Чтение онлайн

Он замолк, кивнул помощнику и тот достал из кармана флягу, складную рюмку, налил стопку.

— Помянем, — сказал Руслан Панкратович и своей силой, тёмным даром, поднял рюмку и опрокинул. Крякнул, запил чаем. Посмотрел на меня. — А ты произвёл впечатление на меня. Такой уровень артефакторики при столь слабом Даре. Заслуживает уважения.

— И выстрела из танка. И подарочного снаряда в пруд, — не удержался я, чувствуя, что ситуация стала чуток, но спокойнее.

Руслан Панкратович нахмурился.

— Выстрел да, было весело. Кое-кому пришлось вернуть долг, — он вдруг кровожадно улыбнулся. Ох, не хочу быть его должником! Он же парням жизнь испортил! — Но вот про пруд ничего не знаю.

— Вы уже говорили это. А потом признались.

— Не-не, я готов брать ответственность за свои поступки. Но не за чужие. Особенно те, которые не красят. Снаряд в пруде — это слишком. Там же большая часть энергии уйдёт на испарение воды, а не на взрыв. Неэффективно.

Я слегка прихренел от логики старика, но выглядел он вполне уверенным. Получается, кто-то воспользоваться ситуацией и подкинул мне снаряд просто так? Может лже-Серафима, которая сбежала от Вороновой? Она могла быть в курсе моих проблем по информации от аналитика Клары. И воспользоваться моментом, чтобы надавить мне на психику.

Хотя вокруг все пытаются давить мне на психику, не прекращая ни на минуту. Задолбали.

— Так что вы хотите от меня? Пристрелить из гаубицы? Утопить подводной лодкой? Превратить в бога и натравить Церберов? Так они и так уже устали от меня, зачем им портить настроение ещё больше.

Юсупов затряс головой, от чего порция чая попала не в рот, а на щеку, а затем на одежду. Одарённый воды сразу извинился и вытянул влагу из одежды, направив её в мусорное ведро.

— Тебе же Александр сказал — меня интересуют твои артефакты. Вон те самые, которыми ты отбился от моей атаки. Это было показательно! — в голосе старика мелькнул восторг. — Я ещё твоему прадеду говорил, что нужно становится артефактором, делать что-то своё, а он отказывался, как и его дети. Рад, что хоть правнук взялся за ум. А ведь сразу было видно, что вы, Штормы, к этому предрасположены.

В моей голове не укладывалось: атака из танка, как тест; атака вживую, как тест; а затем заказ защитных артефактов, как результат тестирования. Что в голове у этого старика?!

— Не уверен, что готов к сотрудничеству на таких условиях… — начал я, да Юсупов меня прервал:

— Успокойся, Сергей. Да, с танком вышло чуть жёстче, чем надо было, но Хазин и так собирался из него стрелять. Просто я попросил увеличить нагрузку. Я, всё-таки, вложился в разработку Барьера, а твоя версия сулит мне хорошие дивиденды. Нужно было удостовериться, что всё действительно так, как ты обещал.

Вот как не ругаться матом в такой ситуации?

— К тому же, Яростный хорошо высказывался о твоей работе в своё время, так что я пригласил тебя на личный разговор.

— Он тоже вам поставляет артефакты?

— Наши дела с ним тебя не касаются, — холодно ответил Юсупов.

— Цитаты великих, — тихо сказал я, наконец, понимая, в какой идиотской ситуации оказался.

— Что?

— Ничего. Я должен оценить риски, уважаемый Руслан Панкратович, прежде чем сотрудничать с вами.

— Да какие риски? Одна сплошная польза! — воскликнул он.

— Меня беспокоят ваши методы проверки контрагента. И налаживания сотрудничества. — Я покосился на охрану, которая продолжала стоять за моими плечами.

— Издержки профессии, не обижайся, — «махнул рукой» Юсупов. — В общем, хочу сделать у тебя крупный заказ для своих людей. Штук сто комплектов. Когда сможешь взяться?

— То есть вы даже не рассматриваете вариант, что я могу отказаться? — моему удивлению не было предела.

— А зачем тебе это? Жирный заказ, у меня отличная репутация, в отличие от тебя. Решишь своим финансовые проблемы, сможешь заниматься любимым делом. В чём проблема-то?

В кабинете повисла тишина, все смотрели на меня. Внутри же меня закручивалась спираль шторма. Тело трепетало в ярости, сознание покрывалось красной пеленой, но где-то в самом центре души, как в оке шторма, в центре бури, стояли ледяное спокойствие и уверенность.

Я медленно положил руки на стол, выпрямил пальцы. Поднял голову и, глядя прямо в лицо Юсупова, ответил:

— У меня, как и у всех Штормов до меня, есть принципы. Внутренние правила, которые позволяет делать выбор и не жалеть о нём. Даже в тяжёлой и критической ситуации.

Руслан Панкратович хмыкнул на «тяжёлой ситуации», мол, чего я могу знать о тяжести. Могу, человек, гораздо больше, чем ты себе представляешь.

— Эти принципы иногда мешают, это правда. — Юсупов заулыбался, уверенный, что я сейчас прогнусь после своей пафосной речи. — Но они позволяют мне спать спокойно по ночам. Вы считаете нормальным поставить на кон чужую жизнь, просто как игровую фишку. Подставить других ради своего любопытства и, как вы говорите, проверок. Это не мой путь.

Я поднялся изо стола, активируя сферу неуязвимости и браслеты отражения.

— Если вам я так был интересен — могли бы позвонить или, на крайний случай, прислать письмо. Могли бы проявить человечность и поддержать подростка, который только что потерял родителей, брата и всё окружение. Вы бы получили верного соратника, который ради вас готов был бы на всё. Но вы предпочли поиграть в непонятную игру на выживание, рискуя моим наследием и чужими жизнями.

А ещё подставив мои дружеские отношения с Яростным.

— Так что я отказываюсь от вашего предложения и прошу более меня не беспокоить. Иначе придётся принять меры.

Старик-инвалид несколько мгновений помолчал, но затем усмехнулся.

— Меры? Ты? Против меня? Мило, очень мило. Что ж, ты меня заинтриговал, Шторм. Ради любопытства, я попрошу пару должников с бульдозерами заехать к тебе на участок, покататься, сравнять там что-то с землёй. Вдруг ещё снаряд в пруду найдут.

— Тогда ждите вопросов от городского департамента за разрушение исторического наследия, Руслан Панкратович. Чинуши не очень любят, когда к ним лезут посторонние. Тем более, что у них тоже есть покровители, заинтересованные в хорошей недвижимости.

Мы смотрели друг другу в глаза, не отводя взгляда. А затем я развернулся и вышел из кабинета — Юсупов не отдал приказ задержать меня.

Греховин сидел за столиком у дальней стены, но, увидев меня, вскочил. Однако я сделал движение рукой и покачал головой.

В дверях я встретил Черкасова.

— Наконец, нашёл, где запарковаться. В этом городе совсем перестало хватать места! А, что? Обратно? — Я кивнул. — А хоть чашку кофе можно?

— Я тебе в другом месте налью хоть ведро кофе, но отсюда мы уходим.