Чтение онлайн

Эрайзия наготове. Каждый дееспособный эрайзианин, достигший зрелого возраста, даже еще не повзрослевший, был призван действовать в решающий момент. Конечно, особой напряженности никто не чувствовал. Хотя поставлена необычная задача, ее решение предусматривалось и обдумывалось в течение многих лет, точнее, эпох. Эрайзиане знали, что им делать, в деталях обсудили, как осуществить планы. Они выжидали.

– Я не располагаю достаточно ясной картиной последовательности событий. Начну с того обстоятельства, что слияние разумов, частью которого является Дроунли, не уничтожило Гарлейна из Эддора, когда тот принял форму плоти Серого Роджера,- такую мысль направил в слияние Старейшин Эрайзии молодой Наблюдатель, действующий под именем Эвконидор.- Могу ли я в подходящий момент направить к вам мою визуализацию для пополнения информации и получения инструкции?

– Можешь,-ответили Старейшины Эрайзии, мощнейшие интеллекты влиятельной и могущественной расы, соединив свои сознания в единое целое.- Ты не зря используешь время. Приступай к выполнению поставленной задачи.

– Гарлейн, находящийся от других эддориан на огромном межгалактическом расстоянии, фактически изолирован и может быть уничтожен,- продолжал робко юноша, направляя свои мысли в соединенный разум.- Ведь гибель Гарлейна несколько ослабит Эддор, что будет нам на руку. Это аксиома. Но, однако, гораздо выгоднее позволить ему остаться в живых. Вот совершенно неоспоримые доводы: Гарлейн и его приятели предположат, что эрайзиане не в состоянии уничтожить его, поскольку до сих пор такого не совершилось. Эддориане, уверенные в своей мощи и полагающие, что мы гораздо ниже их по развитию интеллекта, не сочтут необходимым развивать такое направление в науке, как создание механических экранов, работающих на атомной энергии и направленных против мышления третьего уровня. В таком состоянии они будут находиться до тех пор, пока не поймут, что уже слишком поздно, а вся их мощь не спасет эддориан от уничтожеяия. Кроме того, они даже не подозревают, что Галактический Патруль, который вот-вот начнет действовать, фактически станет главным участником их уничтожения. Но у меня нет ясности, зачем нам сейчас убивать одного эддорианина. Я также не могу сформулировать или представить себе мало-мальски наглядно и четко средства, которые применялись бы для окончательного уничтожения данной расы. Мне не хватает некоторых фундаментальных знаний о событиях, имевших место за много эпох до моего рождения. Я не вправе поверить, будто мое восприятие и моя память настолько несовершенны. Может быть такие данные никогда не были доступны нам?

– Это действительно так. Конечно, твои представления о будущем не очень четкие и точные в деталях, что наступит, безусловно, после нескольких дополнительных циклов работы в лаборатории. Но твои знания о прошлом столь же исчерпывающи, как и у любого из нас.

– Я понимаю,- согласился Эвконидор.- Это необходимо сделать, и одной смерти ничтожнейшего из эддориан - Наблюдателя - будет достаточно. К тому же она не удивит и не всполошит Внутренний Круг Эддора, когда обнаружится, что интегрированный, тотальный разум Эрайзии в состоянии убить лишь столь хилую сущность. Я понимаю.

После такого обмена мнениями воцарилось молчание и наступило ожидание. Минуты? Или дни? Или недели? Кто мог поведать? И что значит время для любого эрайзианина?

Потом прибыл Дроунли. Прибыл в тот момент, когда Эвконидор покинул лабораторию Холма - ведь даже межгалактические расстояния ничего не значат для скорости мысли. Он соединил свой разум с разумами трех других Формовщиков Цивилизации. Объединенный интеллект Эрайзии, сбалансированный и готовый к действию, перебросил сам себя через космические дали. Эта мощнейшая, досель неведомая концентрация ментальной силы поступила на внешний экран Эддора практически в то же мгновение, что и сущность, представлявшая Гарлейна.

В отличие от эрайзианина эддорианин прошел сквозь экран без сопротивления.

Эрайзия нанесла удар по внешнему защитному экрану Эддора. В долю секунды экран был уничтожен. А потом, стремительно и неожиданно для защитников Эддора, эрайзиан-ские силы разделились. Слияние Старейшин, включая Формовщиков, захватили эдцорианина, который управлял экраном, набросили на него плотную энергетическую сеть и вытолкнули в межгалактическое пространство.

Проникнув в его сознание и не обращая внимания на сопротивление, они буквально вывернули наизнанку незадачливого противника. И, прежде чем жертва погибла от их зондажа, Старейшины Эрайзии узнали много сведений об эддо-рианах и их предках, об уровне их интеллекта. Затем Старейшины возвратились в Эрайзию, предоставив молодым, еще недостаточно окрепшим и не столь совершенно развитым в интеллектуальном плане согражданам право предпринимать все, что они сочтут нужным, против мощного Эддора.

