Чтение онлайн

— Наоборот, Амалия была хорошая, — волшебник вздохнул, с тоской посмотрел в окно, которое находилось по левую сторону от кровати. — Мне ее не хватает.

Я неловко отвела глаза, сжав в руках бархат юбки. Мне показалось, что я заставила вспомнить Дамира что-то личное. Приоткрыла дверцу его души, украдкой подглядев его тайны.

— Расскажите мне про нее, — тихо произнесла я, сгорая от вспыхнувшего любопытства.

За окном выглянуло из-за снежных туч холодное зимнее солнце. Его луч проникнул в комнату и робко прикоснувшись к Дамиру. Бледный чародей едва заметно улыбнулся, немигающе смотря на покрытое ледяными узорами окно.

— Яркая, теплая, как летнее солнце — Амалия была лучом света, который согревал всех вокруг. Своенравная, непоколебимая в своих убеждениях — она всегда шагала вперед с гордо поднятой головой. Смелая и решительная — такие люди навсегда вписывают свое имя в историю. Две рыжие косички, взгляд небесно-голубых глаз, добрая, согревающее сердце улыбка… Она мечтала стать чародейкой, хоть и не имела ни малейших способностей к магии, зато у нее был недюжий ум и желание добиться успеха. Амалия свято верила, что человек властен над своей судьбой, что он сам решает как ему жить. Такой я ее и запомнил, такой она навсегда впечаталась мне в сердце… — маг вздохнул и с тоской посмотрел на меня. — Все люди смертны и не стоит напрасно рисковать своей жизнью. Хотите знать, почему маги порой ведут себя, как легкомысленные юнцы, хотя им уже давно не полсотни лет? Это из-за боли. Очень больно видеть, как все близкие тебе люди умирают, а ты ничего не можешь с этим поделать. Чувство беспомощности — самый страшный враг для чародея. Когда опускаются руки, когда тебе тошно жить и ты каждый миг коришь себя за бессилие… Чем старше маг, тем независимо от опыта и способностей боль усиливается, накапливается будто ком, мешая дальше смотреть на мир в светлых тонах. Ты живешь, а люди вокруг тебя умирают. Дорогие друзья, любимые — всех кого ты знал и любил в итоге постигнет одна участь. Есть только один способ не сойти с ума — надо попытаться проще смотреть на мир, не вспоминать прошлое, а жить настоящим. Может поэтому нас называют несерьезными, порой излишне беззаботными… просто, когда вспоминаешь, все то… — Дамир сжал губы и горько усмехнулся. — Мда. В мыслях это звучало намного лучше.

— Вам плохо? — я неловко погладила его по плечу, проникнувшись монологом.

Не знала, что мужчины способны на такие слова. У меня в груди все сжалось от сочувствия к магу. Никогда не задумывалась о том, что чувствуют чародеи, живущие в мире не одну сотню лет.

— Если не считать того, что у меня насморк, мучает кашель, не спадает температура и гадкое чувство опустошенности от оков — мне хорошо, — попытался улыбнуться Дамир. Шмыгнул носом.

— Нет, я про… эта девушка умерла?

— Неважно. Мы тогда были непоседливыми детьми и лезли во все щели, ища приключений на мягкое место. Костерили учителя, когда он пытался нас образумить, бегали, как верные собачки за Амалией, когда она придумывала новый гениальный план. Смешно вспоминать. Те проблемы сейчас кажутся такими мелкими и несущественными, а чувства наивными… Всего почти триста лет прошло, а, кажется, что минула целая вечность. Все вспоминается, будто во сне…

Он поежился от сквозняка и почти до макушки натянул на себя одеяло. Я вздохнула. Мне не нравились оттенки минора, что стали звучать в спальне. Не пойдет больному на пользу грустить, вспоминая печальное прошлое.

