Чтение онлайн

Рив улыбнулся той самой дьявольски обворожительной улыбкой, от которой мышцы внизу живота судорожно сжимались.

– Привет. Понравился сон?

– До него я наслаждалась массажем. Джеффри действительно… - Я запнулась, заметив, что Рив одет в брюки и рубашку, но на нем нет пиджака. Манжеты расстегнуты, а рукава закатаны до локтей. Галстука на нем тоже нет. И меня вдруг осенило.

– Это был ты все это время, да?

Он ответил вопросом на вопрос, подтвердив мою догадку:

– Готова продолжить?

– Конечно.

Это все еще был сон. Наверняка. Я легла обратно на стол и закрыла глаза.

Простыня была заправлена под верхнюю часть бедра, обнажая ногу. Я услышала, как он выдавил немного лосьона из дозатора. Рив поднял мою ногу и начал растирать лодыжку, постепенно продвигаясь к ступне. Пятку он массировал только большими пальцами, надавливающими движениями скользя вверх и вниз.

Я боролась со стоном, рвущимся из моего горла. Мне было хорошо. Очень хорошо. Слишком хорошо.

Слишком хорошо для сна.

Твою мать, это не сон. Я резко распахнула глаза. Взглянув на Рива, обнаружила, что он наблюдает за мной с удовлетворенной ухмылкой. Как будто ждал, когда я наконец на него посмотрю. Или следил за выражением моего лица.

Я привстала, оперевшись на локти. Это действительно Рив. Он на самом деле был здесь.

– Извини. Я сегодня немного рассеянная.

– Я не заметил.

Выражение его лица было мрачным, и я не могла понять, дразнит он меня или нет.

В первую очередь я не могла понять, что он вообще здесь забыл. Рив никогда ничего не делал просто так, без причины. Дружеский сюрприз? Или это такой способ сделать первый шаг?

Я надеялась, что это так. Потому что это означало бы, что я ничего не испортила. Это означало бы, что план «А» все еще в действии. Означало бы, что между мной и Ривом может быть нечто большее, а для меня это становилось все важнее.

Но после того, как он кинул меня в вечер нашего свидания, я была почти уверена, что мыслью о дружеском сюрпризе пыталась выдать желаемое за действительное. И его тон показался мне в какой-то степени ледяным. Зловещим. Или это было только мое воображение, вызванное покрывшейся паутиной мечтой?

– Ты слишком много думаешь, - упрекнул меня Рив, словно прочитав мои мысли.
– Ложись обратно и выброси все мысли из головы.

Он разорвал наш зрительный контакт и сосредоточился на массаже. Переместил руки на голень, костяшками пальцев скользя по чувствительным местам и мягко надавливая. Его прикосновения были сильными, уверенными. Именно такими, как мне было нужно.

Я смирилась и расслабленно легла на стол. Но выбросить все мысли из головы точно не смогла. Только не сейчас. Между мной и Ривом существовало напряжение, сейчас усилившееся во много раз, потому что от его массажа во мне разгорался огонь, и я превращалась в желе. Ощущения были совсем иными, нежели когда я думала, что надо мной работает Джеффри. Теперь массаж был не просто приятным - он был чувственным. Теперь движения его рук были не просто хорошей техникой - они казались интимными. Теперь простыня не была надежной защитой - она казалась лишь скудным укрытием. Теперь я была не расслаблена, а возбуждена.

Особенно когда он скользнул руками выше. И еще выше. Когда согнул мое колено. Когда плавно переместил пальцы на мышцы моих бедер и начал массировать внутреннюю поверхность. Затем Рив повел ими вверх, еще выше, что задел кончиками своих пальцев мою киску.

В моих жилах закипела кровь. Желание. Нужда. Потребовалась вся выдержка, чтобы не начать ерзать и извиваться. Вся выдержка, чтобы не начать умолять его… О чем? О большем. Только так я могла это сформулировать. Просто - «о большем».

Чтобы не терять бдительности, я пристально следила за тем, как он нападал на мое тело. Он был сосредоточен. Сдержан. Как настоящий профессионал, хотя это была и не его работа. И, как всегда, держал себя в руках.

Но едва заметная напряженность выдавала его с головой. Я видела усилия, которые он прилагал, чтобы сохранять спокойствие. Видела, как черты его лица затуманило желание. Видела, как его взгляд скользил по моей коже. Я перестала гадать и стала мечтать о том, как это могло бы быть.

Он потянулся к простыне, и во мне затеплилась надежда. Но он просто накрыл мою ногу и перешел на другую сторону, чтобы повторить процесс.

Правда на этот раз он решил заговорить:

– Надеюсь, ты расслаблена и пребываешь в хорошем расположении духа, Эмили. Потому что нам надо поговорить.

На душе появилось плохое предчувствие. Разговор был явно не тем направлением, в котором я хотела, чтобы развивались события. Что бы он ни хотел сказать, я была не особо настроена слушать. Слишком уж была возбуждена.

Хотя он не говорил об этом вслух, но я знала, что таковы условия его сделки: он касается меня, по-своему, а я должна слушать его, хочется мне этого или нет.

Поэтому снова привстала и обратила на него столько внимания, сколько могла.

– Очень интересно, - начал он, повторяя эти потрясающие движения пальцами, массируя мою стопу, - как люди реагируют на тебя, когда думают, что ты избежал наказания за убийство.

У меня скрутило живот. Не стоило и говорить: любой разговор, начинающийся с убийства, не мог хорошо закончиться.

– Большинство людей боятся тебя, - сказал он, когда скользнул рукой по моей голени.
– Они вечно заняты. Перестают посещать твои мероприятия. Они, само собой, не позволяют себе быть замеченными рядом с тобой. На самом деле, из-за потери таких связей не стоит особо расстраиваться, ведь тебе не нужны трусы. Это хороший способ избавиться от них.

– Я не трусиха, - возразила я, желая защититься. Хотя и не понимала зачем. Или почему беспокоилась о том, что он мог иметь в виду, будто сложившаяся ситуация - хороший способ избавиться от меня? Ведь, вероятно, именно этого я и должна была желать.

Он взглянул на меня с весельем в глазах.

– Нет. Ты не трусиха. Не боишься. Или просто недостаточно сильно боишься.

Я едва справлялась с дрожью, которая стремилась завладеть моим телом. Это было довольно угрожающее заявление. И я хотела начать отрицать и его. Мне хотелось сказать ему, что уже достаточно испугалась. Но что, черт возьми, все это означало?

Однако, возможно, он был прав. Учитывая, что несмотря на все, что о нем узнала, я все еще была возбуждена. Все еще возбуждена, вопреки предупреждению, ясно звучавшему в его тоне. Я действительно была недостаточно напугана.