Чтение онлайн

— Страшно, — пыхнув трубкой хмурится Сталин. — Ты был в будущем, что случится с нами?

— Ничего хорошего. Вы, Иосиф Виссарионович, умрёте при загадочных обстоятельствах в пятьдесят третьем. К власти придёт Хрущёв и очернит ваше имя. Лаврентия Палыча объявят шпионом и расстреляют. Всех ваших сторонников уберут. Ваш сын, Василий, умрёт в ссылке.

— Василий… — мрачнеет Сталин. — А потом?

— Понимаете, Иосиф Виссарионович, как бы вас не ругали, как бы не очерняли, народ по прежнему вас любит. И в первом мире, и в третьем вас помнят. У старшего поколения, есть даже поговорка. Когда старики видели беззаконие, несправедливость или откровенную глупость, они говорили… Сталина на них нет. Поэтому…

— Что скажете, товарищи? — поворачивается к маршалам Сталин.

— Капитан Константинов прав, — встаёт Жуков. — Мы можем освободить Европу, мы сделаем это. Но они… Нам этого не простят. Сейчас, мы сражаемся не с Германией, Японией, Америкой и Англией, мы сражаемся со всем миром. И победить в этой страшной войне, мы можем только жёсткими методами.

— Нас травят газами, бомбят города, уничтожают население в лагерях смерти, — поднимается Рокоссовский. — Как бы тяжело мне не было, победить в войне на уничтожение мы сможем только такими же методами. Я согласен с товарищем Константиновым.

— Говорить мне не о чем, — встаёт Конев. — От этих ужасов… Я поддерживаю капитана Константинова.

— Категорически за, — встаёт Быстрицкий. — Это война давно уже идёт не по правилам. Пора её заканчивать на наших условиях.

— Да, — нацепив очки кивает Берия. — Товарищи, вы правы. Хоть это и жестоко, рассусоливать здесь нет смысла. Давать врагам передышку тоже

— Действуйте, — мрачно произносит Сталин. — Товарищ Константинов. Враги долго убеждали нас в том что Советский Союз, он же Красный Медведь, загнан в угол, унижен и его смерть всего лишь вопрос времени. Покажем им что с медведями шутки плохи.

— Начинаем операцию — Возмездие Красного Медведя, — киваю присутствующим. — Свой план я уже озвучил. Давайте внесём корректировки и приступим к выполнению.

Корректировки много времени не занимают. Все быстро приходят к согласию и получается следующее. Восточный фронт, наносит удар по анимешникам и их союзникам — любителям в пять часов попить чай. Как только Рокоссовский стирает эту мерзость с лица земли, вход вступают Быстрицкий и Конев. Иван Степаныч бьёт по тем до кого дотянется, мы разносим строящуюся оборонительную линию и переходим в наступление. Всё просто, чётко и понятно. Главным над нами назначается естественно Георгий Константинович. В остальном полная свобода действий. Почти полная, потому что уничтожать гражданское население никто не хочет.

Что с одной стороны правильно, с другой… Несмотря на мой дар убеждения и схожие с моими способности Быстрицкого, попытки убедить руководство в том что врагов за спиной оставлять нельзя, натыкаются на яростное сопротивление. Маршалы, Сталин, Берия плюнув на наши фокусы остаются непреклонны. Доказывают мне что мы не фашисты и их методами полностью действовать не можем. Да и…

Да, что-то я разошёлся. Хотя, я тоже прав и продолжу настаивать на своём, но делать это буду аккуратно. Потому как торопиться, наглеть и слишком верить в себя, занятие такое себе. Но главное не это, а то что мне верят.

****

После совещания, точнее уже утром, когда все планы по несколько раз перетрясли и дополнили, начинается работа. Не знаю как так, но мы удивительно быстро перемещаемся на вокзал. Где сгружаю бомбы в вагоны бронепоездов.

Восемь штук, маршал Рокоссовский, Серафина и Белка, после прощания и напутствий отправляются на восток. Морозова и Роза, вместе с Коневым на юг. Мы… Мы едем обратно. Мне предстоит разговор с товарищем Мессингом, о котором мне рассказала Морозова. И, как говорит Серафина, увлекательная беседа со Сталиным и Берией по вопросам будущего, которое до предела их заинтересовало. Ну и, Преображенская намекает на то, что скоро свершится нечто. Не опасное, но судьбоносное. Поэтому мне, не стоит рваться на фронт, а сидеть и ждать здесь.

В штабе задерживаемся на три дня. Время проходит очень плодотворно, но обо всём по порядку, то есть с первого дня или же с разговора с подручным экстрасенсом товарища Сталина, или по простому Вольфом.

