Чтение онлайн

— Сестра его боялась?

— Да. Ей бы хотелось немного отдалиться от него. Но это было почти невозможно: он слишком хотел быть у нее единственным близким человеком.

— Нужно его понять. Он всю жизнь провел то в больнице, то с сестрой. Она — его единственная семья. Она была последним, что связывало его с жизнью.

Палестро снова сел и надел ремешок бинокля себе на шею. Над отрогами Альп стали сгущаться облака. Значит, скоро начнет падать снег.

— Вернемся к «Человеку с оленьей головой», — продолжил де Пальма. — Допрашивала ли полиция Пьера Отрана? Ведь украденный предмет стоит немалых денег.

— Его не успели допросить.

— Что вы хотите этим сказать?

— Через несколько месяцев он умер. Когда он уезжал с места раскопок, я не знал, что вижу его в последний раз.

— Как он умер?

— Мне сказали, что это был нелепый несчастный случай. Меняя лампочку, он попал под ток и неудачно упал со стула. Это меня очень удивляет!

— Почему?

— Вы когда-нибудь видели, чтобы инженер его уровня засунул пальцы в патрон лампочки?

— Почему бы и нет?

— Пьер был очень аккуратным и осторожным. Он был помешан на порядке. У него все было на своем месте.

— Вы хотите сказать, что он был убит?

— Именно так я и считаю.

— Объясните почему.

— Это всего лишь предположение.

Де Пальма вынул пачку сигарет и предложил старому ученому. Тот взял одну сигарету.

— Вы должны были иметь веские причины для такого предположения. Может быть, Кристина вам что-то говорила?

— Она мне говорила, что ее мать презирала ее отца настолько, что постоянно его унижала. Она боялась матери и часто мне говорила, что ее мать — опасный человек. Только отъезд Пьера Отрана с места раскопок заставил меня задуматься над этим — задним числом.

— Что вы хотите этим сказать?

— Мы только что нашли «Человека с оленьей головой», когда подъехала машина. Ее машина. Она не вышла, даже не выключила мотор. На ней были большие солнцезащитные очки. Он подошел, поговорил с ней о чем-то, потом вернулся, сказал мне «до свидания» и умчался.

— Почему это вас так потрясло?

— Потому что мне показалось, что он говорит мне «прощай». У него были слезы на глазах. За несколько дней до отъезда Пьера Отрана с раскопок его сын был направлен на принудительное лечение по решению администрации. В истории болезни сына хранились два документа — от администрации и из психиатрической больницы, которые подтверждали это направление и указывали его причину: Тома едва не убил одну из своих подружек.

Часы на колокольне Кенсона пробили пять раз.

— Вы пытались вернуть «Человека с оленьей головой»? — поинтересовался де Пальма.

— Нет.

— Что говорила вам о нем Кристина?

— Она считала, что ее отец умер из-за него.

— Значит, вы знали, что он был у Пьера Отрана?

— Да, я это узнал через много времени после его смерти.

— Кто сказал вам об этом?

— Кристина.

— После того как он умер, статуэтка исчезла?

— Нет. Я думаю, что Тома ее спрятал.

— Его сестра говорила вам, куда он мог спрятать статуэтку?

— Нет. Больше я ничего не знаю.

Де Пальма несколько секунд сосредоточивался. Одинокий ворон сел на поле лаванды между пухлыми грядами.

— Значит, Пьер Отран вернулся от машины для того, чтобы украсть у вас этого «Человека с оленьей головой»?

— На этот вопрос у меня нет ответа, — сказал Палестро.

Вторая черная птица с хриплым карканьем опустилась на землю недалеко от первой. Должно быть, оспаривали один у другого падаль.

— Что именно означает этот «Человек с оленьей головой»? — спросил де Пальма.

— Это трудно сказать.

— Все-таки попытайтесь.

Палестро вынул руки из карманов и сильно потер ладонь о ладонь.

— Вы когда-нибудь думали о том, что тот человек, которого мы называем доисторическим, может прийти к нам на помощь, если только мы сможем его услышать?

— Мне никогда не приходило в голову ничего подобного.

— Месье де Пальма! Человек — художник с тех пор, как существует. «Человек с оленьей головой» был задуман примерно тридцать тысяч лет назад. По масштабам всей истории эволюции человеческого рода это практически наше время. Этот человек-полузверь символизирует бессознательное начало психики древнего художника.

Между этим художником и нами — непрерывная цепь поколений. Эта связь ни разу не была разорвана.

— Я очень хочу вам верить.

— Вы должны поверить! Если мы сравним того, кого называют гомо габилис — «человек умелый», изготовителя инструментов, и гомо сапиенса — человека разумного, кроманьонца, который придумал росписи пещер Ле-Гуэн, Шове и Ласко, разными будут только черепные коробки. Мозг того, кто вырезал эту статуэтку, работал в бесконечное множество раз эффективнее, чем у всех его предшественников.

Палестро вновь обрел красноречие университетского преподавателя. Он говорил так, словно читал лекцию в аудитории.

— Этот предмет является очень сильным символом. Он — часть воображения, которое является частью повседневной жизни людей. Он очень современен. Сюрреалисты не смогли бы сделать лучше.

В пещере Труа-Фрер — она находится в Пиренеях, в департаменте Арьеж, — на расстоянии нескольких сотен метров от ее входа расположены два маленьких зала — Святилище и Часовня Львицы. В них много очень изящных рисунков резцом, возраст которых приблизительно тринадцать или четырнадцать тысяч лет.

На одном из них хищник кошачьей породы смотрит на кого-то, кто наблюдает за ним. Такое встречается очень редко. Зверь покрыт знаками и абстрактными геометрическими фигурами. Хорошо виден его член, значит, это самец. Одна его верхняя конечность человеческая. Но на ладони вместо ногтей — кошачьи когти. Это фантастическое существо — наполовину человек и наполовину зверь. Есть и другие подобные изображения — бизон с повернутой назад головой и человеческой нижней конечностью; носорог, в задней лапе которого прячется крошечная сова; он изображен в фас и смотрит на зрителя. Еще один рисунок — маска, изображающая получеловека-полузверя.

Человек-бизон смотрит на голову бизона, изображенную слева от него, и его взгляд пересекается со взглядом этой головы. Но у него туловище северного оленя. Олень с головой бизона! Перед этим оленем-бизоном, на том же участке поверхности, нарисован северный олень, самец, с человеческими руками вместо передних ног. В этих двух рисунках есть очень сильные сексуальные мотивы.

Вы знаете про «Рогатого бога», которого описал аббат Брейль в 1952 году?

— Да, — ответил де Пальма, который видел этого «бога» с очень ярко выраженными половыми признаками на иллюстрации к одной из статей Кристины. В этом рисунке сочетались сексуальность и звериное начало.