Чтение онлайн

Достал документ, положил его на стол перед банкиром. Тот взял его, быстро пробежал глазами по документы, после чего с грохотом приложил его об стол.

— Третий ранг?! В атакующих артефактах?! Но вы же делаете защитные?! — Кажется мне удалось его потрясти.

— Решил, что Мосин оценит мою работу. — Пожал плечами. — Но защитные артефакты я действительно умею делать хорошо.

Как и поддерживающие и вообще все, что можно придумать. Кроме призыва богов — никогда не думал, что нужен артефакт для вызова самого себя. Это попахивает крайней степенью нарциссизма.

Александр Александрович задумался, тарабаня пальцами по столешнице, глядя в стопку документов на краю стола. Но через пару минут всё-таки решился.

— Ладно, в любом случае мой клиент заинтересован в ваших услугах. Оплата соответствующая.

— Ваша комиссия? — спросил я, понимая, что такие связи обычно стоят денег.

— Первый заказ — бесплатно. Если сработаетесь — пять процентов от суммы заказа.

— Принимаю. Подпишем соглашение?

Греховин улыбнулся и положил на стол подготовленный документ, в который осталось вписать размер комиссии и поставить подписи.

Через час мы уже ехали на место встречи с клиентом — в какой-то крутой ресторан в центре столицы, недалеко от Храма. Греховин устроился в нашей машине и рассказывал о необычных клиентах, с которыми ему приходилось встречаться.

Добравшись до места встречи, мы вышли и сразу оказались в толпе людей. Несмотря на понедельник, куча молодых и не очень людей, в дорогой одежде, с ухоженными красивыми лицами, шла по тротуарам, заглядывала в кафе и рестораны, заказывала мороженное и выпивку.

Мимо проскочила девушка, закинув за спину оружейный чехол для винтовки, подскочила к подружкам, обнялась и они принялись обсуждать то, как поедут на стрельбище, когда подъедет некий Феня.

Черкасов поехал парковать машину, а Александр Александрович провёл меня к ресторану под забавным названием «Клара в кляре».

У самых дверей зазвонил телефон и пришлось отойти в сторонку, встав у широкого окна, за которым молодой паре как раз подавали еду.

— Слушаю.

— Серёжа, плохая новость, — голос Александры Валерьевны звучал так, словно сейчас разрежет пространство. — Твоя одарённая с контролем сбежала. Обещала оторвать тебе голову.

— Как так получилось? — спросил я после небольшого ступора. — Как обычная девочка смогла убежать от ВАС?

— Дар. Мощный Дар. Задурила голову охране, пока я выходила из допросной.

Я глянул на часы, что висели рядом над улицей. Её что, допрашивали двое суток?

— Теперь понятно, почему в прошлый раз вы сразу убили того парня с похожим Даром.

— Дар того идиота ни в какое сравнение не идёт с возможностями этой девочки, как ты её назвал. И её тоже следовало убить сразу, но слишком уж много информации она должна знать.

— Что-то удалось выяснить?

— Да. И тебя это тоже касается. Так что приезжай в офис, переговорим.

— У меня сейчас встреча с клиентом, а после постараюсь приехать.

— С каких пор у тебя есть клиенты?

С тех пор, как и друзья, Дар и прочие прелести новой жизни. Так что не стал отвечать на риторический вопрос.

В общем, теперь мне снова нужно глядеть в оба, а то вдруг вот та красотка в красном платье окажется лже-Серафимой и подбежит убить меня?

Интересно, а почему она просила убиться мне самостоятельно? Странное пожелание от человека, который и так стрелял в меня из пистолета и только благодаря случаю слегка промазал.

Выбросив лишние мысли из головы, зашёл в ресторан. Греховин ждал меня у входа, степенно разговаривая с распорядительницей. Убедившись, что я рядом, женщина провела нас через зал, завернула в небольшой коридор, где по обе стороны шли деревянные двери с номерками.

— Вас ждут в кабинете номер три, — сказала распорядительница. — Придётся пять минут подождать — там убирают после предыдущего визита.

Греховин поблагодарил и мы оба подпёрли стены. Мы не торопились, молча изучая картины на стенах. На удивление, перед нами висели оригиналы известных художников. Эта Клара, которая в кляре, оказалась хорошим знатоком искусства.

Открылась дверь третьего кабинета, две девушки вынесли подносы, груженные грязной посудой, проскользнув между нами. Из приоткрытой двери донеслись спокойные голоса, один молодой, а другой явно человека в возрасте.

— Хорошо, понял вас. Пойду, у вас сейчас ещё одна встреча будет, — услышал молодой голос. Ужасно знакомый.

— Удачи, юноша, — попрощался старый, после чего дверь открылась полностью и в коридор вышел Алексей Яростный.

Мы встретились глазами и одновременно улыбнулись. А потом нахмурились. Яростный оглянулся, глянув в кабинет, хмыкнул.

— Не думал, что ты настолько ревнив, Шторм.

Я покачал головой, не зная, что отвечать.

Хранитель прошёл мимо, кивнул Александру Александровичу и вышел из ресторана. За окном я увидел его представительский ЗИС с белыми боковинами покрышек.

— Вы знаете господина Яростного? — поинтересовался Греховин.

— Немного.

Вдруг из кабинета раздался голос:

— Слышу, ты уже пришёл, Александр. Заходи, не стой в дверях.

Мы зашли внутрь. Кабинет оказался просто отдельной комнатой со столом, удобными стульями и местом, чтобы могла проехать инвалидная коляска. Во главе стола сейчас как раз сидел пожилой мужчина в коляске, у которого не было ног и рук.

— Руслан Прокопьевич Юсупов, — представил инвалида Греховин. — Сергей Иванович Шторм. — Указал на меня. — Руслан Прокопьевич, вы хотели видеть того, кто смог сделать столь изящные и эффективные защитные артефакты — я привёл его. Надеюсь, вы сработаетесь.

Юсупов кивнул, и Александр Александрович вышел, прикрыв за собой дверь. После этого Юсупов сделал движение культей, и комнату покрыла тонкая чёрная плёнка — защита от прослушивания.

— Присаживайтесь, Сергей. Я очень хочу с вами поговорить.

Старик сидел один, вокруг не было помощников, но ощущение угрозы от него исходило такое, будто я полностью окружён солдатами. Или танками с кумулятивными снарядами.

— Я постою. Насиделся за работой.

Инвалид наклонил головой, как птица, но не стал настаивать. В этот момент зашла девушка и спросила, что будем заказывать.

— Берите, что хотите, молодой человек. Я пригласил, так что оплачиваю банкет.

— Не стоит, Руслан Панкратович. Я не голоден.

Девушка выслушала заказ старика — чай, пирожное, — и вышла, оставив нас наедине. Плёнка тьмы на двери стала плотнее.