом крыле. Аспен. Мое дыхание участилось, когда я шла к нему. Его голова была перевязана, и сквозь повязку просачивалась кровь.Его грудь была голой и почти в синяках. Но хуже всего была нога. Толстый лист оборачивал ногу, и бинты небрежно перевязывали рану на его бедре. Он был одет только в шорты и прикрывался немного простыней, но можно легко было увидеть, как сильно он был ранен.
– Что случилось?
– прошептала я.
– Я не хотел бы снова пережить это. Я убил в течении всего времени около шести-семи человек, прежде чем это случилось с моей ногой. Врач сказал, что я скорее всего смогу ходить, но мне нужна будет трость. Ну по крайне мере, я жив.
Слеза тихо сползла вниз по моей щеке. Я была так благодарна, и в то же время испугана и безнадежна, что ничего не могла поделать.
– Ты спасла мне жизнь, Мер.
Мои глаза метнулись к его ноге, а затем к лицу.
– Твой выстрел испугал повстанцев и это дало мне достаточно времени, чтобы начать стрелять. Если бы ты этого не сделала, он выстрелил бы мне в спину, и это был бы конец. Спасибо.
Я вытерла глаза.
– Это ты спас мне жизнь. Ты всегда рядом. Я просто отдала тебе долг.
Он улыбнулся.
– У меня есть склонности к героизму, не так ли?
– Ты всегда хотел быть чьим-то рыцарем в сияющих доспехах.
– Я покачала головой, обдумывая всё, что он когда-либо делал для тех, кого любил.
– Мер, послушай меня. Когда я сказал, что я всегда любил тебя, я это имел ввиду. И я думал, что если бы мы остались в Каролине и поженились, мы были бы счастливы. Бедные, но счастливые.
– Он грустно улыбнулся.
– Но мы не остались в Каролине. И ты изменилась. Я тоже. Ты была права, когда сказала, что я никогда не давал никому шанс, и почему я всегда беспокоюсь обо всем, что произойдет?
– Мой инстинкт это бороться за тебя, Мер. И мне потребовалось много времени, чтобы понять, что ты больше этого не хочешь. Но как только я сделал это, я понял, что больше не хочу за тебя бороться.
Я потрясенно смотрела на него.
– Ты всегда будешь частью моего сердца, Мер, но я больше не влюблен в тебя. Иногда я все еще думаю что ты мне нужна, или что я нужен тебе, но я знаю, что это уже не так. Ты заслуживаешь лучшего, чем я, потому что со мной, ты чувствуешь себя обязанной.
Я вздохнула.
– И ты заслуживаешь лучшего, чем кого-то, кто довольствуется тобой.
Он протянул мне руку, и я взяла ее.
– Я не хочу, чтобы ты на меня злилась.
– Я нет злюсь. Хорошо, что и ты не сердишься на меня. Даже если он мертв, я все еще люблю его.