— А я в детстве тащила во дворец любую живность, которую находила в саду, — неловко улыбнулась я, вспоминая свои маленькие глупости. — Мои няньки всегда были в ужасе, когда находили спрятанных крыс, кузнечиков выпрыгивающих из-за диванной подушки, ящериц живущих в шкафу, ежиков и даже лягушек, которые обосновались у меня в ванной. Я обожала животных, и для каждого у меня было особое имя. Хотя няньки ругались и выкидывали, как они называли моих бедных зверушек «мерзостью», я всегда их находила и запихивала обратно по углам. Они иногда даже гуляли по дворцу — то в прическе заносчивая фрейлина найдет крысу, то лягушка случайно упадет даме в корсет, то во время службы будет внезапное нашествие ежиков… Я была еще той озорницей.

Одеяло тихонько захихикало. Дамир явно очень красочно представил дворцовые будни моего детства. Тогда в резиденции короля творился бедлам, устраиваемый его любимой дочуркой. Только сейчас я вспоминаю мои шалости и тихонько краснею от стыда, а тогда мне было весело играть со зверями. Что могли подумать про меня иностранные послы и представить страшно.

— Вижу любовь к животным в вас сохранилась и по сей день — Дамир высунул голову из одеяла, явив миру широкую улыбку и бледное измученное лицо. Похоже, мне удалось поднять ему настроение. — Вы также даете им очень странные имена.

Я, немного обидевшись, вздернула подбородок. Нормальные я даю им имена. Дамир увидев мою реакцию, засмеялся, еще сильнее прикрывшись одеялом. Мои уши заалели…

Прервав нашу беседу, в комнату ворвался озадаченный Джек.

— А Милены нигде нет.

— Как нет?

— Слава Великой, — облегченно вздохнул колдун. — Терпеть не могу куриный бульон.

— Если ее нет, то я пойду и сама что-нибудь найду на кухне, — решительно произнесла я, резко встав на ноги, хитрюще сощурилась, и добавила, посмотрев на мага, — например… куриный бульон.

С кровати послышались чьи-то несчастные всхлипы.

— Бульон приготовленный руками Эрики? — взмолился Дамир. — Вы явно желаете моей смерти.

— Конечно, нет — возмутилась я, уперев в бока руки — Я, если хотите знать, в детстве проходила курс кулинарии. Делов-то — опустить курицу в кипяток

— Не забудьте очистить ее от перьев и потрохов, — учтиво дополнил маг.

— А зачем?

Дамир укрылся одеялом с головой, что-то бурча на незнакомом мне языке. Я не поняла, чем он недоволен?

— Я лучше умру от простуды, чем от несварения желудка.

— Не волнуйся, Дам, — попытался успокоить его призрак. — Мы просто приготовим тебе чай с медом. Я обязательно за всем прослежу!

— Джек, — прослезился от счастья волшебник, выглядывая из-под пуховой спасительницы. — Ты такой хороший. Можно мне еще и шоколадку…

Призрак сразу зарделся от похвалы и дал необдуманное обещание.

— Да без проблем!

— А как же бульон? — возмутилась я, смотря на счастливо шмыгающего носом мага — Я уже настроилась на готовку!

— В следующий раз и под чутким руководством Милены, — довольно промурлыкал Дамир уже в мыслях поглощающий лакомство. — Джек, ты только не забудь! Чай можешь не нести, а вот шоколад обязан!

— Да знаю я, — пробурчал призрак и, уходя через стену, выплюнул. — Шоколадоголик!

Глава 20

Я и Джек только спустились на первый этаж, направляясь к кухне, как вдруг произошло то, что вогнало меня в ступор. Я шокировано замерла, услышав жуткий грохот из ближайшего бокового коридора, ведущий к выходу, через который обычно заходили с внутреннего двора слуги.

Женское любопытство вмиг дало о себе знать — я, позабыв про кухню и о своей обязанности покормить больного человека, прямиком, невзирая на ожидающую впереди опасность пошла к источнику шума. Джек, прикрывая мне спину, полетел за мной следом. Все равно ему одному было скучно, а тут назревало что-то веселенькое.

Впереди все сильнее стал слышаться чей-то смех и голоса. Я, встав на цыпочки как можно тише пошла по коридору, прислушиваясь к звукам. Воры? Быть не может. С репутацией Дамира ни один нормальный вор не сунется сюда по собственной воле. А может это друзья колдуна? Но друзья не станут крушить замок. Тогда кто? Мне даже в голову не могло прийти, что это окажутся… Нет, не так.