От него я узнаю что творится в ставке, а творится мало чего хорошего, и в моём мире. То есть теперь уже не моём, потому как там пытается свести концы с концами ещё один осколок. Тёмный Император Константин Первый. Который…

Дела у Костяна куда как лучше, а процессы идут значительно быстрее. Как оказалось, Сердца вернули его в Лэртон. Сохранившийся торговый пост, который и городом назвать язык не поворачивался. Раньше. Теперь это столица Тёмной Империи. Костя присоединил к себе почти все Сердца, завоевал королевства, коих после уничтожения Империи образовалось слишком уж много. Нашёл жён. Арата, Любица, Аби, все кто выжил. Набрал внушительную по составу и разнообразию семью. Включая двух каким-то чудом выживших дракониц, одна из которых древняя. В семье элементали, Тёмные Духи, зверолюдка. Обманутая мной Ариана нашла своё счастье. И вроде бы всё хорошо. Настолько хорошо что даже демоны вернулись. Но там снова война и снова со Светлыми. Первопричина же… Это всё-таки оружие. Разработанное лавовым элементалем Адель и древним драконом Груан’Ди как мера противодействия опасному для магических существ лунному серебру. Первопричина, должна была втягивать в себя всю эту дрянь, расти и становиться полноценным излучателем магии. Менять живущих в Светлой Империи людей, то есть пробуждать их магические способности, выдавать информацию о сути вещей и кого-то отпугивать. Кого именно непонятно, информации об этом нет. Но у меня есть предположения. Так же я начинаю понимать принцип действия розеток «Первопричины.» И то что люди умирали потому что настроена эта хрень на других людей, более расположенных к магии.

Ещё к плохим новостям можно отнести то, что меня предал не только сын, но и приближённые. Синеусый, Мерзкий, Тилиан. А вот Тари, к моей радости выжил. Ушёл на север и правил там. Сейчас Костя и Эрик, потомок Тари, хорошо ладят и это плюс.

Очень надеюсь что они там справятся. Надеюсь, но боюсь что осколок просто не потянет. У него ни магии, ни сил. Конечно это компенсируют семья и доспехи, но… Я верю что всё у них будет. И понимаю, что шар прибыл не для того чтобы забрать меня, а чтобы открыть мне память. Что почти получилось, но…

Мне туда не вернуться, моё место здесь и мне надо сделать всё для того чтобы не накосячить и в этом мире. Потому что сейчас, ну вот никак нельзя. А тот мир… Как бы больно мне не было, я должен быть спокоен потому что Костя и я, мы даже не части одного целого, мы копии друг друга. Да, с отличиями, но… Он справится.

Второй день уходит на общую информацию и более детальное описание моих похождений, намерений и целей. И вот сегодня, сидя за столом, мы переходим к обстановке в Союзе и тут мне хочется схватиться за голову. За пять лет, война унесла десятки миллионов жизней. Многие страны, народы, были просто уничтожены фашистами и их союзниками. Голод, болезни, эпидемии, бомбёжки, бои всё это забирало и продолжает забирать жизни. Так что… Рождаемость практически на нуле, те дети что всё-таки появляются на свет, в большинстве случаев умирают от голода и болезней, старики гибнут по тем же причинам. Взрослое население гибнет на войне. Основная часть армии это подростки от тринадцати до пятнадцати лет и молодые люди от семнадцати до двадцати пяти. И это при том, что мужское и женское население в таком ужасном численном неравенстве, что на одного парня приходится пятнадцать девушек. А поскольку война не заканчивается, по прогнозам, если ничего не изменится, то через год, перевес будет двадцать к одному.

Ужас… Тут даже не волосы на голове рвать, тут в петлю лезть надо. Потому что даже после победы, союзу не выкарабкаться из той демографической ямы в которую его загнали. Размножаться и восстанавливать численность просто некому. Население мужского пола практически уничтожено и продолжает уничтожаться. Крах…

Сижу, перевариваю услышанное. Что для главы государства не остаётся незамеченным. Ну ещё бы, когда человек сидящий перед тобой, со стоном начинает биться головой об стол, поневоле поймёшь что с ним что-то не так.

— Вот видишь, Лаврентий, — кивая на меня вздыхает Сталин. — Товарищ Константинов сразу понял в какой безвыходной ситуации мы находимся. Смотри как расстроился.

— Силы Тёмные, да как так?

— Я думаю это план, — кивает Берия. — План по уничтожению. На нас даже ресурсы тратить не надо, мы сами вымрем. Даже если победим, то всё равно вымрем. Потери чудовищные. Только на восточном фронте, мы теряем в сутки до трёх тысяч человек. Лагеря смерти, голод, болезни… Получается…