Будет ли остановлена атака этих юных у второго, третьего, четвертого или, наконец, у внутреннего экрана, доберутся ли эрайзиане до самой планеты, нанесут ли ей ощутимый удар, прежде чем отступить,- не так уж и важно. Планировалось, что эддориане устранят это вторжение без особого труда. Они должны поверить, будто Эрайзия для них не представляет реальной угрозы.

Однако все-таки сражение выиграли эрайзиане. И овладели теперь ситуацией до такой степени, что могли просчитать каждый существенный момент предстоявшего сражения. Они пришли к не слишком радостному заключению: все их исследования четко показывают - уничтожение эддо-риан повлечет за собой их собственную ненужность в качестве стражей Цивилизации.

И хотя эрайзиане ознакомились с таким неутешительным для себя прогнозом, они без колебаний продолжили свою деятельность.

ГЛАВА 2

Холм, штаб-квартира Трипланетной Службы, а теперь и штаб создающегося Галактического Патруля, представлял собой гору, покрытую странной броней. Но человеческие существа не любят долго находиться под землей, несмотря на прекрасное освещение, и комфортабельное кондиционирование. Темница и есть темница. Так что резервация распространилась далеко от подножья этого серого, унылого, зеркально гладкого, металлического усеченного конуса. Снаружи находился маленький город, с сотнями высокопродуктивных ферм. В городском парке, кроме различных аттракционов, имелось примерно дюжина теннисных кортов.

Один из них с трех сторон окружали трибуны. Ясным майским вечером около сотни зрителей следили за соревнованиями. Два человека сидели на одной из трибун в ложе, где места хватило бы и для двадцати, с восторгом наблюдая за смешанной парой, которая в напряженном поединке выигрывала чемпионат Холма.

– Приятная пара, Род, скажу я тебе. И чисто играют,- шеф Трипланетной Службы Сэммс обратился к своему компаньону, когда противники меняли поля.Правда, по-моему, этой малышке следовало бы чуть больше на себя надеть: ведь белые нейлоновые шорты будто оголяют ее, лучше бы она играла без них. Я ей говорил уже не раз. А она не слушает - с каждым выходом на корт на ней все меньше и меньше одежды.

– Ну, разумеется,- спокойно улыбнулся комиссар Родерик Кимболл Киннисон.-Чего ты еще можешь ждать от нее? От матери ей достались волосы, а глаза у нее твои. Почему бы ей не унаследовать и твое упрямство? Ей есть что показать, а большинству показывать нечего. Вот одного я не могу понять, почему они не... Он замолчал.

– Я тоже не понимаю. Бог свидетель -мы сделали все для их сближения... Джек Киннисон и Джилл Сэммс, несомненно, составили бы прекрасную пару. Но почему-то они не хотят... Но подождем... Они еще дети, и дружба их достаточно крепка.

Правда, если бы Сэммс-отец оказался на корте, а не на трибуне, он был бы несколько шокирован, ибо молодой Киннисон, сохраняя на лице улыбку, такое говорил своей импозантной партнерше, что о дружеских чувствах здесь едва ли могла идти речь.

– Слушай ты, куриная башка, тупица, слабоумная жира-фиха,- бушевал он вполголоса, но с горечью и обидой.- Я. вышибу из тебя мозги! Я тысячу раз говорил тебе, чтобы ты контролировала свою половину, а не лезла на мою! Если бы ты находилась на своем месте или хотя бы заметила мой сигнал, Френк не сделал бы счет до тридцати. И если бы Луаз не попала в сетку, она переиграла бы тебя, плоскостопую дуру, находясь в километре от твоей позиции, и выравняла бы снова счет. Ты зачем сюда пришла - играть в теннис или проверить, сколько у тебя поклонников среди зрителей?

– А ты как считаешь?
– томно ответила девушка. Ее карие с рыжим отливом глаза, казалось, рассыпали искры.- Ты лучше посмотри на себя и не учи меня жить! Для твоего сведения, великий пилот Джон К. Киннисон, сообщаю: именно оттого, что ты не можешь перестать быть "убийцей" Киннисоном даже на такой короткий срок и позволить двум нашим хорошим приятелям выигрывать хотя бы иногда очко или даже сет, я не собираюсь превращаться в "убийцу". А еще я скажу тебе...

– Ты мне ничего не скажешь, Джилл, это я буду тебе говорить! Если ты начнешь раздавать очки направо и налево, в один прекрасный день обнаружишь, что раздала их слишком много. Я не признаю такие игры. И пока ты играешь со мной, должна считаться с моими принципами. Если ты еще раз зевнешь, то следующий мяч, полученный мной, угодит в самую тесную часть твоих шикарных белых шорт - как раз туда, где должен находиться задний карман. Это станет такой сенсацией в городе, что ты три дня будешь сидеть дома и жевать рукава халата. Так что смотри!