Чтение онлайн

— Нда, — выдыхает Ломакин. — Вот это я опростоволосился. Бывает же так… Кхем.

Вот это новости. То есть дед настолько поехавший, что даты перепутал? На два года.

— А что это меняет? — стараясь не проблеваться спрашиваю.

— Да, собственно, ничего, — судя по звуку подходит ко мне Лазарев. — Всё что вам говорил товарищ профессор, происходит на самом деле. Только вот даты. Позвольте представиться, Лазарев Сергей Андреевич. В прошлом доктор наук, химия-биология, сейчас военно пленный. Попал а руки предателей, был похищен и отправлен в тыл врага, работать.

— А здесь вы как оказались?

— Занятная история получилась. Работать на врага я не хотел. Несмотря на предоставленное мне оборудование, ресурсы и целый штат помощников, многие из которых являлись перебежчиками, изучать «Первопричину» я не стал. Точнее стал, но для своих целей. Я собрал бомбу, потом устроил побег и уничтожил исследовательский комплекс. Далее меня поймали, долго истязали и дабы не потерять ещё один исследовательский комплекс, отправили сюда. Герр Мюллер, настоятельно рекомендовал мне не выделываться. Потому что здесь, в Идельштайне, обитает некая фрау Бригг. И она, с его слов, должна была сделать из меня нечто похожее на человека. Однако, как я понимаю, хоть я и попал в Идельштайн, встретиться с ней мне не суждено.

— Надеюсь что так. Как себя чувствуете?

— Спасибо, тронут вашей заботой, уже лучше.

С трудом разлепляю один глаз и первым кого вижу, является мужичок лет сорока. Лысый, тощий, в сером комбезе явно не по размеру и очках с проволокой вместо дужек. Взгляд умный, злой, сволочь одним словом. На меня смотрит как на чудо природы и судя по взгляду желает препарировать.

— Биолюминесценция, — упав на колени бормочет Лазарев. — Поразительно. Радужка вашего глаза, светится серебристо-голубым. Извините за настойчивость, но что вам это даёт?

— Я вижу металл. Вижу и могу манипулировать им. Взаимодействовать, менять форму.

— А, извините, кушать его вы тоже можете? Профессор меня не разыгрывает?

— Нет.

— Это надо изучить. С этим надо разобраться. Я назову этот феномен… Владислав, как ваша фамилия?

— Константинов.

— Я назову сей феномен… Феномен Ломакина-Константинова. Точно, в честь первооткрывателей. Профессор, мне нужны образцы тканей и крови Владислава. Оборудования и реактивов мне хватит. Давайте, начинаем.

— С этим можно подождать. Вы здесь и, возможно, скоро завернёте ласты от излучения. И это…

— Ну что вы, — подбежав к столу и взяв колбу с красной жидкостью улыбается Лазарев. — Мы уже несколько часов как решили эту проблему. Вот… Это называется экстракт красных кристаллов. Или же, если просто то — красные кристаллы растворённые в спирте. Инъекции весьма болезненные, побочные эффекты в виде озноба, нервного напряжения и панических атак. Но потом, даже сильное излучение не страшно. Позвольте объяснить. Так значит…

Со слов Лазарева, опасно только излучение «Розочек» или розеток кристаллов. Их три вида, растут они всегда вместе, и когда растут в одной розетке, излучением своим убивают всё вокруг или вызывают спонтанные, не всегда одинаковые мутаци, тут всё зависит от соотношения кристаллов в розетке. Больше одних, мутация будет полезной. Больше других и человек, животное или даже растение исказятся.

Разделённые кристаллы, особой опасности не несут, а красные лечат и даже омолаживают. И вот как раз таки всем этим, то есть изучением влияния «Первопричины» на живые организмы и предстояло заниматься Лазареву. Но он, вместо того чтобы выводить Германию в лидеры, как самый распоследний урод, сделал ноги взорвал весь комплекс вместе с ресурсами, передовым на наш теперь уже сорок пятый год оборудованием, светилами германской науки и самое главное — огромными запасами «Первопричины.» Чем нанёс колоссальный урон немчуре, их науке и сильно ударил по карману. Опять же, стараниями Лазарева, огромный участок земли, несколько воинских частей и даже оккупированный город где производили оружие и технику, превратились в пустыню.

