Чтение онлайн

— Радуйся и пользуйся, — ответил ему я, а сам отправился на Сенной рынок, в очередной раз за день подумав, что нам с Игошей не мешало бы переехать. Всё-таки трактир, который платит дань бандитам — не самое надёжное место. Я велел мальцу поискать через этот волшебный интернет варианты получше.

У меня же сейчас намечалось куда более важное дело. Нужно найти живой материал для воскрешения Руха, чтобы дать осколку души новое тело. А именно — подходящее яйцо птицы. Притом ритуал этот я представляю лишь в общих чертах — раньше многое для проведения таких таинств мне подсказывала Структура. Сейчас наша с ней связь гораздо слабее, но я всё равно на неё рассчитываю. Частично. В остальном помогут опыт, интуиция и метод научного тыка. Ну и везение, разумеется, без этого никак.

Трамвай снова дёрнулся, и я перевёл взгляд на стену вагона. Там, между рекламой какого-то «Чудо-порошка для стирки» и объявлением о концерте, висел потрёпанный листок с печатью:

НАБОР ВОЛЬНИКОВ

Графиня Елизавета Ильинична Звягинцева объявляет набор в отряд для устранения последствий Срезов.

Требования: боевой Дар, опыт работы в команде.

Оплата: 30 рублей за выезд + премии за особо опасных тварей.

Обращаться: усадьба Звягинцевых, Ямская улица, 12.

Про Срезы я узнал ещё вчера, разумеется, от Игоши, когда спросил, зачем столько решёток на окнах зданий. Особенно зачем они на верхних этажах. Тогда парнишка изумлённо посмотрел на меня и выпалил:

— Вы не знаете?!

И принялся в красках рассказывать, что Срезы — это самое страшное, что вообще происходит в мире: напасть, которая время от времени появляется в разных точках земного шара. Срез приводит с собой монстров, а вольники, стало быть — это наёмники, специализирующиеся на их устранении.

Не очень здорово звучит…

Учитывая, что с тварями, приходящими в наш мир, я сражался тысячи лет назад. Правда, тогда наш Враг приходил через огромные стационарные порталы, и ни о каких Срезах мы не слышали.

Трамвай затормозил с противным скрежетом. Двери распахнулись, и толпа рванула наружу. Я хорошо запомнил маршрут, что нарисовал Игоша, так что дойти до рынка не составило труда.

А рынок был огромен. В нос сразу ударили запахи сена, навоза, пряностей, рыбы. Люди сновали во все стороны, а местные торговцы зазывали их что-то попробовать. Народ встречался разный: простолюдины в заношенной одежде, торговцы в фартуках, изредка проскальзывали и одарённые — я чувствовал их Источники, пусть и слабые.

Аристократов не видел — впрочем, понятно, что графини и бароны редко ходят по рынкам. Разве что в его особых отделах их можно встретить — там, где продают магических животных. Или где проводят ярмарки для заезжих купцов — какие-то мужики обсуждали, что давно гостей не было.

Взгляд зацепился за фигуру у дальнего прилавка. Широкоплечий мужчина с чёрной повязкой на глазу сидел в инвалидной коляске и продавал вырезанные из дерева фигурки. Здесь были птицы, звери, люди, с виду простые, но выполнены искусно — резчик явно знал своё дело.

Правда, диковатый вид продавца, как мне показалось, отпугивал покупателей.

Я добрался до той части рынка, где продавали животных. Кого здесь только не было — от котят и щенков до довольно экзотических созданий, названий которых я даже не знал. Вот что это, например, за гигантский тёмно-серый гусь с длинной шеей? Смотрит на меня, клювожор, а в глазах ни грамма интеллекта, лишь желание пожрать!

Я узнал, что эта тварюга называется страус. Запомнил на будущее — таким гусём можно много последователей прокормить. Ну а если не обращать внимания на экзотику, то всё привычно: куры кудахтали в клетках, утки крякали, где-то вдали блеял козёл.

Миновав ажурные ворота, я оказался в небольшой, но ухоженной части рынка. Что? Сюда даже отдельный вход с улицы есть? Можно было не идти через все ряды?

И людей с Даром здесь гораздо больше.

Да, отдел с магическим зверем отличался от всех остальных. Я остановился возле палатки, за прилавком которой восседала полная женщина лет пятидесяти в ярком платке. Перед ней стояли клетки, и в них, ожидаемо, сидели отнюдь не простые птицы. Одна была размером с ворону, но оперение у неё переливалось синим и фиолетовым. Вторая похожа на сову, только с тремя глазами. Третья…

— Что, приглянулась, господин? — оживилась торговка, заметив мой перстень. — Это огнёвка! Редкая птица, между прочим! Огнём может плеваться!

Я обошёл прилавок, разглядывая остальные клетки. Яйца птиц здесь тоже присутствовали, разных размеров, от куриного до гусиного. Я коснулся прутьев, прислушиваясь к энергии.

Слабо. Слишком слабо…

Эти яйца были почти пусты — жизнь в них едва теплилась, а энергия практически отсутствовала. Для ритуала не годится.

Обошёл так несколько прилавков, но сколько я ни обращался к Структуре и ни усиливал Руну Ощущения, ничего подходящего для себя не нащупывал. Похоже, придётся искать в городе другие места…

Я уже собирался уходить, когда заметил закрытую палатку в конце ряда. Рядом стояла пожилая женщина с корзиной и о чём-то болтала с соседним торговцем.

— Простите, — окликнул я её. — А эта лавка когда заработает?

Женщина обернулась.

— А, это Дуняшина! Она сегодня на закупе в Костроме. Птиц чудных привозит, яйца всякие. На днях обещала вернуться — может, завтра, может, позже. Но вы бы к ней не ходили, она…

— Чокнутая, — подал голос соседний продавец, мужик со всклокоченной бородой. — Вечно всякий мусор тащит. Болезнь у неё такая. И пернатых дурных продаёт! Она как-то ощипанного страуса выставила и верещала, что это потомок василиска.

Женщина засмеялась и добавила:

— А как-то раз принесла утку без хвоста и уверяла, что это «лечебная широконоска». Лечила, небось, только от желания у Дуняши что-нибудь ещё покупать!

Они снова загоготали, а я пошёл дальше. Только отметил для себя, что стоит к этой Дуняше всё-таки наведаться. Может, всё именно так, как они говорят, конечно. А может, и не так.

Я уже направился к выходу с рынка, когда воздух вокруг изменился.

Сначала это были лёгкие колебания в Структуре, затем — холодок, пробежавший по коже. Вдали кто-то неразборчиво закричал.

Руна Ощущения вспыхнула сама, без моей воли, отзываясь на что-то в окружающем пространстве.

А потом начал накатывать туман.

— Срез! — заорал кто-то в ужасе.

Это слово сработало как сигнал. Торговцы ринулись закрывать свои лотки металлическими решётками. Грохот стоял такой, будто рушилась крепостная стена. Покупатели метались в панике, кто-то бежал к ближайшим магазинам, кто-то к машинам.

— Быстрее! Всем укрыться! — надрывался чей-то голос, а туман стремительно становился всё гуще.