Расстрелять негодяя на месте, не позволила его ценность. Пытать сильно не стали, очень нужен. Не каждый из мусора сможет бомбу на несколько десятков килотонн собрать. Психологическое давление, включая казни, иногда даже массовые, Лазарев игнорировал. Как игнорировал странных людей из Аненербе, которые как-то пытались на него воздействовать, гипнотизировали и занимались прочей оккультной хренотенью.

Тогда, руководство, решило отправить его сюда, под крылышко Марты. Которая, поскольку большой специалист, должна была сломать его, не убивая. Короче, Лазарева списали. И как мне кажется. большие начальники просто махнули на него рукой. Мол справится Марта — хорошо. Не справится и убьёт Лазарева… Ну, тоже неплохо. Вреда от него всё равно больше.

И вот таким образом, Лазарев и оказался здесь, в спущенном нами под откос поезде. Который…

Ну, тут у меня три варианта. Или нас по пятам преследует укуренная в хлам удача, или нам кто-то помогает, или это всё части одного плана и Лазарев здесь за тем, чтобы работать, но делать это… Паранойя какая-то. А ну-ка…

Прошу Серафину подойти и спрашиваю о нашем госте. На что Преображенская сразу же отвечает что проверила его черепушку вдоль и поперёк. Заглянула даже в детские воспоминания и пришла к выводу что он не врёт. На мой вопрос как она это поняла, Серафина устраивает мне мысленную лекцию по теме. Но если просто, то у человека со временем искажаются воспоминания. Что-то забывается, другое меняется… Лазарев же точно и без изменений помнит только химию и биологию. Может слово в слово пересказать прочитанную лет десять назад книгу. Помнит даже где ставил запятые в диссертации. А вот в остальном, всё как у всех.

Не как у всех только разум. Серафина уверенна что Лазарев думает быстрее, лучше запоминает и обрабатывает информацию. К тому же он мечтатель, энтузиаст и фанат своего дела.

В обычной жизни — оболтус. Раздолбай каких свет не видывал, невероятно рассеян и забывчив. Любитель выпить, покурить и зависнуть с девушками посимпатичнее.

— Наш человек, — мысленно улыбаюсь.

— Я бы попросила.

— И я тебя попрошу, Серафина. Попрошу следить за ним и если что, сначала бить, а уже потом спрашивать. Мы договорились? Если да, то передай остальным.

Хм… Как же всё-таки это странно.

****

Ближе к обеду, начинается транспортировка меня всего такого больного, в другую комнату. В лаборатории теперь жить невозможно, там два безумных учёных. В спальню тоже соваться не стоит, там пять девушек. Поэтому, меня вместе с лежанкой переносят в одну из пустых комнат где уже навели порядок. Приносят воду, консервы, металл и кристаллы. После чего поцеловав уходят.

И я, спокойно могу подумать. Вот только мысли почему-то крутятся не о проблемах, не о том что кругом враги, а о девушках. Нет, мысли не пошлые, хотя они тоже есть. А немного другие.

Мы, не то тёмные духи, не то элементали… От чего, у нас, скорее всего не будет детей, потому как тёмные духи если смотреть на двух моих жён этого не могут. И я как бы переживу, но вот они… Но опять же, если мы похожи на элементалей, то они прекрасно размножаются привычным способом и никаких проблем у них нет. Опять же, мы могли в какой-то степени остаться людьми. И это тоже даёт надежду.

Надежду на что? Почему их всего множества вопросов, меня беспокоят именно эти? Почему я не думаю как выжить, как захватить мир и достичь мирового господства, а заморачиваюсь о счастье девушек которых едва знаю.